Страница 46 из 49
— Тупые закладывают бомбу в Башню Вентру, а умные вырезают самых сильных по одному, — сказал спокойно Ласомбра, чувствуя, как его тело наполняет сила Тьмы. Самый сильный тот, кто борется в одиночку.
Джина не стала терять время на разговоры, ведь сейчас ее любимый князь находился в опасности. Девушка побежала обратно и вызвала лифт, поспешив к ЛаКруа. Войдя внутрь и нажав на нужную кнопку, она стала ждать. Девушка невольно вспомнила, как Найнс ее угощал и заботился. Это походило даже на романтику. Она бы прониклась к парню сочувствием, если бы не то, что он задумал. Найнс хочет уничтожить ЛаКруа, но вместо этого умрет сам. Откуда-то она знала, что Саймон просто уничтожит его. Неужели потом Ласомбра заберет ее отсюда к Виктору? Она очень не хотела снова встречаться с ним.
Как только лифт приехал, Джина вбежала в коридор, а затем в кабинет ЛаКруа.
Князь стоял возле стола, держа в руке хрустальный бокал с кровью. Шерифа рядом с ним не было.
— Себастьян, нам нужно срочно уходить! Башня заминирована! — прокричала девушка, вбежав в кабинет.
Вентру спокойно глянул на нее, поставив бокал на стол. Его непроницаемое лицо для Джины оказалось полной катастрофой. Она не могла понять, что именно он чувствует или ощущает.
— Все в порядке. Мои люди уже занимаются этими нахалами из Анархов. Как они могли подумать, что смогут меня уничтожить? — спросил он с усмешкой, подходя к австрийке. — Князя Камарильи! Гнусные безмозглые животные… Мне их немного жаль.
Спектакль, который создал сам ЛаКруа, сильно поднимал его гордыню и поглаживал бархатным одеялом самолюбие. Однако от спектакля его оторвал взгляд Джины. Каким-то он был слишком перепуганным.
— Почему ты такая перепуганная, любовь моя? — серьезно спросил он, заглянув ей в глаза.
Девушка подошла ближе к князю и обняла его. Он стал для нее дорогим существом, которого она не хотела терять. Сама мысль об его смерти ударяла больно в сердце.
— Меня пытался вытащить Найнс, хотел спасти от тебя… Но вмешался Саймон, — проговорила она, прижимаясь к телу вампира.
Прекрасное настроение ЛаКруа сразу упало. Саймон, по словам возлюбленной, сын Каина и к тому же Ласомбра. Его приход не сулил ничего хорошего. Однако внешне Вентру оставался спокойным, поглаживая девушку по голове. Нападение Анархов на его Башню оказалось предсказуемым поступком, особенно, если учесть, что о нем предупредил Виктор.
Почему же сюда пришел Саймон? Неужели он сейчас на стороне Камарильи?
Его мысли прервала звонкая трель мобильного телефона. Джина отстранилась от вампира, а он в свою очередь вытащил из кармана телефон. Нажав на экран, мужчина поднес его к уху.
— Себастьян ЛаКруа, ситуация катастрофическая. Вам нужно срочно покинуть Башню! — проговорил один из его Чистильщиков взволнованным голосом.
ЛаКруа сохранял полное спокойствие снаружи, но внутри хотелось завопить во весь голос от ярости. Почему они не могут справиться с Анархами? Это ведь так просто взять и выстрелить каждому в голову! Но орать в телефон не было смысла.
— Хорошо. Вызови мне машину, — без тени гнева произнес мужчина и отключил телефон. Он убрал его обратно в карман и взглянул на испуганную девушку.
Она буквально дрожала. Ситуация сегодня заставила ее серьезно испугаться и пожалеть о том, что рядом нет Уйдейкхаала. Он просто необходим сейчас.
— Джина, все будет хорошо. Мы уедем прямо сейчас в отель и побудем там некоторое время, — его голос был успокаивающим. Девушка понимающе кивнула. Взяв ее за руку, князь покинул стены кабинета. Ему не хотелось расставаться с прекрасными картинами в кабинете, да и покоями своими в целом. Однако ситуация заставила его действовать.
Когда они вошли в лифт, австрийка прижалась к князю, чувствуя, как встает в горле ком. А что если они встретятся с Саймоном вновь? Что если он убьет ЛаКруа? Джина беспокоилась о князе больше, чем о себе.
ЛаКруа вспомнил о Звере Джины. Кто знает, может их спасет именно Уйдейкхаал. Во всяком случае, он не даст Джине погибнуть, а значит и князю Камарильи тоже.
