Страница 10 из 18
Я глубоко вздохнула. Тулл, конечно, горячий парень, и вполне способен набить неугодному морду. Вопрос только в том, чем практиканту мог не угодить хауми, да еще и работник отеля?
— Вы с ним друзья. Я посчитал, ты должна знать, — курсант при этом так на меня посмотрел, как будто я не только должна знать проблему, но еще и решить ее.
— Спасибо, что сказал. Буду иметь в виду.
— Тулл бы зря бить не стал.
— Знаю.
Парень кивнул и отошел. А я прошлась по дорожке вокруг корпуса, стараясь держать в тени – жарковато было в это время суток. Но все равно духота сводила с ума, а экзотичная местная флора не радовала глаз, а раздражала.
Я развернулась к корпусу, заметив знакомого веганца.
Допустим, Тулл действительно отошел по нужде. Что же произошло дальше? Он увидел хауми и набросился на него? Но зачем? Хауми что-то ужасное делал? Или Тулл скоротечно сошел с ума?
Я стянула резинку, и запустила пальцы в волосы, нагревшиеся от пребывания под здешними светилами. У меня и самой было много проблем, а тут еще и орионец начудил. Очень не хотелось бы, чтобы Тулла исключили и судили.
Я тихо застонала, чувствуя, как наваливается моральная усталость.
— Тебе нормально? — подкрался знакомый рыжий веганец. Он убирался на нашем этаже, и, когда мы встречались в коридорах, всегда на меня возмущенно смотрел, как будто тогда я от его подарков отказалась.
— Нет, не нормально.
— Проводить, не?
— Спасибо, не нужно, — вяло сказала я и поплелась к входу в корпус. Веганец двинулся следом за мной. Я слышала его сердитое шумное дыхание. Странный тип – ему дали работу, хотя могли бы просто приобрести роботов-уборщиков, живет он в прекрасном месте, с виду здоров. Так почему же он всегда возмущен и недоволен?
В холле веганец от меня отстал. Я поднялась в свой номер, приняла душ, и поставила будильник на инфо-табло, чтобы успеть на тренировку. Отдохнуть мне так не удалось: я периодически проваливалась в сон и быстро просыпалась, а когда прозвучал сигнал, почувствовала себя разбитой.
В таком состоянии и явилась на тренировку. Вальдола велела сначала размяться, потом немного побегать, и только потом собрала нас, чтобы погонять по самим приемам. Она выбирала себе партнера и показывала, как нужно «действовать», как уворачиваться и с какой силой бить. Остальные сначала должны были наблюдать, а потом – повторять те же приемы, пока Вальдола не оставалась довольна.
Курсант, доставшийся мне в партнеры, бил вполсилы и явно щадил меня. И это было разумно, если учесть, что он цент, а я – землянка. Порядком подустав, я начала путаться в движениях, и тогда прозвучало, как гром среди ясного неба:
— Ветрова! Становись в позицию. Отрабатываем прямые удары ногой.
«Поздравляю, Нина. Сейчас тебя вырубят».
Я пропустила предыдущего несчастного и встала в позицию – левая рука и нога впереди, ноги согнуты в коленях. Обычно во время тренировок я пыталась учесть все сразу: и положение противника, и его взгляд, и расстояние между нами. Но сегодня у меня шалили нервы, и сосредотачиваться я не стала. Когда мне показалось, что орионка двинулась, я ринулась вперед и… неожиданно ее опередила. Схватив девушку левой рукой за ногу, я дернула, а правой ударила по шее. Линда упала.
«Поглоти меня Черная дыра!» Впервые за все время тренировок мне удалось быстро и правильно сработать. Розин всегда ругал меня за то, что я слишком боюсь получить удар, и поэтому медлю и сомневаюсь.
Вальдола медленно поднялась.
— Продолжаем.
Второй раз я ударила недостаточно быстро – Линда успела поставить блок, и я получила удар в голень. Боль на пару мгновений ослепила. Шумно вдохнув, я сделала шаг назад. Удивительно, что вообще удержалась на ногах.
— Еще раз, — сказала Вальдола.
Превозмогая боль, я ударила. В этот раз мы были одинаково быстры и ловки. Об очередном ударе Линда предупреждать не стала – я не стала ставить блок, решив увернуться. И, не рассчитав скорость, вылетела слишком далеко вперед, чуть не свалившись.
