Страница 13 из 29
За нами подъезжает машина шерифа, и я с облегчением вижу, что они выходят. Когда мы подходим к дому, я замечаю полицейскую ленту. Коннор открывает участок, чтобы мы могли пройти.
Мы приближаемся к входной двери, и мои ноги становятся тяжёлыми, двигаясь медленнее с каждым шагом.
Миссис Джексон притягивает меня к правому боку, и только тогда я вижу пятно крови на полу. Я закрываю глаза, когда волна боли и вины врезается в меня.
Элай.
Лицо мистера Джексона возникает в моём сознании, и я вижу его слёзы. Я никогда не забуду выражение страха и муки на его обезумевшем лице, пока он держал Элая.
Каким-то образом я попадаю внутрь дома. Такое ощущение, что я вне своего тела. Мои действия похожи на движения робота, когда я иду в комнату миссис Дуглас. Я открываю её шкаф и беру из него лавандовый костюм. Я видела, как она часто его носила.
Кровь на плюшевом ковре ещё раз напоминает мне, как я подвела Элая. Я обхожу ее и бросаюсь в комнату Роя, чтобы уйти от своего чувства вины.
Когда я открываю шкаф Роя, моё сердце сжимается до тех пор, пока от него ничего не остаётся. Запах Роя переполняет меня, а вид его одежды сокрушает.
Миссис Джексон проходит мимо меня и берёт костюм из шкафа.
— Он будет выглядеть красиво в этом, — шепчет она.
Я не могу даже кивнуть. Стремление бежать из этого наполненного ужасом дома кусает меня за пятки.
Перед тем, как выйти из дома, я иду к швейной комнате миссис Дуглас. Не знаю почему, но я хочу увидеть ее. Возможно, чтобы посмотреть на работу, которую мы сделали вместе, и уцепиться за это счастливое воспоминание.
Я вхожу в комнату, и безмолвный крик застывает на моих губах. До этого момента я никогда не думала о том, как она умерла. На стенах и полу кровавые следы, как будто она хваталась за них, чтобы убежать от своего убийцы. Белый материал покрыт каплями крови, и это жестокая реальность того, что случилось.
Тошнота скручивает мой желудок до жгучей боли. Каждое хорошее воспоминание, оставшееся у меня о них, очерняется в пепле, который угрожает задушить во мне жизнь.
— Пошли, — шепчет миссис Джексон. Она берёт меня за руку и вытаскивает из дома.
***
Сегодня день похорон. Мои глаза жжёт от бессонницы. Я чувствую, что мой разум на пределе и сорвётся в любой момент. Ещё рано, когда я выхожу на крыльцо. Я смотру в сторону дома Элая, но не вижу его сквозь деревья.
— Хочешь кофе? — спрашивает мистер Джексон слева от меня.
Он так тихо сидел в углу, что я не заметила его.
Я качаю головой, не могу ничего есть или пить прямо сейчас.
— Прогуляйся со мной, — говорит он. Мистер Джексон встаёт и спускается по лестнице. Он не оборачивается посмотреть, иду ли я, но по какой-то причине я всё равно следую за ним.
Когда мы добираемся до пляжа, он останавливается. Я встаю рядом с ним, не обращая внимания на окружающие меня звуки и природу.
— Я собирался жениться на Лие, — начинает шептать он, и я действительно удивлена. Мистер Джексон не большой болтун.
Я смотрю на него. На его лице нет эмоций. Элай выглядит так же, как его отец, только черты мистера Джексона суровее и более беспощадные. Сначала он меня пугал, но со временем я начала чувствовать себя спокойнее рядом с ним.
— Её повесили.
Я вздрагиваю. Воздух устремляется в лёгкие, и мои глаза встречаются с глазами мистера Джексона. Он смотрит мне в глаза, и я испытываю то же чувство, что и всегда, когда Элай смотрит на меня. Кажется, будто они могут заглянуть глубоко внутрь меня, читая как раскрытую книгу.
— Мой отец был ублюдком. Он испытывал больное удовольствие, причиняя боль окружающим. Он знал, что я люблю Лию. Он знал, что её преследование причинит мне больше всего боли. У меня никогда не было доказательств, но я знаю, что он убил её.
«Почему вы говорите мне это?»
Слова — слабый шепот в глубине моего разума.
— Я винил себя, Куинн. Эта вина съедала меня на протяжении многих лет, пока ничего не осталось, кроме горечи и ненависти. Я не хочу этого для тебя. Любовь Нины спасла меня, потому что я был слишком слаб, чтобы спасти себя.
