Страница 40 из 129
Машина остановилась возле больших парадных ворот. Днём они внушали меньше страха, чем сейчас. Делаю несколько неуверенных шагов, и ворота начинают медленно открываться. Передо мной картина: всё окутано тьмой, и только вдалеке горит несколько огоньков. В свете луны вижу мужской силуэт.
— Добрый вечер, мисс Эмерсен. Хорошо, что вы не опоздали. Ценю в подчинённых пунктуальность, — слышу голос Аарона Дарк.
После встречи на кладбище ожидаю какой-то подвох.
— Добрый вечер, мистер Дарк. Чем обязана нашей встрече? Не думала, что такую рядовую нимфу будет встречать лично глава дома Аида.
— Рядовую? Напрашиваетесь на комплимент? Мне не жалко: вы хорошо выглядите, мисс Эмерсен.
Хоть комплимент приправлен долей цинизма, всё же приятно.
— Спасибо, но я имела в виду совсем другое. Не могу понять, чем заслужила такие почести? Я отлично помню дорогу. Если вы думаете, что я заблужусь, могли бы послать кого-то из персонала встретить меня. Я чувствую себя виноватой, что не дала вам спокойно выспаться.
— Как только садится солнце, вся прислуга виллы расходится и появляется только на рассвете. Так что из нас троих: меня, Хейзел и младшего брата Эзры, я — единственный, кто мог вас встретить. И не стоит переживать — я не сплю по ночам, как, впрочем, и днём.
Мы шли по аллее, а чемодан на колёсиках то и дело спотыкался о брусчатку.
— Давайте, помогу.
Аарон взял мою кладь. Не стала отпираться, тем более что мне действительно неудобно. Мы шли молча, приближаясь к главной вилле, пока не свернули налево.
— Куда мы идём?
— Если вы будете знать, куда мы идём, что-то изменится?
— Нет. Но эта информация усмирит моё любопытство.
— Ваше любопытство? Как интересно! Мы направляемся к гостевому дому. Тогда, может, и вы удовлетворите моё любопытство? — я внутренне напряглась. — Какого черта вы делали на кладбище Марбл в прошлое воскресенье?
— То, чем я занимаюсь в свободное от работы время — моё личное дело. Я же не спрашиваю, что вы творите по ночам, когда не спите.
— А стоило бы. Например, в один из таких вечеров я спасаю нимф, которые по глупости гуляют на кладбище. Почему вы не пошли туда днём? Тогда бы монстр не смог на вас напасть, ведь его сила появляется только после заката. Я уже молчу про слова благодарности, которые получил за свой героический поступок, — мы уже дошли до гостевого домика и стояли у самой двери. — Вот что прикажете с вами делать?
— Понять и простить.
— Чего?
Кажется, у серьёзного мистера Дарк проблемы с чувством юмора.
— Есть такая поговорка. Как раз подходит к нашему случаю
Аарон улыбается:
— Вы играете с огнём, мисс Эмерсен. Я спишу этот случай на ваше незнание. В следующий раз я могу не оказаться рядом.
Он протянул мне ключи и пошёл в обратном направлении. Я открываю замок и вдруг слышу голос Аарона в своей голове:
— Мисс Эмерсен, ради вашей безопасности не выходите из гостевого дома после заката. Здешние обитатели не любят незнакомцев.
Второй раз мне повторять не нужно — захожу в дом и быстро захлопываю за собой дверь. Дом уютный: всего три комнаты, но по размеру они в два раза больше нашей квартиры на Бруклин-Хайтс. Кухня, небольшая гостиная и спальня. В последнюю комнату захожу, снимая одежду на ходу. Добираюсь до кровати — усталость валит с ног, но заснуть не могу. В голове мечутся разные мысли. Одна уже давно не даёт покоя: почему Кер напал на меня? Да, бываю случаи нападения на живых существ. Но они очень редкие, эти боги — спутники насильственной смерти, она подталкивают на такие деяния. Но чтобы самим убить… Странно всё это. И почему призраки встали на мою защиту? Может, Кер обидел их? Я ничего не могу понять. Заставляю себя закрыть глаза и ни о чём не думать. Но что-то мешает. Среди ночи слышу, как кто-то зовёт меня по имени:
— Теар, Теар, — голос женский. Выхожу из спальни и иду к входной двери. — Открой мне, Теар.
Как сомнамбула отворяю дверь, хотя помню, что Аарон предупреждал не выходить. На пороге стоит девушка. Высокая, стройная, с русыми волосами. Именно она помогла мне на кладбище Марбл. А ведь это её я видела в метро!
— Кто ты?
— Тереза. Ты должна мне помочь.
Она берет мою руку и пытается вытащить на улицу, но я упираюсь.
— Я не выйду из дома до рассвета.
— Ты не понимаешь. Ты должна мне помочь. На рассвете будет поздно.