Как только двери лифта открылись, они вышли. В холле Джина была готова увидеть кого угодно, даже самого Виктора. На деле же холл оказался пуст. Себастьян пошел к выходу, осматривая помещение.
— Странно, — проговорила она и быстро пошла за князем, осматриваясь по сторонам. Ни трупа, ни крови. Куда исчезли Найнс и Саймон?
Но стоило им выйти к стойке охранника, как из боковых дверей здания вышли незнакомые Джине вампиры. Одна имела красные короткие волосы, безумные серые глаза и грубые черты лица. На голове у нее был берет коричневого цвета. Рядом с ней стоял мужчина больше похожий на бомжа: длинные черные волосы небрежно зачесаны назад, длинная борода, за который вряд ли ухаживали последние лет сто. Одет мужчина был в джинсовую жилетку и черные джинсы.
— Смеющийся Джек и Дамзел, — разочарованным голосом сказал ЛаКруа, остановившись. Он их видеть хотел здесь в последнюю очередь.
Джина недовольно глянула на него. Почему он остановился? Разве они пришли поговорить?
— Почему мы…— однако девушке не дали договорить.
Рыжая подошла ближе к ним, вытащив из-за пояса пистолет.
— Потому что там тоже Анархи, камми, — она с отвращением посмотрела на князя, сплюнув. — Задницу Камарильи уже выкидывали отсюда. Мы, Анархи, не будем играть в твои политические игры, ебучай ЛаКруа!
Джина сжала зубы от злости. Почему она его оскорбляет? Какое она право имеет это делать?
— Чего вы хотите? — спросила девушка, понимая, что они угодили в капкан. Может быть Саймон их спасет?
Себастьян держался гордо, смотря испепеляющим взглядом на врагов. Чертовы Анархи не могут все взять и разрушить!
— О, детка, мы хотим лишь одного — убить зажравшегося политика и продажного бизнесмена. Имя ему Себастьян ЛаКруа, — сказал Джек, радостно хохоча. Благодаря его плану, у них все получится. Анархи вернут себе город и выкинут отсюда всю Камарильскую шваль.
— Нет… Вы не можете так поступить! — Джина отошла от князя, посмотрев в глаза Джеку. Она сделала к нему шаг, приблизившись. От его тела несло дешевым алкоголем и табаком. Девушка невольно поморщилась.
Джек перестал смеяться и осторожно коснулся пальцем щеки девушки. Найнс ее полюбил и совершенно не хотел, чтобы она погибла. Однако эта любительница саркофагов выбрала свою судьбу здесь и сейчас. Она погибнет вместе со своим обожаемым князем.
Пока Анархи выступали со своей отвратительной речью, Вентру мысленно пытался связаться с Шерифом. Но ответа не было. Видимо, даже Шериф не сможет их спасти.
— Я ставлю на то, деточка, что если предложу твоему князю выбор: остаться с тобой и погибнуть или оставить тебя здесь и выйти нетронутым. Знаешь, что он выберет? — Джек перешел на шепот, любуясь глазами Джины. Он хотел последний раз попытаться отговорить ее. — Он выберет себя, потому что он ебаный нарцисс!
Девушка отшатнулась от него, а затем глянула на Себастьяна, будто могла найти опровержение этим словам в его глазах.
— Нет, все еще проще…Это вы гребанные ублюдки, которые думают, что смогли обмануть судьбу, — прозвучал мужской голос со стороны двери. Все разом обернулись к ней.
Возле дверей стоял Вольфрам. Его волосы оказались всклочены, а по щеке проходил длинный свежий порез. На одежде красовались кровавые пятна и в некоторых местах виднелись дырки.
— Шабашит! — прокричала Дамзел, направив на него пистолет. Однако Вольфрам только усмехнулся и сделал два шага к Джине.
— Ваше возмездие — полная херня! Впервые Анархи в этом городе будут истреблены, — сказал с наслаждением он, облизав губы.
Джек больше не смеялся. В его планы никак не входил этот Шабашит. По некоторым слухам, он смог добиться союза с оборотнями.
— Камарилья — это просто кучка старья. Но Шабаш ничем не лучше этих подлых псов! — проговорил Джек, доставая пистолет. Кажется, ночь сегодня будет длинной.
— Мне похер на Шабаш. Я убил Андрея… И убью вас за то, что вы хотели причинить моей сестре вред и за то, что оставили меня умирать, воткнув кол в сердце, — Вольфрам сжал руки в кулаки и посмотрел на Джину. Как ни странно, в его взгляде читалась только преданность. Он любил свою сестру и был ради нее готов на все.