Страница 45 из 69
Так, согласно п. 7 ст. 4 Закона о защите конкуренции конкуренция – соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.
Наличие, отсутствие конкуренции либо степень «конкурентности» конкретного товарного рынка обусловлена объемом рыночной власти хозяйствующих субъектов – участников такого рынка. При этом способность оказать влияние на условия обращения товара на рынке со стороны субъекта предпринимательской деятельности обусловлена, прежде всего, наличием в границах такого рынка иных субъектов, способных реализовать сходный товар, выполнить работу, оказать услугу.
Указанное является следствием воздействия рыночных механизмов: уменьшения уровня рыночной цены при возрастании общего объема продажи товара (с учетом аналогов). Создание необоснованных препятствий, незаконных барьеров для доступа лица на соответствующий товарный рынок оказывает влияние на состояние конкурентной среды и, соответственно, способно повлечь негативные последствия в виде ограничения, недопущения либо устранения конкуренции.
Вместе с тем доступ на товарный рынок отнюдь не исчерпывается выходом на него нового участника, ранее не осуществлявшего деятельности в рассматриваемой сфере. В качестве такового, в частности, признается устранение хозяйствующего субъекта (потребителя) с рынка, а равно создание препятствий к реализации товаров (работ, услуг) конкретному потребителю[199].
Создание препятствий к выходу из товарного рынка в свою очередь представляет собой «обратную сторону» рассмотренных выше правоотношений.
При этом возможны ситуации, при которых нарушение будет носить комплексный характер, сочетая создание препятствий и доступу на товарный рынок, и выходу из товарного рынка.
Так, например, предметом рассмотрения со стороны Президиума ВАС РФ в рамках дел № А13-223/10 и А40-144041/10 явилась ситуация двойственности последствий: как для рынка, на котором действует доминант, так и для смежного рынка.
ВАС РФ указано, что, препятствуя доступу энергосбытовой компании на оптовый рынок электроэнергии, гарантирующий поставщик лишает эту компанию возможности приобретать электроэнергию на оптовом рынке для реализации ее потенциальному потребителю на розничном рынке электроэнергии. С учетом изложенного появление на розничном рынке электроэнергии (в соответствующих географических границах) энергосбытовой организации со статусом участника оптового рынка не отвечает интересам гарантирующего поставщика, являющегося субъектом оптового рынка.
При этом правомерно установлены отрицательные последствия, предусмотренные ст. 10 Закона о защите конкуренции, как на оптовом рынке, так и на розничном: неправомерные действия гарантирующего поставщика препятствовали выходу на указанные рынки нового покупателя, чем ущемлялись интересы энергосбытовой организации, и нового продавца, что влекло недопущение конкуренции.
13. Норма п. 10 ч. 1 комментируемой статьи содержит запрет, который применяется в основном к лицам, осуществляющим регулируемые виды деятельности в таких сферах, как электроэнергетика, жилищно-коммунальное хозяйство (включая энерго-, газо-, водоснабжение, водоотведение, размещение твердых бытовых отходов и др.), железнодорожный транспорт, транспортировка газа по трубопроводам, нефти и нефтепродуктов – по магистральным нефтепроводам, связь (общедоступная электросвязь и почтовая связь) и др. Некоторые виды деятельности, не относящиеся к регулируемым, но в отношении которых устанавливаются предельные цены, также подпадают под действие запрета (например, розничная торговля жизненно необходимыми лекарственными средствами).
Перечень товаров, цены на которые подлежат государственному регулированию, а также перечень товаров, в отношении цен на которые может применяться государственное регулирование по решению органов исполнительной власти субъектов РФ, утверждены Постановлением Правительства РФ от 7 марта 1995 г. № 239 «О мерах по упорядочению государственного регулирования цен (тарифов)». Данное Постановление принято на основании и во исполнение Указа Президента РФ от 28 февраля 1995 г. № 221 «О мерах по упорядочению государственного регулирования цен (тарифов)», в котором излагаются базовые принципы государственного регулирования цен.