— Быстрее нужно бить, Ветрова, и резче, — повеселев, сказала Вальдола. — Пока ты будешь телиться, враг уже скончается от ожидания. Рогсон, ко мне. Отрабатываем удары ногой с разворота.
Я отошла в сторону. Редко кому удавалось свалить Линду на землю, или хотя бы застать врасплох. Может быть, сегодня мне просто повезло, и орионка не ожидала, что я не отпряну, как всегда, а решусь на блок. А может, не настолько я ужасный боец?
Вечером меня вызвали в главный корпус. Это меня не порадовало, мягко говоря: я ожидала либо подлянки со стороны альбиноса, либо разбирательств по поводу Тулла. И я угадала со вторым вариантом.
Пройдя в кабинет начальника охраны отеля, я увидела, собственно, хозяина кабинета, котоида Риса, нашего куратора-цента и Солда. То, что он оказался на планете так скоро, означало, что ему позволили воспользоваться услугами по телепортации. Лицо лейтенанта было красным и немного отекшим – обычная реакция организма на условия другой планеты. Помимо старших по званию, в кабинете находился и закадычный приятель Тулла – орионец по фамилии Чанд.
— Товарищ капитан, курсантка Ветрова по вашему приказанию прибыла, — доложилась я куратору-центаврианину.
Он кивнул:
— Что ты знаешь о сегодняшнем инциденте, Ветрова?
— Ничего, товарищ капитан.
Куратор кивнул снова, и кивком указал, куда мне нужно встать. Я подошла к Чанду.
Начальник охраны объявил, что Слагор Тулл спутал хауми с гибридом и попытался его задержать. Мы выслушали сию весть с крайне серьезным видом. После начальника охраны слово взял администратор отеля Рис:
— Да, некоторых представителей нашей расы можно спутать с гибридами, которых выводят спящие, но даже если допустить, что гибриды могли попасть на нашу планету, им никак не удастся попасть на территорию отеля. Мы заботимся о благополучии и безопасности постояльцев! Я хочу, чтобы вы, товарищи практиканты, запомнили: в «Эрмее» не может быть не только гибридов, но даже и ненадежных граждан!
— Уясните, — отчеканил цент-куратор, — что такое не должно повториться. Другие не должны знать о том, что произошло, а что касается вас… Если кто-то посмеет с неуважением отнестись к кому-либо из служащих отеля, будет исключен. Это понятно?
— Так точно, товарищ капитан!
Мужчины отошли от нас и начали тихо о чем-то договариваться, изредка бросая на нас задумчивые взгляды. Наконец, Рис и начальник охраны вышли, оставив нас на растерзание кураторов. Капитан прошелся по столовой, сохраняя на лице отстраненно-вежливое выражение. Провел рукой по поверхности стола (неужели в этот момент его интересует чистота?), и, медленно повернувшись к нам, сказал:
— Слагор Тулл будет в ближайшее время отправлен на Горунд. Как и котоид, на которого он напал.
«Отвратительный день, — подумала я. — Отвратительная практика».
— Если будут спрашивать, почему Тулл депортирован – вы не знаете. Понятно?
— Так точно товарищ капитан!
Мне все это не нравилось. В случае, если курсант наломал дров, и это нужно было скрыть, нас бы просто не вызвали на разговор и не стали напоминать, как важно с уважением относиться к персоналу. Да и Солд бы не прилетал: капитан мог и сам преспокойно сообщить, чтобы мы молчали о том, что Тулл побил местного. Значит, дело не такое однозначное, каким кажется на первый взгляд.
—Вспомните, — подал голос Солд, — замечали ли вы за Туллом странности во время учебы, или изменения в его поведении после перелета.
Повисло гнетущее молчание. Странности и Тулл – понятия несовместимые. Он открытый, но не простодушный, веселый мужчина. Ну, по меркам старших рас – юноша.
— Я жду ответа. Чанд, ты в команде Тулла. Вы пробовали здешние фрукты, или что-то еще? Пробовали как-то расслабиться?
— Никак нет, товарищ лейтенант. Мы не делали ничего того, что не связано с заданиями на практику.
— Уверен? — уточнил Солд у курсанта.
— Так точно, товарищ лейтенант.