Страница 13 из 16
***
Сегодня мы снова были вместе. Не тратили время на прогулки, а сразу пошли к нему домой. Но было странное чувство. Во время близости я не воспринимала Алоиза как отдельного человека, как мужчину, которому я отдавалась как женщина. Меня не покидало ощущение, что мы всегда были единым целым и в моменты любви приобретали наше естественное состояние. Один человек с двумя именами и тремя душами, бесполый, но обладающий высшей мудростью. Кто это? Жаль я не знаю языка этого народа, к которому принадлежит Алоиз. В их книгах наверняка есть ответ на мой вопрос. Что мы за существо, которое не хочет разделяться на мужчину и женщину, не хочет так сильно, что именно ему выпала честь носить в себе до какого-то срока два куска одной души?
А кстати. Эта душа, как она блаженствует, когда мы сливаемся воедино. Ведь она приобретает цельность. Для чего ее отправили сюда в начало нашего века из каких-то далеких будущих лет? Награда это или наказание? Он готовит для нее фарт. Значит она несчастна. Как жаль. Так хочется верить, что лет через сто в мире уже не будет ни горя, ни болезней. Наверняка люди живут там и удивляются, вспоминая все войны, которые только предстоит пережить нам – жителям недавно рожденного века.
Алоиз не скрывает от меня секрет приготовления фарта. Вот она огромная колба с вином, в которой всю ночь варились магические травы. Откуда он знает этот рецепт? И неужели так просто можно сварить удачу в своей комнате? Я все еще не привыкну к его миру. Но уверена, что каким-то образом однажды я стану частью этой невероятной магии.
– Алоиз? – Я думала он заснул, а оказывается все время пока я грезила, он смотрел на меня. – Алоиз, как ты думаешь, наши дети будут врачами, как мой отец? Или захотят быть антикварами как ты?
– Уверен, что антикварами, – Он поцеловал меня и рассмеялся. – Иначе я и не стал бы тебя соблазнять. Зачем нам дети врачи?
Мы расхохотались. А он крепко прижал меня к себе.
– Совсем скоро Ханнна, я расскажу тебе, что ждет наших детей. А пока насладимся друг другом. У нас есть еще время. Ты же сама сказала, что отыграла себе целых семь дней. Вот, еще один близится к концу. Но не печалься. Ты же знаешь. Впереди ждет Цюрих. Новая жизнь. Старинный город с видом на прекрасное озеро. И на твоем счету в банке с сегодняшнего дня лежит целое состояние. Ты даже не спрашиваешь, сколько там? Я видел. Ты просто расписывалась в бумагах и полностью доверяла и мне и работникам банка.
– А зачем мне было спрашивать, Алоиз? Скоро мы уедем в Цюрих, и деньгами будешь распоряжаться ты. Уверена, что тебе снова захочется заняться антиквариатом. Наверняка в Цюрихе много любителей старины. А если будущее грозит нам войнами, то старинные вещи будут течь к тебе рекой из всех несчастных стран, на которые обрушится гнев небес.
Он провел рукой по моим волосам:
– Знаешь, Ханна, в одном видении тот самый раввин из нашего подвала сказал мне, что в отличие от моего отца я бездарный антиквар. Сейчас ты заронила в мою душу соблазн доказать ему, что и я могу видеть в этом огромном амальгамовом зеркале судьбы и с помощью старинных вещей делать людей счастливыми. Как ты думаешь, я был бы на это способен?
Меня поразили его сомнения:
– Ты настолько не веришь в себя, мой дорогой? А может быть он соврал. Хотя не знаю, бывает ли что в видениях души таких уважаемых людей говорят неправду.
– Какое ты милое наивное создание! – Он обнял меня как ребенка и поцеловал в прядь волос. – В этих видениях врут постоянно.
Я не могла поверить в то, что он сказал.
– Но как это может быть? Или видения – это всего лишь сны наяву, красивые, но пустые?
– Нет. Гости видений врут, чтобы заставить наши души стать мудрее. А правда приводит к мудрости лишь посвященных, святых и мудрецов. Тем же, кто еще познает мир, порой приходится подсовывать ложь, чтобы подтолкнуть к тому или иному поступку.
