Страница 54 из 67
Тристан опирается на меня, пока я стучу в дверь Нэнси. Она даже не выглядит удивленной, когда открывает дверь. Она в халате, ее волосы собраны наверх, и она с легкостью пускает нас внутрь.
- Так и знала, что он попадет в беду в ближайшие дни, - говорит она, закрывая за нами дверь, и я помогаю Тристану присесть на рваный диван в гостиной. Когда я высвобождаю руку, он падает на бок, прижимаясь опухшей щекой к подушке. У него сочится кровь, попадая на плед в стиле 70-х, но она, похоже, не возражает.
- У тебя есть что-нибудь очистить его голову? - спрашиваю Нэнси, пока она стоит возле спинки дивана, увлеченно наблюдая за Тристаном. У нее красные глаза и зрачки расширены, она постоянно принюхивается. Я знаю, что она сидит на том, что я хочу, и мне интересно, есть ли у нее, чем поделиться, и какую цену она запросит. Но мне все равно. Я просто хочу это. Чтобы снова дышать. Забыть все, что произошло за последние пару минут. Часов. Дней. Забыть, кто я, и что я чувствую. Чтобы все стало гораздо проще.
Она затягивает пояс, которым подвязан ее шелковый халат. - Сейчас принесу полотенца, - говорит она, направляясь в сторону ванной. Жду ее в маленькой гостиной, здесь темно из-за закрытых штор. В кастрюле на плите в кухне что-то варится, куча грязной посуды лежит в раковине, и это напоминает мне о нашей квартире. Как только я об этом думаю, другая проблема бьет меня наотмашь.
Дерьмо, где нам теперь жить?
Когда Нэнси возвращается у нее в руках мокрая тряпка и пластиковый пакет с небольшим количеством порошка. Тело мгновенно реагирует, желая заполучить крошечные кристаллы, все мысли и заботы испаряются из моей головы, чувства обостряются. Хочу. Хочу. Нуждаюсь. Хочу.
Сейчас же.
Я почти вырываю пакет из ее рук, но в последний момент сдерживаю желание, беспокоясь, что, если я это сделаю, она вышвырнет нас отсюда. Она осторожно опускает мокрую тряпку на лоб Тристана, и он стонет.
- Кажется, тебе тоже это необходимо, - говорит она, разглядывая меня, разделяя кристаллы на две линии, которые совсем малы и едва ли способны усмирить монстра внутри меня. Мне нужно больше, и я не могу не думать о тайнике в своей комнате. Уйти. Не более. Что мне делать?
Я борюсь, чтобы держать руки при себе. - Все в порядке.
Она перестает делить порошок и проводит пальцем по краю стола, счищая остатки кристаллов и облизывая палец. Мое сердце бьется в груди, наблюдая за ней и желая принять его самому. Когда она наклоняется, я сижу совершенно неподвижно, зная, что она хочет - зная, что я могу попробовать его, если позволю ей поцеловать себя. Она прикасается губами к моим, и на мгновение я напрягаюсь, думая о Нове и откровении в машине. Когда я понял, что люблю ее. Но что-то большее обгоняет меня, голодный зверь внутри меня, пробуждающийся и желающий убить все эмоции. Все происходит так быстро, что мое тело и ум выходят из-под контроля. Я должен собраться, так что я проскальзываю языком ей в рот, целуя в ответ, ненавидя себя за это, но ненависть к себе - это знакомое мне чувство.
Отстранившись, она дает мне дорожку и принимает вторую, прежде чем взять меня за руку. Она поднимает меня на ноги и ведет к себе в комнату.
- Мне нужно присмотреть за Тристаном, - говорю ей, оглядываясь на диван, где он лежит с полотенцем на лице, его грудь поднимается и опадает. - Трейс и его ребята избили его довольно сильно.
- С ним ничего не случится за несколько минут, - уверяет она, ее глаза хищно смотрят на меня. - У меня в спальне есть еще. Если ты пойдешь со мной, я поделюсь.
Я колеблюсь, переводя взгляд с Тристана на нее. Тристан или она. Тристан или наркотики. Мои ноги следуют за ней, когда я говорю себе, что Тристан будет в порядке несколько минут и что, как только я получу дозу, то смогу сосредоточиться на нем, не думая о наркотиках. Когда мы входим к ней в комнату, она мягко толкает меня на кровать, снимает с меня рубашку, проводя пальцем по моей груди вдоль шрама.
- Ты никогда не говорил мне, откуда у тебя этот шрам, - говорит она, прижимая руку к моему сердцу, точно также, как Нова на американских горках.
