Дикий белок

Растерянный Лесь молчал как камень. Стефан попробовал что-то произнести, но голосовые связки отказались его слушаться. Он посмотрел на потоптанную, но тем не менее прилично выполотую и окученную картошку. Потом откашлялся.

- А эта картошка? - прохрипел он.

- Это не мое, - коротко ответила пани магистр и решила вопрос за них; Поможете мне поймать лошадей. Эта конюшина тоже не моя, того гляди крик поднимется. Снимите две жерди. Вы гоните с той стороны, а я с этой, надо зайти к ним с тыла. Эй-эй, Целинка!..

Ни Стефан, ни тем более Лесь не в состоянии были протестовать. С усилием превозмогая некий внутренний барьер, Лесь снял две знакомые жердины и перелез наружу. Пани магистр и Стефан полезли за ним. Пани магистр - живо и ловко, Стефан - как паралитик. Лесь старательно избегал встречаться с ним взглядом, но иллюзий насчет чувств и впечатлений Стефана не питал ни малейших.

Ровно через четыре часа разнообразных маневров три лошади оказались снова на территории паддока, и замученный Лесь водрузил жердины на место. Стефан присел, выбрав жердь потолще. Орущего благим матом ребенка еще в середине операции отдали худенькой молчаливой девочке, препроводившей его в дом. Разгоряченная пани магистр похлопывала вернувшихся лошадей, ласковым голосом выговаривая им за непослушание. Переведя дух, Стефан глазом знатока оценил животных.

- Красивые кобылы, - похвалил он. - Но вот эта жиреет.

Пани магистр враждебно посмотрела на него.

- Она просто в теле, - ответила она сухо и немного обиженно.

- Жиреет, - стоял на своем Стефан. - Пузо у нее растет. Надо побольше выезжать.

- А ее вообще пока не выезжают. Куда спешить.

- Как это? - удивился Стефан, даже привстав на жерди. - Взрослая кобыла! Ей уже два года есть?

- Да, больше двух, ну и что? Такая молодая! Она еще успеет наработаться!

В голосе пани магистра прозвучала нежная снисходительность. Стефан снова потерял дар речи. Он перевел взгляд с лошадей на луг чертополоха и полыни, на котором кое-где торчали морковки, и почувствовал, что с него хватит. Возможно, рано или поздно ему удастся вернуть душевное равновесие, но сейчас он не проронит ни единого слова. А у Леся своя голова на плечах.

К Лесю вернулась по крайней мере половина его обычной энергии. Счастливая развязка скандала с конями принесла ему невыразимое облегчение, ошибка насчет морковного луга его вообще не трогала, в вопросах выращивания лошадиного молодняка он и вовсе был профаном. Зато в голове у него упорно сидели красавцы петухи, и неразрешенная загадка зеленых перьев терзала его душу. Он первый поспешил во двор и, еще раз поразившись его живому украшению, не выдержал:

- А для чего вы используете эти перья? - осторожно спросил он. - Я не хотел бы быть назойливым, но, если это не тайна...

- Какие перья? - не поняла пани магистр.

- Ну эти, петушиные. Из хвостов. Пани магистр очень удивилась:

- Перья из хвостов? А никак не используем. Как же их использовать - они даже на подушки не годятся.

Лесь совсем растерялся. Бросил взгляд на безмолвного Стефана и продолжал напролом:

- Так зачем же вам в таком случае столько петухов?..

Удивление пани магистра стало просто безграничным.

- Как это зачем? Петухи нужны курам!

- Но столько? То есть.., такое количество?..

- Может, сейчас их и правда чуть больше, чем надо, все потому, что несколько кур сдохло.

Даже не знаю почему. Обычно они составляют пары...

Стефан безмолвствовал. Лесь сам не знал, кому верить. Он терялся в догадках и лихорадочно вспоминал, зачем они сюда вообще приехали. Ведь не за тем же, на самом деле, чтобы полдня скакать по лугам, полям и пригоркам, гоняясь за тремя избалованными и капризными лошадьми. Пани магистр смотрела на него с легким упреком, а Стефан молчал.

Бог знает, сколько простояли бы в этом запетушенном дворе сбитый с топку Лесь, неприятно удивленная пани магистр и зловеще онемевший Стефан. Но в ворота неожиданно въехал "тарпан", из автомобиля выскочили двое. Пани магистр обернулась к ним:

- Вы, может быть, насчет барашка? Да? Генюсь!.. К барашку!..

Предоставленные самим себе Лесь и Стефан сумели стряхнуть злое наваждение. Когда пани магистр повернулась, чтобы с опозданием ответить на слова прощания, двор уже опустел. Гостей и след простыл.

***

- Я ничего комментировать не собираюсь, но, по ее мнению, петухи и куры должны жить моногамными парами! - глумился в понедельник Стефан, которого наконец прорвало, и эмоции в нем бушевали. - Пани магистр после сельскохозяйственного института!!! Да чтоб все это в тартарары провалилось, я никакой морковки больше искать не стану! И петрушки тоже! А этот лапоть еще и коней зеленым перышком погонял!

Он обвиняющим жестом тыкая в Леся, который достал из портфеля и демонстрировал желающим старательно сбереженное петушиное перо. Все восхитились им.

- Прикрепи на стену так, чтобы в глаза бросалось! - потребовала Барбара. Это будет на память.

- Ты и правда этим коней погонял? - полюбопытствовал Каролек.

- Да ты что, больной? Оно у меня в руках было, но я им никого не погонял!

- А морковки могли бы немного надергать, - недовольно сказал Януш. - С сорняками или без, но это наверняка то самое, что нам надо! Запущенное хозяйство.

- Поезжай сам и надергай! Я этой чокнутой ни на грош не верю. Она туда могла высыпать хоть крысиный яд! Высшее сельскохозяйственное образование! Иисусе Христе Боже!!! - кипятился Стефан.

- Неужели вся польская деревня так выглядит? - огорчился Каролек. Никакого толку от нее уже нету?

- Ну что ты, не у всех же высшее сельскохозяйственное образование, утешил его Лесь.

- Но там, где мы были.., ведь если бы не тип из города, там погибли бы четыре гектара луга!

- Четыре гектара! - издевательски воскликнул Стефан. - Ха-ха! У нас пропадает четыре миллиона гектаров!

Влодек, который до сих пор сидел молча, беспокойно заерзал.

- А шкуры... - начал он.

- Заткнись! - немедленно обрезала его Барбара голосом, свистящим от бешенства. - Ни слова на эту тему, потому что меня на месте вывернет!

- Я вам про это попозже расскажу, когда ее не будет, - поспешно ретировался Влодек. - Оставь пепельницу в покое, Барбара, я уже молчу.