– Так значит, может так случиться, что ты не умрешь? Алоиз, подумай! – Я приподнялась над ним и засмеялась от счастья. – Ты не умрешь. И зря ты отдал мне все деньги. Мы будем вместе долгие годы. Доживем до внуков, из которых один наверняка станет врачом. А потом увидим и правнуков. Ты не веришь? Но почему? Думаешь, ты такой мудрец, которому духи говорят правду?
***
Она даже не подозревала, как была близка к истине, когда осыпала меня золотом своих волос. Да, иногда осознание собственной мудрости и посвящения в тайны мира приносит печаль. Мне уже не подсовывают ложь по ту сторону реальности. Мне открывают истину.
Должно быть, обладательница души, что соединила меня с Ханной, тоже перешла тот рубеж после которого гости видений говорят лишь правду. Иначе ей не разрешили бы за одну жизнь прожить еще две, причем одновременно. Такое непросто заслужить. Поэтому и награда столь изыскана – алхимический фарт. Это сравнимо с секретом красной тинктуры, иначе говоря, философского камня, который превращает металлы в золото и дарит вечную молодость. Но этой награды еще никто не заработал в подлунном мире.
Да, философский камень, эликсир бессмертия, красная и белая пудры… Вокруг кружится дым алхимии и ароматы тайных знаний. Когда мы сливаемся с Ханной воедино, то нас соединяет не обычное человеческое совокупление. Нет, это было бы слишком просто для той рокировки душ, участниками которой мы стали. Мы являем собой символ бессмертия – бесполое существо, в котором соединяются в алхимическом браке король и королева. Но у этого существа не одна душа, а три, что противоречит всем законам алхимии. Именно такой брак и может всего лишь раз за всю историю человечества породить фарт, который упакуют в третью душу и отправят хозяйке. Хотелось бы мне знать, кто тот, которого она любит сквозь границу миров. И как ему удалось выторговать для нее такой подарок или награду. Невероятно.
Я посмотрел на Ханну, которая заснула на моем плече. Интересно, до какой ступени знаний она дошла, окунувшись в мою реальность, и до какой еще дойдет, когда сбудется пророчество раввина. Но я совсем перестал следить за временем…
– Ханна, – Я поцеловал ее в мягкие губы. – Тебе пора. Надо собираться, иначе отец больше не разрешит тебе гулять с польским князем.
– Как жаль, – Она потянулась и обняла меня.
– Я забыл сказать тебе сегодня в банке. Утром я продал свою лавку со всем содержимым. И сделал тебя еще немного богаче. Конечно выгода от лавки не сравнима с той суммой, которую я получил от господина Горака. Но все же. Лишним это не будет, когда ты… То есть когда мы уедем в Цюрих.
– Алоиз! – Она засияла от моих слов. – Ты наконец перестал думать о смерти? И теперь говоришь мы, вместо ты? Как я счастлива, что ты отбросил эти вредные мысли. Ну конечно. Какая смерть? Посмотри на себя? Откуда она придет? Ведь ты сам говорил, что это будет не болезнь и не несчастный случай. А для самоубийства у тебя нет повода. Так что еще может произойти?
– Только то, что предрешено, дорогая Ханна. Но оставим разговоры. Тебе пора домой. Я провожу тебя и займусь своим великим делом.
***
И снова пришла пора варить фарт. Я шептал заклинание, травы варились в вине на горелке, а вокруг рождался плотный туман. Мне казалось, что кто-то скребется в дверь. Но я не реагировал. Я говорил магические слова и опять терял силы. Произнеся последнее слово, я едва не упал. И как вчера лег на кровать и мгновенно заснул.
Не знаю, сколько прошло времени. Но ко мне постучали. Кто это мог быть? Я не знал, чем прикрыть от посторонних глаз горелку с колбой и метался по каморке. Задувать огонь было нельзя. Но и сделать его невидимым тоже не представлялось возможным. Я уже решил было не открывать дверь, как из-за нее послышался голос Ханны:
– Алоиз, это я.
Я втянул ее в комнату и обнял:
– Что случилось?
Она дрожала в моих руках и не переставая целовала меня:
– Мой отец… Он догадался. Скорее всего, проследил, как ты высаживаешь меня из экипажа. И потом, ты не представляешь, что он мне наговорил. Нет я не буду тебе повторять. Но к чему мне было все это слушать? Алоиз! Я честно думала, что напишу ему записку перед отъездом, в которой постараюсь все объяснить. Но все обернулось иначе.