Страница 49 из 129
— Вот и славно. Я пришлю эскизы на почту. А, нет, лучше сразу на телефон, чтобы у тебя всё всегда было под рукой.
Я улыбаюсь натянутой улыбкой.
— Кстати, чем ты занимаешься вечером? — продолжает Палома.
— У меня нет никаких планов.
— Вот как здорово! Я ведь не забыла разговор о твоем браке. И даже устроила тебе свидание вслепую. Вот держи, — она протягивает мне визитку с названием ресторана «L’Artusi». — Сегодня вечером встретишься с одним приятным мужчиной. Хорошенько к нему присмотрись.
На прощанье говорю Паломе «Всего хорошего», радуясь тому, что полубогиня уже уходит. Как только закрывается дверь, ко мне в кабинет входит другой посетитель.
— Чего хотела её божественность? — от пронырливой Астрит ничего не скрыть.
— Ты не поверишь. Удивить тебя?
— Давай.
— Скомкано извинилась, что прокляла меня и попросила… барабанная дробь… Чтобы я занялась организацией их с Леамом свадьбы.
— Вот ты влипла!
— Даже не знаю, плакать или радоваться... Одно хорошо — если не найду огромного черного быка, то до свадьбы Паломы и Леама я не доживу. И это меня даже радует.
— Что, вообще полный провал с быком?
— Полнейший.
— Хочешь, я у Майка спрошу? Может, он сможет помочь… Он же сатир, а бог, которому он служит, Пан — покровитель животных и скотоводов.
— Пожалуй, эта лучшая из сегодняшних новостей.
— Ну, раз мы с Майком помогаем тебе, ты просто обязана с нами завтра поужинать.
— Хорошо.
Несмотря на моё жгучее желание задушить Палому, день проходит без эксцессов. Работа делается — время коротается. Временами в голове вспыхивают отчаянные мысли, что меня могут насильно выдать замуж. Но я прогоняю их прочь. Вера, что в жестоком мире должна быть хоть какая-то крупинка справедливости — единственное, что не дает мне впасть в отчаяние.
После работы еду в ресторан. Скучая за столиком в одиночестве, жду своего кавалера, который опаздывает уже на пятнадцать минут. Сам ресторан «L Artusi» мне нравится. В закоулках жилых кварталов Манхеттена это место внешне ничем не выделяется. Но когда переступаешь порог заведения, ощущаешь контраст между холодным урбанистическим городом и приятным провинциальным уютом.
Время шло. Кавалер опаздывал. Хотя, наверное, правильней его называть будущим мужем. Я развлекалась размышлениями на тему «Какую на этот раз утку подкинет мне Палома?» Зная её, не удивлюсь, если на встречу придёт горбатый лысоватый старичок в старом, проеденном молью пиджаке.
В небольшом комфортном зале мой столик расположился как раз напротив входа. Наблюдая за посетителями, я гадала — который из них может стать «моим избранником»? Дверь снова открылась, высокий красивый мужчина средних лет направлялся ко мне уверенным быстрым шагом. Я сразу вычеркнула его из списка предполагаемых кандидатов, но каково же было удивление, когда он назвал меня по имени:
— Теар… Извините, что опоздал. Страшные пробки.
Как неожиданно! Я не могла подумать, что этот ухоженный приятный человек может быть тем самым избранником, которого для меня нашла полубогиня.
— Ничего страшного, — я немного растерялась.
Мужчина присел за столик напротив меня.
— Люблю это место, оно светлое и приятное. Таких мало в Нью-Йорке.
— Да, — я ещё не отошла от неожиданности и не знала, как поддержать беседу.
— Я забыл представиться… Симон. И я — гей!
Что-о?!. Проклятье Эринний! Что происходит!
— Да?.. — я мгновенно перестала чувствовать неловкость. Её сменили искреннее удивление и проблески понимания. — И…
— И… почему я здесь? Потому что меня, как и вас, заставили прийти на эту встречу.
Я слушала рассказ Симона, про то как глава его дома захотела породниться с домом Гемеры. А брак для этого — хороший предлог. Палома расчетлива — даже избавляясь от бывшей соперницы, она ищет для себя выгоду. Можно сказать, наши с Симоном истории похожи. Он — сатир, подаренный дому Никты[1]. Но что-то не заладилось у него со своей полубогиней. Не соответствовал он всем её ожиданиям. А вот Палома Беккер соответствовала. Если раньше на мою полубогиню смотрели сквозь пальцы, то объявление о грядущей свадьбе с чистокровным богом — сыном Астерии, подняло её среди полубогов на ступеньку выше. К ней яро потянулась вся полуобщественная знать.
Вот поэтому Симон и я в итальянском ресторане пьём мускатное вино, мило болтая о тяжелой судьбе низших божественных существ. Одно из достоинств моего кавалера то, что он оказался отличным рассказчиком. Я уже больше часа улыбаюсь и не сдерживаю смех. Пожалуй, мне не было так весело, наверное, лет пять.