Убийственное меню

Слишком долго она сидела на карачках у камина, ох, как трудно подняться! Со стоном все же выпрямившись, Марина обессиленно повалилась в кресло. Наблюдая оттуда за последними искрами в камине, она успела еще кое-что сообразить. О себе бы не забыть, а то еще сморозит глупость, и ее "ниссан" останется запертым во дворе. И что, тогда ей придется ходить по городу пешком? Или ездить автобусом? Она же понятия не имеет, как ходят автобусы. А с такси хлопот не оберешься, их надо заказывать к определенному часу, для нее же за временем следить - мука мученическая, пришлось бы держать такси часами, а этого она сейчас не может себе позволить.

Итак, решено: обе машины должны остаться снаружи, а гараж пусть катится к черту.

Основательно продумав новую концепцию действий, Марина сорвалась было с кресла - подходящий момент немедленно приниматься за дело, да спохватилась: ведь ее может увидеть домработница. Холера, вот еще препятствие! И почему Хелена сегодня к дочери не отправилась? Юстина опасности не представляла, окна ее комнаты выходили на садик за домом, а вот Хелене из кухни открывался прекрасный вид на ворота и калитку. Нельзя допустить, чтобы Хелена что-то заподозрила!

Поскольку заняться диверсией немедленно оказалось невозможным, Марина вспомнила, что собиралась позвонить сыщику, и опять заперлась в кабинете мужа.

Желание клиента - закон. Все пожелания заказчицы были внимательно выслушаны. Наверняка за новые услуги к ее счету припишут солидную сумму, но в данный момент Марина не думала о деньгах. Незнакомый мужской голос в телефонной трубке согласился встретиться с заказчицей сегодня же. Часа через полтора закончится его дежурство, он передаст подопечного сменщику и готов встретиться. Где?

К этому ужасному вопросу Марина оказалась не готова. Пригласить домой детектива нельзя, во всех ближайших ресторанах и кафе ее знают в лицо, так что в компании тайного агента там не покажешься. Тогда где? В голове у Марины царил сумбур. О, кладбище! Да нет, не на самом кладбище, просто перед кладбищем на Валбжихове очень хорошая парковка, и в эту пору на стоянке должно быть пусто.

Конрад Гжесицкий в самый последний момент вспомнил, что не имеет права Марину знать.

- Да, чуть было не забыл. Вы на какой машине приедете? Ведь мы незнакомы, чтобы я ненароком к посторонней женщине не обратился...

- Темно-красный "ниссан". И я буду сидеть в нем ногами наружу.

Такой гениальный ход пришел ей в голову тоже в последнее мгновение. Очень удачно придумано! Ноги наружу, а сама останется внутри машины, там темно, лица агент не разглядит. На месте она будет через полчаса.

Конраду, в свою очередь, совсем не хотелось, чтобы клиентка увидела его машину. Правда, машина не была его собственностью, он пользовался казенной, но все равно клиентке незачем ее видеть - кто знает, какую глупость она способна отколоть.

У кладбища Конрад был за пять минут до назначенного срока и смог беспрепятственно проследить за маневрами толстухи по хитроумному размещению в машине. Она долго ерзала, пристраиваясь поудобнее, наконец утихомирилась и выставила ноги наружу. Сделать это оказалось очень непросто, женщина ее габаритов с трудом умещалась на сиденье, а отодвинуть кресло немного назад не пришло ей в голову.

Первый раз в жизни Марине предстояло беседовать с детективом, к тому же нанятым ею самой, и она страшно волновалась.

Очень скоро обнаружилось, что беседовать, сидя в машине с высунутыми ногами, когда собеседник стоит рядом с дверцей, совершенно невозможно. Видны лишь его брюки и обувь, на кой ей они? В разговоре она привыкла обращаться к человеку, а не к его ботинкам.

- Лучше пусть пан тоже сядет в машину, - предложила Марина.

Конрад послушно сел. Одного Марине все же удалось добиться конфиденциального освещения. Фонарь за ее спиной светил прямо в лицо сыщику, а лицо Марины пребывало в тени.

- Так что там случилось с моим мужем? Какой-то кретин по телефону болтал что-то невразумительное о нападении.

- Пани желает узнать обо всем по порядку или только об этой сцене? невозмутимо поинтересовался агент.

- Все по порядку.

- Извольте.

Кароль вкратце информировал клиентку, как провел рабочий день ее муж, и в подробностях описал инцидент в ресторане. Марина внимательно слушала.

- Икра черная или красная? - задала она деловой вопрос.

- Черная.

- Так я и думала, - раздраженно произнесла клиентка и прикусила язык. Вот как! Муженек во всяких там "Викториях" объедается черной икрой, а ее упрекает в расточительстве и каждым грошем попрекает. Ну да это их личное дело. - А где он сейчас?

- В бридж-клубе на Мокотовской.

Знает она этот клуб, когда-то доводилось там бывать. Точнее, один раз была. Очень давно.

- И он играет?

- Не знаю. Я сдал смену и поехал на встречу с пани.

- А там, в "Виктории"... он выглядел испуганным?

- Пожалуй, нет. Скорее поначалу это его немного разозлило, а потом рассмешило. Испуганным был тот человек, с которым он потом говорил.

- И что это за человек?

- Некий Альфред Розета. Оптовик в фирме стройматериалов. Его офис на Балтийской. Торговые связи с итальянцами.

Розета, торговец... нет, не знает она такого, да и ни к чему он ей.

- А машину он где оставлял?

- Кто?

- Мой муж, конечно.

- Перед отелем "Виктория". Вернее, он не припарковал ее, а просто бросил, оставил машину с ключами, ею занялись служащие отеля. У них там отдельные места для постоянных клиентов.

Постоянных клиентов, ничего себе! Езус-Мария, сколько же этот Кароль жрет?! Питается ведь каждый день дома, и как питается! Когда же он успел стать постоянным клиентом ресторана "Виктория"? А, должно быть, те самые вторые завтраки, ленчи...

Марина не знала, о чем еще спрашивать, а ведь казалось - у нее тысяча вопросов. Ладно, узнала, что Кароль жрет как боров, но не в этом же дело!

- Ага, минутку. А потом он где припарковывался? Всякий раз, как куда-то приезжал.

- На улице, на платных стоянках.

- А те стоянки охраняемые?

Конрад не дал прямого ответа, он и сам сомневался.

- Теоретически все они должны быть охраняемыми, но случается - и нет.