Страница 9 из 15
Дело было в Индии. Человек ехал на мотоцикле, и так как холод был жуткий, он надел пальто задом наперед, чтобы хоть как-то защититься от бьющего в грудь ветра. Навстречу ему, также на мотоцикле, ехал сардар [2] – сардары очень просты. Он не поверил своим глазам, подумав: «Да этот человек свернул себе шею!»
Он так испугался, что, поравнявшись с мотоциклистом, столкнулся с ним – тот свалился на землю, едва не потеряв сознание. Сардар наклонился над ним, воскликнув: «О Боже, что это с ним? До города очень далеко, до больницы еще дальше, но надо же что-то делать».
Сардары в Индии – очень сильные люди. А бедняга все еще лежал без сознания, поэтому сардар поднапрягся и развернул его голову – как раз в сторону застежек пальто. В этот момент подъехала полицейская машина, и стражи порядка поинтересовались происходящим.
Сардар им говорит: «Как вы вовремя! Взгляните на этого человека – он упал с мотоцикла». Полицейские спросили: «Он жив?»
Сардар ответил: «Он вроде был жив, когда его голова была повернута не в ту сторону. Но стоило мне поставить ее на место, как он перестал дышать».
И полицейские ответили: «Ты обратил внимание только на голову, но не увидел, что вовсе не голова была развернута – пальто было надето наоборот!»
На что сардар сказал: «Мы люди бедные, простые. Я никогда не видел, чтобы пальто надевали задом наперед. Я-то подумал, что произошел несчастный случай. Человек дышал, хотя и был без сознания. Я развернул его голову – было нелегко. Но если уж я чего захочу, то непременно добьюсь своего. Вот я и развернул его голову в сторону пуговиц. А он возьми да и перестань дышать. Вот странный тип!»
Твоей головой, твоим умом вертели столькими способами, столько людей – соответственно их видению того, каким тебе следует быть. И не потому, что они вознамерились причинить тебе вред. Твои родители поступали так из любви к тебе, твои учителя поступали так из любви к тебе, твое общество желало видеть тебя кем-то. Их намерения были очень даже хорошими, только вот их понимание оказалось примитивным. Они забыли, что невозможно вынудить календулу расцвести розовым кустом, и наоборот.
Все, что можно сделать, – помочь розам вырасти более крупными, более яркими, источать более изысканный аромат. Можно воспользоваться всеми мыслимыми химическими удобрениями для усиления цвета и аромата – использовать компост, качественную почву, соблюдать режим полива, – но невозможно заставить куст розы расцвести цветами лотоса.
И если приняться внушать кусту розы мысль о том, что он должен стать лотосом – конечно же, цветы лотоса крупны и красивы, – то он получит лишь искаженную обусловленность, ведущую к тому, что этот розовый куст никогда не даст цветов лотоса. К тому же вся его энергия будет направлена не в то русло, и он не сможет дать даже цветков розы – откуда ему взять энергию для цветения? А когда не будет ни лотосов, ни роз – разумеется, это бедное растение почувствует себя пустым, бесполезным, бесплодным, ненужным.
Именно это происходит с людьми. Из самых лучших побуждений собратья вертят твоей головой. В более совершенном обществе, где люди достигнут большего понимания, никто не станет менять тебя. Все примутся помогать тебе стать собой, ведь быть собой – это наибольшее богатство в мире. Будучи собой, ты сможешь получить все, что даст тебе чувство реализованности, все, что способно сделать твою жизнь значимой, наполнить ее смыслом. Просто будучи собой и следуя своей природе, ты сможешь реализовать свое предназначение.
Само по себе это стремление не является плохим, просто его направили не в то русло. И ты должен быть начеку, дабы никому не позволить манипулировать собой – какими бы хорошими ни были их намерения. Ты должен избавиться от толпы благожелателей, благодетелей, постоянно призывающих тебя стать тем-то, стать таким-то. Просто слушай их и будь им благодарен – они ведь не желают тебе зла. Но зло – это то, что происходит в результате.
