Страница 54 из 57
- Не знаю, но я бы расковыряла этот столб.
- Матерь Божия! - перепугалась Шпулька.
Янушек воротился из бальной залы весьма недовольный. Привидение не появилось. Мальчишка был готов на все, лишь бы решить загадку. С энтузиазмом согласился вскрывать полы, долбить столб и даже взорвать замок.
- Но взорвем в последний день, - по-деловому подошел он к заключительному предложению. - Нам же где-то жить надо, а на дворе мороз...
Весь следующий день ребята без особого успеха провозились с железкой в стене под зеркалом. Так были погружены в работу, что раздавшийся потусторонний звук услышали, только когда он поднялся наверх и загрохотал на уровне залы. Мальчишки выронили инструменты. Шпулька громко клацнула зубами.
- Тихо! - прошипела Тереска.
- А почему, собственно, тихо?! - рассердился Зигмунт. - Все тихо да тихо, давайте хоть раз громко!
- Громко что? Петь? - неуверенно спросил Янушек.
- Отойдем-ка отсюда, - предложила Тереска. - У зеркала - его место.
Ребята отошли в угол к наружной стене у террасы. В этом Зигмунт уступил, но, проходя по зале, нарочно громко топал. Ждали молча, петь почему-то никому не хотелось. Зигмунт только время от времени что-то бормотал себе под нос. Напряжение возрастало.
- Эй! Смотрите! - воскликнул приглушенным голосом Янушек.
Все обернулись как по команде. Янушек показывал на террасу.
В слабом свете уличного фонаря на другом конце прохаживался дух. Столбы отбрасывали тень, и призрачная фигура появлялась то в одной, то в другой полосе света.
- Подойдем поближе, - все-таки шепотом скомандовал Зигмунт.
Он первым шагнул в проем в стене, за ним шли Тереска и Янушек. Шпулька держалась сзади. Она только на мгновение открыла глаза и тут же зажмурилась как можно крепче. Вся дрожа, девчонка припала к стене, не решаясь ни открыть глаза, ни двинуться вперед с закрытыми...
Зигмунт успел сделать только один шаг. Серебристо-белый призрак неожиданно вырос прямо у него перед носом. Парень инстинктивно отшатнулся и столкнулся с Тереской. Та, вскрикнув, тоже рванулась назад и налетела на Янушека, который, правда, промолчал, но вынужден был отступить, пнул Шпульку и, не удержавшись на ногах, с размаху плюхнулся на пол в зале.
Шпулька на минуту открыла глаза, увидела белую фигуру, в гневе извивавшуюся перед братом, с отчаянным стоном отскочила еще дальше и замерла посреди бальной залы, снова крепко зажмурившись и решив ни за что на свете больше глаз не открывать. При этом она продолжала издавать тихие стоны.
Призрак перед Зигмунтом исчез так же неожиданно, как и появился. Парень торчал на пороге, беспомощно озираясь.
Тереска с Янушеком снова встали у него за спиной.
- И что? - прошептал Янушек.
- А ничего, - рявкнул Зигмунт. - Пропал, зараза. Нет его.
Терраса была пуста. Ребята напряженно смотрели по сторонам. Янушек оглянулся и аж задохнулся. Он даже не успел ничего сказать, как Зигмунт и Тереска тоже обернулись.
Посреди залы стояла в лунном свете Шпулька, крепко-накрепко зажмурив веки, а призрак сжимал ее в объятиях. Поблескивающий дух окружал ее со всех сторон, а она - неподвижная, скованная белыми путами и как бы уже растворяющаяся в воздухе - тихо и отчаянно стонала.
В первое мгновение никто не был в состоянии пошевелиться, даже моргнуть. Все вдруг с ужасом подумали, что призрак сейчас исчезнет вместе со Шпулькой. А может, и она сама превратится в привидение. Янушек даже успел задаться вопросом, где она теперь будет пугать людей, здесь или в Варшаве, по месту прописки...
Во второе мгновение Зигмунт, очнувшись, как разъяренный носорог, кинулся к сестре, протянул руку сквозь духа и что было сил рванул ее к себе. Дух не сопротивлялся. Шпулька взвизгнула и открыла полные ужаса глаза. Призрак качнулся в ее сторону как бы кланяясь, и пропал.
- Выходит, он в сущности безвредный, - констатировала Тереска некоторое время спустя, когда стало ясно, что Шпулька ничуть не пострадала от непосредственного контакта с потусторонним миром, и все понемногу пришли в себя. - Пугать пугает, ничего не скажешь, но вреда не делает.
- Какое счастье, что я его не видела! - облегченно вздохнула Шпулька. - Подумать только, ведь я могла случайно открыть глаза! А так - только испугалась, когда брат меня дернул...
- Я уж думал, тебе конец, - оправдывался Зигмунт. - Не буду же я спокойно смотреть, как привидение душит мою родную сестру!
- И вовсе оно меня не душило, - с обидой запротестовала Шпулька.
- А кстати, что ты чувствовала? - поинтересовалась Тереска. - Ты же в самой его середке торчала, хоть что-нибудь ты чувствовала?
Шпулька с некоторым сомнением мотнула головой.
- Не знаю... Вроде, ничего. Хотя... Точно я не уверена... Надо подумать.
- Ну! - нетерпеливо подгонял ее Янушек.
Шпулька честно старалась вспомнить свои ощущения. Конечно, она боялась. Стояла с закрытыми глазами. И ей было то жарко, наверное со страху, то холодно. По очереди, жарко и холодно...
- Точно как тот... Который это? Ага, наш муж... Нет, не муж, а приятель мужа. Горячее дыхание и могильный холод. Тоже мне открытие! пренебрежительно фыркнул Янушек.
- Погоди-погоди! - вдруг оживилась Шпулька. - Знаешь, очень похоже... горячее дыхание. Точно, горячее и влажное. А потом почувствовала ледяной холод.
- Ты уж выбери что-нибудь одно, - сердито потребовала Тереска. Влажное тепло и ледяной холод - вещи прямо противоположные.
- Но так оно и было! Поочередно. Одно за другим. А больше ничего я не чувствовала.
- А почему же ты стонала?
- Я стонала? Впервые слышу. Тебе, наверное, почудилось!
- Стонала, точно, - подтвердил Зигмунт. - Поэтому я и подумал, что оно тебя душит.
Янушек вдруг загорелся желанием испытать все на себе. Шпулькин пример доказал, что непосредственное соприкосновение с нечистой силой вреда не приносит. Можно было рискнуть.
- Я тоже хочу! - закричал мальчишка. - Где он? Я тоже хочу залезть внутрь! А потом вам расскажу, что буду чувствовать!
Дух оказал ему, как старому знакомому, любезность и возник перед зеркалом. Не успела слегка обеспокоенная Тереска вмешаться, как Янушек бегом пересек залу и, чуть поколебавшись, отчаянно нырнул в призрака. В зеркале появилось нечеткое отражение парнишки. Дух же изящно изгибался и серебрился вокруг него. Тереска с Зигмунтом какое-то время недоверчиво наблюдали за опытом, а затем осторожно приблизились. Янушек вылез из привидения.