Я осторожно откидываю ее руку, не в силах терпеть ее касания, думая о Нове. - Я сам его сделал, - я лежу, мечтая, чтобы она просто дала мне эти чертовы наркотики.
Ее брови поднимаются, но выражение лица остается тем же, она наклоняется и снова целует меня. Двигаюсь механически, позволяя ей целовать себя, позволяя ее пальцам блуждать по всему телу, когда она задыхается и стонет, желая большего. Чувство вины поглощает меня. Пожирает меня. И я почти готов накричать на нее, чтобы остановить. Но она сама уходит и снимает халат. На ней только бюстгальтер и трусики, и она улыбается мне, когда подходит к комоду, чтобы достать свою заначку, и я знаю, что, когда она вернется, мне придется платить за каждую дорожку, принятую мной. И я знаю, что я возьму больше, чем несколько, даже если не хочу платить за любую из них.
Я опускаю голову на руки и жду, ощущая биение пульса, мои губы дрожат, мозг готов взорваться, а я чувствую, как погружаюсь все дальше на дно, ощущая, как жизнь, еще оставшаяся внутри меня, рассеивается.
Глава 12
Нова
Кажется, я могу потерять его. Или, может, уже потеряла. Даже не знаю, как я вернулась в дом дяди Леа, потому что всю дорогу пыталась сосчитать проезжающие мимо машины. Я не должна была садиться за руль в таком нестабильном состоянии.
Не знаю, как добралась до дома живой. Но точно не как одно целое, поскольку мой разум вскрыт и расколот. Все, о чем я могу думать, это о Куинтоне с его проблемами, и как я просто взяла и ушла.
Я не должна была его оставлять.
- Нова, ты в порядке? - Леа вскакивает с дивана и бросается ко мне, когда я вхожу в дом. Она останавливается, ее глаза удивленно округляются при виде меня. Понятия не имею, как выгляжу, но судя по ее лицу, понимаю, что плохо. - Иисус, что случилось?
Я просто смотрю на нее, не в состоянии заставить свои губы шевелиться и произнести какие-либо слова. Я едва могу двигаться, единственное движение внутри меня - от бьющегося сердца и легких, когда делаю вдох, но даже это кажется большим усилием. Я готова упасть прямо здесь, в гостиной ее дяди, и разрыдаться, сломанная. Мне нужно как-то остановить это.
- Я хочу сыграть на своих барабанах, - наконец произношу я, потому что это все, о чем я могу сейчас думать, чтобы продолжать двигаться, не рухнув.
Леа изумленно смотрит на меня. - Что?
- Мне нужно сыграть на барабанах, - чувствую себя немного лучше, говоря это. Проскальзываю мимо нее и иду в комнату для гостей, где спрятала все свои барабаны в шкафу.
Она преследует меня. - Нова, что, черт возьми, сегодня произошло? - спрашивает она озабоченно. - И не говори мне, что ничего, потому что ты выглядишь так, словно кто-то умер.
Думаю, что так и есть. Я распахиваю шкаф и начинаю доставать свою установку барабанов по частям, тарелки, малый барабан, табурет, на котором сижу. Таким образом я пытаюсь убежать от своих проблем. Я знаю это, но мне просто нужно что-то, чтобы заглушить все мрачные мысли, роящиеся в моей голове.
Леа продолжает тараторить что-то о том, чтобы позвонить маме, но я теряю нить разговора, когда устанавливаю барабаны в углу комнаты. Как только все готово, я открываю ноутбук и захожу в свой iTunes. Только сев на стул за барабаны, я достигаю состояния спокойствия. Тишина. Одиночество. Я чувствую умиротворение. Я беру барабанные палочки, и это заставляет меня чувствовать себя словно я одна, только я, и больше никого нет. Испепеляющий взгляд Леа с порога расплывается вдали. Воспоминания о сегодняшнем дне и событий двухгодичной давности размываются. Время исчезает. Я исчезаю. Это прекрасное место для существования, и чувство уверенности в этом только растет, когда я возвращаюсь назад и включаю «Not an Addict» [9] от K's Choice. Мне нужно подождать несколько слов, а затем я вступаю, прикасаюсь палочками к барабанам и нажимаю на педаль, создавая звук, чувствуя ритм, страсть, как текст и мелодия заполняют меня, и как я этого хочу. Я выбрала эту песню, потому что мне кажется, она отражает все то, что происходит вокруг меня. Простые слова, ритмы, ноты, вибрации могут быть настолько могущественными, что я оказываюсь в другом мире, не в этом гребаном, где я продолжаю все портить и терять близких.