Просто слушай свое сердце – своего единственного наставника.
В настоящем жизненном странствии твоим единственным наставником является лишь интуиция.
Приходилось ли тебе задумываться над словом «интуиция»? Оно имеет тот же корень, что и «обучение», «наставление» [3]. Обучение происходит под руководством учителей, извне; интуиция дается тебе твоей собственной природой – изнутри. У тебя есть собственный внутренний советчик. Призови лишь немного отваги – и ты никогда не почувствуешь себя никчемным. Возможно, ты и не станешь президентом страны, премьер-министром, не будешь вторым Генри Фордом – да это и не нужно. Ты сможешь стать прекрасным певцом, замечательным художником. И совсем не важно, чем ты занимаешься… Будь хоть сапожником.
Когда Авраам Линкольн стал президентом США… Его отец был сапожником, и весь сенат обеспокоился тем, что сын сапожника теперь станет управлять самыми состоятельными людьми, элитой общества, свято верившей в свое превосходство из-за туго набитых кошельков и принадлежности к голубым кровям. Все члены сената досадовали, злились и не скрывали раздражения; никому не улыбался тот факт, что Линкольн занял пост президента.
Один из членов сената, весьма надменный буржуа, поднялся, не дав Линкольну начать его первую адресованную сенату вступительную речь, и сказал: «Господин Линкольн, перед тем как вы начнете, я хотел бы напомнить вам, что вы сын сапожника». И сенаторы расхохотались. Всем хотелось унизить Линкольна; никто не мог его сместить – его можно было лишь подвергнуть унижению. Но человека, подобного Линкольну, не так-то просто унизить.
Линкольн ответил: «Я чрезвычайно благодарен вам за то, что вы напомнили мне об отце, которого уже нет в живых. Я всегда буду держать в памяти ваш совет. Я знаю, что вряд ли смогу быть столь великим президентом, сколь великим сапожником был мой отец». В зале воцарилась гробовая тишина – то, с каким достоинством отреагировал Линкольн…
И он продолжил: «Насколько мне известно, мой отец шил обувь в том числе и для вашей семьи. И если ваши башмаки жмут или еще каким-то образом причиняют неудобства – и хотя я не бог весть какой сапожник, я с детства обучен обувному ремеслу, – я смогу их починить. Это относится ко всем членам сената: если ваши башмаки сшил мой отец и в них имеются какие-либо дефекты, изъяны – я всегда в вашем распоряжении, хотя наверняка и не сработаю так искусно, как мой отец. У него были поистине золотые руки». И слезы выступили у него на глазах при воспоминании о великом отце.
Вовсе не имеет значения, кто ты – третьеразрядный президент или первоклассный сапожник. Важно, что ты наслаждаешься тем, что делаешь, что ты вкладываешь всю силу в свое дело; что ты не хотел бы быть кем-то другим – ты являешься тем, кем и хотел быть, ты согласен с природой: роль, отведенная тебе в этой драме, – именно твоя роль, и ты ни за что не поменялся бы даже с президентом или императором. Вот истинное богатство. Вот истинное могущество.
Если каждый станет собой, то повсюду на Земле люди обретут могущество, колоссальную силу, знание, понимание, отыщут свою стезю и исполнятся радости оттого, что вернулись домой.
Слово «идеал» кажется мне грязным ругательством. У меня нет идеалов. Идеалы сводят с ума. Именно идеалы превратили наш мир в большую психушку.
Идеал означает, что ты не являешься тем, кем должен быть.
Он создает напряжение, беспокойство, мучения. Он разделяет тебя, превращает в шизофреника. Идеал – в будущем, но ты-то – здесь, в настоящем. А как ты сможешь жить, пока не станешь идеалом? Сначала стань идеалом, а потом живи себе – но этого никогда не происходит. Это не может произойти по самой природе вещей.
2
Уважительный титул у сикхов. – Прим. перев.
3
Ср. англ. intuition – «интуиция», «наитие», «чутье» и tuition – «обучение», «наставление». – Прим. перев.