Страница 77 из 88
- Так ведь и наш сериал ты, в случае чего, свободно можешь переделать в детективный роман. Сделаешь такую книжку - пальчики оближешь! Если у нас не пойдет. Ой, что я говорю, типун мне на язык! Пойдет, обязательно пойдет, даже если для этого и в самом деле придется пристукнуть Ящера Збиня.
Ну и я уступила, поддалась Мартиным уговорам. Мы засели за сериал и очень неплохо поработали. Думаю, главную роль тут сыграл появившийся шанс сделать из Ящера Збиня ну просто на редкость омерзительный отрицательный персонаж...
***
Моя нога пришла в норму, как и предполагалось, через три дня. Побаливала, правда, но терпимо. По опыту зная, что еще недели две понадобится для полного выздоровления, я старалась поменьше ходить и втайне от Марты целиком переделала три серии сценария, превратив цокольные помещения телецентра на Воронича в прелестные средневековые подземелья-казематы. Происходящие там события как-то сразу приобрели нужную тональность, пропитались зловещей атмосферой, которую непременно ощутит и зритель. Марте я не стала говорить о моих нововведениях, незачем ей знать о том, что я нарушила свою клятву и работаю за спасибо.
Общались мы с Мартой по телефону, она изредка звонила, да и то лишь затем, чтобы информировать, как идут переговоры с начальством по поводу подписания договора, а поскольку они буксовали на месте, то и информировать не о чем было. Никто не понимал причины, а если и понимал, то молчал в тряпочку или притворялся идиотом. Марта жила в обстановке нескончаемого нервного стресса, все свое время разделяя между казино и Бартеком, причем львиная доля доставалась казино, поскольку Бартек вынужден был по большей части находиться в Кракове, срочно заканчивая оформлять какую-то постановку.
На тринадцатый день моего вынужденного сидения дома Марта позвонила мне из "Мариотта" довольно рано, вечер только начинался.
- Хорошо, что я не люблю сладостей, - произнесла она в трубку, как-то таинственно понизив голос. - Я тут забилась в уголок за буфетом, чтобы из зала меня не было видно, а в буфете такие вкусности - с ума сойти. Видела бы ты все эти торты, пирожные, желе, засахаренные фрукты и бог знает что еще! Фантастика!
- Надеюсь, ты мне звонишь не для того, чтобы описывать вредные для здоровья лакомства? И без тебя знаю - выглядят они завлекательно, но я, слава богу, давно от них отвыкла. И вообще, сколько раз напоминать - худею! Так что кончай трепаться, брошу трубку.
- Нет-нет, не бросай! Ты еще не забыла нашего Чарека? Помнишь, как Чарек Прекрасный расспрашивал меня об одном из игроков, который внезапно сорвался с места и вылетел из зала, оставив весь свой выигрыш на кредите? Помнишь?
Конечно же, я прекрасно помнила не только этот эпизод, но и то, что Марта мало чего полезного могла сообщить следователю. Как же, "следователю"! Ну да тогда мы обе еще считали Цезаря Блонского сотрудником полиции. И тогда же я почему-то решила для себя, что неизвестный игрок, о котором Марта ничего путного так и не рассказала, является одним из двух громил, которые выволакивали из гостиничного номера труп Красавчика Коти, чтобы спустить его в подземный гараж отеля. Так, во всяком случае, мне показалось. Вызвали его срочно по сотовому (Марта ведь упоминала о его кратком разговоре по телефону), он все бросил и сломя голову помчался на задание. По времени вроде бы совпадало.
- Помню. И что?
- А он опять сидит рядом со мной. Тогда, рассказывая Чарусю об этом игроке, я думала, что даже если увижу, то не узнаю, а вот же узнала. Очень уж его много.
- Не поняла.
- Ну, очень уж он какой-то крупный, такое ощущение, знаешь, громоздкости. Это он, точно! И тогда у меня сложилось такое же впечатление.
- Так чего ты хочешь от меня? - все еще не могла понять я.
- Сама толком не знаю. Думала, ты сразу решишь, что надо делать, ведь это по твоей части. Может, об этом типе следует знать твоим ментам, может, они им заинтересуются? А вдруг он опять сидит здесь и ждет, когда позовут очередной труп выносить? Коротая время за игрой, так сказать сочетая приятное с полезным.
Надо же! Значит, не у одной меня возникают подобные ассоциации. Я уже не раз замечала, как совпадают наши с Мартой мысли. Однако съехидничала:
- Ты, наверное, полагаешь, что фешенебельный "Мариотт" - настоящий бандитский притон. Так у тебя получается.
- Ну почему же именно "Мариотт"? - возразила Марта. - Труп можно выносить и из Дворца культуры, очень даже подходящее место, скажешь, нет? Иоанна, ну что ты такая вялая? Шевелись же!
Я пожала плечами, хотя Марта и не могла меня видеть.
- А зачем мне опять выручать полицию? Сама же знаешь, помогли им, про Красавчика Котю все как на духу выложили, а они человеку ни словечка из своих профессиональных тайн не соизволили пикнуть. Ну так пусть и сидят, не стану навязываться. Тем более что о твоем громоздком типе ничего не знаю, так чего я буду лезть...
- Ну, Иоанна, не будь такой занудой. Это потому, что договор не подписывают? Подпишут, куда они денутся. А для сценария может пригодиться. Что стоит тебе позвонить этому твоему... как его... Купштыку? Посмотрим, что они сделают.
Мне вдруг тоже захотелось узнать, что в данном случае сделает полиция.
- Ладно, отключись. Позвоню!
Младшего инспектора Крупитчака я на работе не застала, но поднявший трубку полицейский был в курсе. Очень вежливо поблагодарил за информацию и заверил, что они непременно ею воспользуются. Меня не устроило такое расплывчатое обещание, и я потребовала уточнить: как именно они собираются ею воспользоваться. Полицейский в трубке похмыкал, погмыкал, наконец выдавил из себя, что, возможно, кто-нибудь из них приедет сейчас в отель, а там они уже будут решать. Я не отступала и поинтересовалась, а каким образом они собираются его опознать, вот, скажем, он лично знает Марту? Бедный полицейский явно смешался, из чего я заключила: Марту он лично не знает и подозрительного субъекта им ни в жизнь не вычислить. И еще ясно чувствовала - больше всего полицейскому хотелось, чтобы я наконец от него отвязалась, хотя он и продолжал соблюдать безукоризненную вежливость. Ах, так? Так вот же, из вредности не отстану! Вспомнила я свою молодость и ехидно предложила лично приехать в отель "Мариотт", чтобы помочь в опознании подозрительного субъекта.