Объективная сторона нарушения, предусмотренного п. 10 ч. 1 комментируемой статьи, заключается в несоблюдении предусмотренного федеральными нормативными правовыми актами, нормативными правовыми актами субъектов РФ либо муниципальными нормативными правовыми актами порядка ценообразования при оказании соответствующих услуг. Нарушением могут являться, в частности, следующие действия:
– возмездное оказание услуг в отсутствие утвержденного в установленном порядке тарифа;
– применение тарифа, не утвержденного в установленном порядке соответствующим органом регулирования (оказание услуг на основе самостоятельно утвержденного тарифа);
– завышение / занижение утвержденного тарифа;
– иные действия.
При рассмотрении вопроса о том, являются ли действия доминирующего субъекта нарушением п. 10 ч. 1 комментируемой статьи, необходимо учитывать позицию ВАС РФ, выраженную в Постановлении Президиума ВАС РФ от 28 февраля 2012 г. № 8433/11. Данная позиция заключается в том, что антимонопольные органы не обладают полномочиями по оценке правомерности выбора конкретного тарифа, утвержденного компетентным органом, при расчетах за электрическую энергию[200].
Так, предметом рассмотрения ВАС РФ являлась следующая ситуация. Решением Брянского УФАС России от 6 апреля 2010 г. по делу № 1580 ОАО «Брянская сбытовая компания» (ОАО «БСК») было признано нарушившим п. 10 ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции в части установленного порядка ценообразования при применении тарифа по группе «прочие потребители» при определении размера оплаты ТСЖ «Авиационное» электрической энергии для работы повысительной насосной станции.
При этом Комитет государственного регулирования тарифов Брянской области (Комитет) направил в адрес ОАО «БСК» разъяснение о том, что применительно к конкретной ситуации электроэнергия должна оплачиваться по тарифам для прочих потребителей. Указанное разъяснение имело место до момента заключения договора между энергосбытовой организацией и потребителем, т. е. ОАО «БСК» при осуществлении своей деятельности руководствовалось разъяснением органа государственной власти субъекта РФ по тарифному регулированию.
В свою очередь постановлениями Комитета в установленном порядке были утверждены тарифы на электрическую энергию для групп «население и потребители, приравненные к населению» и «прочие потребители» на 2009 и 2010 гг., соответственно, которые и были применены ОАО «БСК» исходя из разъяснений компетентного органа.
Как следствие, ВАС РФ в Постановлении Президиума указал на превышение антимонопольным органом предоставленных законом полномочий, фактически – подмену компетентного органа при разрешении вопроса о правильности применения тарифа, утвержденного в установленном порядке.
Вместе с тем необходимо применять дифференцированный подход при рассмотрении вопроса о наличии либо отсутствии полномочий у антимонопольного органа на рассмотрение конкретного факта нарушения установленного порядка ценообразования.
Так, ФАС МО в постановлении от 25 января 2013 г. по делу № А40-12501/2012 рассматривалась следующая ситуация. Антимонопольный орган в оспариваемом решении указал на то, что общество неправильно применило установленные законом тарифные ставки при определении стоимости технологического подключения, в связи с чем в том числе оно было признано нарушившим требования антимонопольного законодательства. Предлагаемый обществом расчет стоимости услуги предусматривал повышение цены на технологическое присоединение за счет не предусмотренного законодательством РФ элемента ценообразования в виде сложения мощностей двух различных субъектов в целях увеличения стоимости присоединения.
Суд кассационной инстанции не согласился с выводами нижестоящих судов о применении правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 28 февраля 2012 г. № 8433/11, поскольку в нем оспаривалось решение антимонопольного органа, связанное с несогласием последнего с утверждением тарифов органом исполнительной власти субъекта РФ в области регулирования тарифов в электроэнергетике. Определением ВАС РФ от 29 апреля 2013 г. отказано в передаче этого дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ для целей пересмотра в порядке надзора.
199
См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 19 февраля 2013 г. по делу № А12-21317/2011.
200
В упомянутом деле речь шла о правомерности применения энергоснабжающей организацией тарифа «прочие потребители» вместо тарифа «население» (оба тарифа были утверждены в установленном порядке компетентным органом).