Страница 29 из 73
- Этого лося! Ради Бога, пожалуйста, со всем моим удовольствием! Нет, погодите, так ли я понял... Вы на меня нападаете, чтобы отобрать эти рога?
- Ну наконец-то! - рявкнул Стефан. - Дошло до тебя, олух царя небесного! Козе понятно: это хулиганское нападение с целью похитить лосиные рога!
- Никаких препятствий я вам чинить не стану! Вон они, в мастерской валяются. Собирался сегодня их почистить... Заберите, ради всего святого! То есть.., что это я? Я сопротивляюсь, сражаюсь как лев! Будьте добры действовать силой, меня надо связать!
- Он что, рехнулся? - недоверчиво спросила Барбара.
Не слушая дальнейшей болтовни скорняка, Стефан рванул в мастерскую, оттуда донесся его голос:
- Идите сюда! Холеры на вас нет! Да помогите же кто-нибудь!
Януш, который таращился на лохматого человека во все глаза, покачал головой, заморгал и бросился вслед за Стефаном. В кухню вплыла огромная лосиная голова, небрежно обернутая в целлофан. Хозяин дома упорно домогался насильственных мер, даже вытащил из ящика в углу какие-то веревки.
- Не обращайте на психа внимания, хватайте башку - и ноги в руки, вполголоса посоветовал Каролек.
Скорняк расслышал это, вскочил как встрепанный, бросился к двери и закупорил проход, раскинув руки.
- Только через мой труп! - орал он. - Берите на здоровье башку, но имейте сострадание! Свяжите меня, люди добрые, не оставляйте так! Умоляю, не будьте свиньями!..
Душераздирающее воззвание нашло отклик в сердцах. Коллектив поколебался и пошел навстречу. Януш и Стефан отказались от намерения проложить себе дорогу лосиной башкой. Жертва вела себя более чем странно, и главный инженер сурово распорядился объяснить эти капризы. Жертва отклеилась от двери и заметалась по кухне, раскрывая свои тайны и пылко оправдываясь:
- Проше панов, я человек средней порядочности. Шкуры выделываю по закону, а если когда подвернется левый заработок, так ведь от этого дырка в небе не сделается! Чучело сделать тоже сумею, но это хобби, так сказать... Но вот так, раз за разом... Они мне на голову садятся! Браконьеры - это невинные дети в сравнении с таким... Не стану выражаться при даме каким. Просто бич Божий... Ладно уж козлик, серна, олень в конце концов, но лось - это ни в какие ворота! Все имеет свои границы! У меня от сердца отлегло, что вы это забираете. Рога эти проклятущие на вывоз предназначались, на доллары польстился вампир ненасытный! А из меня он кого делает? Сообщника! Преступника! Ведь меня уже сажать можно: знал, кто лося укокошил, и не донес! А тут вы на меня напали дай вам Бог здоровья! Ну-ка, давайте по маленькой!..
Изумление было столь велико, что никто не отказался от выпивки. Главный инженер, сбитый с панталыку, машинально взял в руки стопку.
- Хотите сказать, что вы вовсе не хотели чистить эти рога?..
- Ну конечно же, нет! Мне силой навязали!
- Зачем же вы пошли на поводу? Не могли отказаться?
Лохматый человечек поднял свою стопку и с жалостью посмотрел на главного инженера:
- Вы вчера родились, что ли? У меня жена и дети, а вокруг - посмотрите-ка в окошко... Сколь" - ко еще жить в этой халупе? Я дом строю, кирпич вот получил льготный... Отказал бы я субчику, и всему хана. Честно говорю: из-за этого лося у меня чуть инфаркт не случился... Нет-нет, прошу вас, не отказывайтесь, чем хата богата, тем и рада... Наливочка собственного производства. А, чтоб он сдох, гнида такая...
- И частенько он такие вещи привозит?
- Непрестанно! Лося впервые, но оленьи рога - постоянно! И какие! Сердце кровью обливается!
- Сам так охотится?
- Как же, охотничек!.. У него сговор с браконьерами. Одна шайка, и управы на них нет. Уже и сам не знаю, где эта банда кончается... Имейте в виду - я ничего такого не говорил, у меня жена, дети... И не забудьте меня как следует связать, ибо жду подлеца после полудня...
Четверть часа спустя неизвестные виновники хулиганского нападения уехали с легким хаосом в голове, прихватив доставшиеся без боя трофеи. Жертву оставили связанной полотенцами и прикрученной к клубному креслу бельевой веревкой. Супругу жертвы самым обыкновенным образом заперли на ключ в другой части дома.
На ступеньках клиники племянник замдиректора уже все продумал. Он точно знал, во сколько позвонит в редакцию газеты и кому сообщит сенсационные новости. Сообразил, в каком охотничьем кружке найдет лучшего таксидермиста. Прикинул, каким образом подключит к делу Лигу Охраны Природы. Племянник с нетерпением ждал той минуты, когда можно начинать звонить, не поднимая никого с постели. С еще большим нетерпением он высматривал возвращение хулиганов с вещественным доказательством. Не поддавалась решению только одна проблема: как он объяснит наличие лосиной головы, не навлекая на себя обвинения в браконьерстве? При этом нельзя выдавать ни малейших подробностей аферы.
Тот же самый вопрос терзал участкового. Он к тому же терпел невыносимые мучения от какого-то "лосося", упорно слетающего с его уст вместо "лося". Доктор Романовский старался успокоить стража порядка.
- Это все эмоции, пан поручик, - объяснял он снисходительно. - Лось - это слишком короткое слово, чтобы излить из души все накипевшие эмоции. Здоровый рефлекс заставляет вас изливать больше, как-то продлить это слово, обогатить...
Сидящий около Януша Влодек не обращал на них внимания, занятый новым огорчением. Давно наступило утро. Самая пора собираться в обратную дорогу, если они хотели успеть на работу. Появление в институте в более или менее обычное время принципиально для их алиби. Планировали в шесть выехать из Люблина, около восьми добраться до Варшавы и сразу ехать прямо в институт. Сейчас уже десять минут шестого, а коллег все еще нет. Где они? Что с ними?..
Преступная группа в этот момент остановилась" на шоссе за городом. Столпились вокруг автомобиля Януша, где на заднем сиденье покоилась величественная рогатая башка, кое-как обмотанная целлофаном. Казалось, она занимает весь салон. Рассуждения, как избавиться от трофея, довели компанию чуть не до сумасшествия. Единодушно соглашались с одним, а именно: водрузить трофей надо на видном месте, предъявить его обществу, но подстраховавшись от кражи или порчи. Причем сделать это нужно немедленно. Януш и едущий с ним главный инженер не желали далее терпеть соседство с лосем.