Страница 33 из 105
За дорогу Марина никаких стратегических планов обдумать не смогла, все умственные усилия сосредоточила на одном: каким образом сделать так, чтобы племянница не видела, как она станет покупать лак. Надо бы поставить девушку в самую длинную очередь, за чем угодно... Или пусть та вообще в магазин не входит, проще самой все купить, зачем рисковать.
Но получилось так, что сразу после ухода тетки оставшаяся в машине Юстина вспомнила о необходимости купить кое-что из косметики. Последние капли шампуня пошли на вчерашнее мытье головы, а листок со списком нужных вещей лежал у Юстины в сумочке. Вот удобный случай купить сразу все, ведь в "Ошоломе" отличная косметика, а все эти шампуни, тоники, пены для ванны, кремы для лица и тела и прочие пузырьки весили в сумме немало. Вместо того чтобы потом таскать тяжести на себе, лучше воспользоваться оказией.
Марина пьяной не была, однако в голове слегка шумело и наблюдательность притупилась, так что стоявшую в нескольких метрах за тем же прилавком племянницу она не заметила. Нужный лак обнаружила сразу правильно, что именно в "Ошолом" поехала! - а заодно чисто автоматически приобрела еще кое-какую косметику. Юстинка видела, как тетка отложила для себя лак, но не придала этому никакого значения, заплатила за свою парфюмерию и оказалась в машине задолго до возвращения тяжеловесной тетки.
На обратном пути Марина совсем отрезвела и занялась обдумыванием своих далеко идущих планов. Бесцветный лак в сумочке заставлял сердце учащенно биться.
Итак, что следует сделать в первую очередь? Сначала позвонить в агентство и узнать, что означало идиотское сообщение какого-то... как его... Курпиша? Вернувшийся домой Кароль ничем не походил на жертву нападения. Может, он сам на кого-то напал? А может, Курпиш просто соврал, задумал что-то против нее, Марины, и соврал. Не вышло! Хотя почему не вышло? Вон как она волнуется, голову ломает, звонить торопится.
Прихватив растрепанную и измятую "Газету выборчу", Марина закрылась в кабинете.
- Ничего особенного не произошло, иначе меня немедленно бы поставили в известность, - заявил шеф сыскного агентства. - Отчет я получу вечером или даже завтра утром, однако если пани желает обо всем услышать лично...
Вот в этом Марина не была уверена. До сих пор она придерживалась правила - общаться лишь с одним человеком из агентства, начальником, с которым заключила контракт. Остальные ее не видели и не нужно, чтобы видели. А вот сейчас засомневалась. Может, имеет смысл пообщаться с агентом, которому поручено следить за Каролем, потребовать от него не разглашать ее тайну, наверняка агенты именно так и обязаны поступать, а все же от непосредственного исполнителя больше шансов узнать обо всем, можно расспросить в подробностях. Что ей сообщит шеф? Лишь то, что ему изложит на бумаге подчиненный, а тот наверняка не напишет о выражении лица Кароля или еще о чем-то, столь же важном для Марины и не имеющем никакого значения для шефа.
- Да! - решилась Марина. - Теперь я считаю необходимым побеседовать лично с исполнителем. Как это сделать?
- Позвоните, пожалуйста, минут через пятнадцать, за это время я успею связаться с ним. Вот номер его сотового...
- Но мне бы хотелось поговорить с ним не по телефону.
- А об этом вы с ним и договоритесь. В двадцать кончается его смена, так что он будет свободен.
Марина чуть не задохнулась.
- Это как... смена? Значит, за мужем следит не один человек?
- Уважаемая пани высказала пожелание организовать круглосуточную защиту и наблюдение за объектом, - с ангельским терпением напомнил ей начальник детективного агентства. - Не думаете же вы, что один человек в состоянии находиться на дежурстве изо дня в день по двадцать четыре часа в сутки?
- Так ведь у мужа... у объекта бывают и перерывы, хотя бы ночью.
- У объекта слежки бывают, у наших же агентов это исключено. Никогда не угадаешь, что взбредет... пардон, придет в голову объекту среди ночи. Опять же, объект, еще раз пардон, уважаемый супруг именно ночью может подвергнуться опасности, а мы обязались не спускать с него глаз. Кстати, должен заметить, у вашего супруга начисто отсутствует твердый распорядок дня, а это чрезвычайно усложняет нам работу. Чрезвычайно.
Про распорядок Марина и без него знала. Ее интересовало другое:
- А сколько их?
- Трое. У всех граждан восьмичасовой рабочий день, а у нас ненормированный, ведь в нашем деле всякое может случиться.
Недовольно помолчав, Марина согласилась:
- Ладно. Позвоню через пятнадцать минут.
У нее не было уверенности, что она и правда позвонит, ведь Кароль мог вернуться в любую минуту и опять застать ее в своем кабинете с запрещенной прессой. Да, проклятая газета слишком бросается в глаза, очень уж много в ней страниц. Такая гора макулатуры! Как бы ее уменьшить... Лучше всего переписать нужный номер на бумажку. Или просто вырвать клочок газеты с номером агентства?
Наконец Марина сделала то, с чего начал бы любой нормальный человек. Но нормальный человек вырезал бы объявление ножницами, Марина же действовала ногтями, с трудом отрывая по краю сантиметр за сантиметром, и при этом здорово намучилась, а все потому, что не хотелось идти за ножницами. Ненужный газетный хлам она смяла в клубок и подожгла в камине. К счастью, камином часто пользовались и тяга в нем была отличная. Хелена же, занимаясь уборкой в доме, всегда вычищала и камин.
Марина не сводила глаз с огня в камине, и тут ее озарило: а почему, собственно, она зациклилась на гаражных воротах? Главное в ее планах - не гараж, а ограда вокруг их участка. Ладно, сделает она так, чтобы Кароль не смог воспользоваться гаражом. И что с того? Он просто въедет во двор и запрет ворота. Конокрады... то есть угонщики, не полезут в их солидно огороженный двор, муж сколько раз хвастался, что их домовладение в полной безопасности. Нет, надо испортить въездные ворота!
За первой блестящей идеей пришла следующая: и момент надо выбрать подходящий. А именно такой, когда он не сможет въехать во двор, а не выехать из него. Что толку, если машина окажется в гараже или в их дворе за прочной решеткой? Ведь опасность требуется организовать для машины, а не персонально, для мужа.