Я хочу обнять мистера Джексона, но не могу заставить себя коснуться его.
— Не отталкивай Элая. Если ты любишь моего сына так, как я знаю, тогда впусти его. Позволь ему помочь тебе найти дорогу назад.
«Но ведь любить Элая так неправильно».
Я отвожу взгляд, чтобы он не прочитал эти слова в моих глазах.
— Только потому, что я люблю Нину, не значит, что я никогда не любил Лию.
Я киваю, и пока мы возвращаемся, я продолжаю думать над всем, что сказал мистер Джексон.
Прежде чем мы добираемся до дома, моя рука двигается, и я хватаю его за руку. Действие шокирует меня. Мистер Джексон поворачивается, и его глаза сканируют моё лицо.
Моё дыхание ускоряется, и я чувствую его на своих губах.
Его руки оборачиваются вокруг меня, как стальные оковы, и Мистер Джексон обнимает меня. Я не чувствую отвращения, меня окружает лишь сокрушительная боль от потери двух людей, которых я любила, и страх потерять Элая.
Я зарываюсь лицом в грудь мистера Джексона, и мне хочется плакать. Мне хочется кричать и бушевать до тех пор, пока безумие не выйдет из меня.
— Я боюсь, — хриплю я. Как только первые слова срываются с моих губ, остальные начинают литься неудержимым потоком. — Я боюсь, что Элай тоже погибнет. Я боюсь, что Стив вернётся, и на этот раз он убьёт Элая.
Мистер Джексон отодвигается, и его сильные руки обхватывают моё лицо. Его губы сжимаются в решительную линию.
— Этого не произойдёт, Куинн.
— Откуда вы знаете? — спрашиваю я, желая почувствовать такую же уверенность, что и он.
— Потому что я собираюсь найти Стива и убить его.
Мы смотрим друг на друга, пока его слова висят в воздухе.
— Вы сможете это сделать? — спрашиваю я, но уже знаю ответ.
— Отец сделает всё для своего сына. Ты будешь удивлена тем, что я могу сделать.
Я чувствую проблеск надежды. Оно быстро превращается в жажду мести, необходимость устранить угрозу из моей жизни.
— Вы научите меня? — шепчу я.
Он смотрит на меня долго и упорно. Испугавшись, что он не захочет мне помогать, я говорю:
— Я сделала недостаточно, мистер Джексон. Я не старалась достаточно сильно. Я не боролась достаточно сильно. Может быть, если бы я боролась сильнее, я могла бы спасти Роя и миссис Дуглас. Если бы я была смелее, я бы не позвонила Элаю. Его бы не подстрелили. Пожалуйста, научите меня, чтобы, когда это произойдёт снова, я смогла дать отпор.
— Я научил Элая всему, что знаю. Иди к нему, Куинн.
Я киваю, чувствуя разочарование от того, что мистер Джексон не будет учить меня.
— Элай нуждается в тебе. Ему тоже больно.
Он прав. Я заставляю себя улыбнуться.
— Спасибо, мистер Джексон.
Он сжимает моё плечо.
— Ты наша семья, Куинн. Мы заботимся о своих.
Я киваю и проглатываю слёзы, которые постоянно жгут глаза.
Я иду к дому Элая, не зная, что буду делать, когда доберусь туда. Я не могу заставить себя постучать в его дверь, поэтому сажусь на ступеньки крыльца, думая о том, что я скажу, когда осмелюсь постучать.
Не знаю, сколько уже я просидела на крыльце перед домом Элая, когда позади меня открылась дверь. Он садится рядом со мной и смотрит на деревья.
Я смотрю на него, и мой взгляд мгновенно притягивает повязка на его боку. На нём только джинсы. Он, должно быть, принял душ, потому что его волосы все ещё влажные. Интересно, кто помогал ему с перевязкой. Я чувствую себя плохо из-за того, что меня не было рядом с ним.
Я открываю рот, но слова не выходят, и это сгущает тишину вокруг.
Закрыв глаза, я встаю. Мне нужно собираться на похороны. Я начинаю уходить, но делаю лишь несколько шагов, прежде чем что-то взрывается внутри меня. Это похоже на вакуум, который высасывает весь воздух из моих лёгких. Звук вырывается из моих губ, и я поворачиваюсь и бегу обратно к Элаю, который все еще стоит на крыльце. Он раскрывает руки прямо перед тем, как я врезаюсь в него. Беззвучные крики вырываются из моей груди, но нет слёз, чтобы облегчить жжение.