Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 24 из 68


см

ысле –

показываю . Теперь, надеюсь, вас не удивит, что "папуасы"

приняли американца за Бога, живущего на Небесах и спустившегося

вниз "по делам"?! Может, вам, как и мне, это тоже кое-что

напоминает?

А чуть позже мне посчастливилось познакомиться с трудами

академика Натальи Бехтеревой, которая много-много лет изучала

52

человеческий мозг и пришла к выводу: " Человек думает не мозгом,

а некой полевой энергетической структурой, находящейся,

вероятнее всего, вне физической оболочки"! А ещё она

утверждала, что "наше серое вещество" – суперсовременный (даже

невозможно представить себе его сложности!) компьютер. А в

машине ведь как: какую программу заложил, ту и получил. И после

ознакомления с данными выводами госпожи Бехтеревой лично мне

многое стало понятно. Ну и кто её труды читал? А ведь она и её отец

(да и дети и внуки теперь) изучению субстанции, зачем-то

находящейся в нашей черепной коробке, жизни свои посвятили. Дабы

сия учёная дама, повторюсь, могла себе позволить сказать: "Люди

думают не мозгом, а некой полевой энергетической структурой,

находящейся, видимо, вне человеческого организма". Смелая

женщина в мире мужчин. А мир учёных – это (априори!) "вотчина

сильнопольных", и наверняка – над ней насмехались и её травили...

Те, ум которых контролировал их сознание так же, как и у

"аборигенов", не позволяя тихому "голосу Души" пробиться к Разуму…

А тогда в роддоме я, проснувшись после операции,

задумалась над словами Светланы Ивановны о том, что пока

никому, особенно семье мужа, нельзя рассказывать о явлениях, с

которыми мне довелось столкнуться во время, скажем так,

"клинической реабилитации". И после нескольких часов размышлений

– а что ещё делать в реанимации? – я вынуждена была с ней

согласиться: причём однозначно. Ибо, увы, все, кто меня окружали,

принадлежали к большинству на Земле – не верящих в Душу, – а

свёкор вообще был атеистом "до костей мозга" и даже

материальность мысли отрицал. Но разве его можно в этом винить,

учитывая советское антирелигиозное воспитание? Нет, и мне сие, ни в

коем случае, в голову не приходило, а лишь стоял один вопрос: как же

дальше-то жить? Ведь если я поведаю всем о том, что со мной

приключилось, – отдельная палата в учреждении для

" душевнобольных" (вдумайтесь в слово!) мне стопроцентно

гарантирована... В данном вопросе главврач, увы, не ошибалась, как

бы мне ни хотелось, чтобы всё было иначе. И потому я попросила её,

когда она пришла ко мне в палату:

- Думаю, вы правы… а потому – давайте не будем

никому рассказывать о том, что случилось во время операции, скрыв

и сам факт "клинической реанимации". И вам проблем меньше, и мне.

Ведь я так ждала сына и не хочу его потерять, если меня "залечат до

состояния овоща". Согласны?

Светлана Ивановна ненадолго задумалась (видимо, на данную

тему уже размышляла) и сказала:

53

- Хорошо. Полагаю, в теперешней твоей ситуации мы поступаем

правильно. Но как врач, не впервые сталкивающийся с подобным и

наблюдая жизнь тех, кто "побывал ТАМ", образно выражаясь, – могу

тебе сказать: рано или поздно им всё равно приходилось свою жизнь

менять. А зачастую… и своё окружение. Думаю, дело в том, что в

момент клинической смерти (а я детально изучила этот вопрос) из-

за гипоксии – то есть нехватки кислорода – происходит как бы

перезагрузка мозга, и в нём зачем-то заново и набело создаются

абсолютно новые нейронные сети, но уже по каким-то другим

схемам и шаблонам, неведомым большинству землян. И, скорей

всего, именно благодаря этим новым программам, у людей,

переживших "путешествие Души в иной мир", появляются и новые

способности, не существовавшие до перенастройки "серого

вещества", и совсем иное отношение к жизни и к смерти. Вопрос лишь

в том, сколько ты сама выдержишь жить так, как все, понимая

больше, чем они?

И пока она говорила, моя плаксивая особа вдруг остро

почувствовала: а как же ей самой непросто в нашем мире, зная о том,

что иногда рассказывают пациентки после некоторых "специфических"

операций, будучи главврачом, обязанным придерживаться

определённых догм и норм в научной медицине? Ещё никогда ранее

мне не удавалось столь тонко ощущать других людей – и, кажется, я

начала понимать кое-что об "изменениях", ранее упомянутых

Светланой Ивановной. Но тем не менее, решила: похоже, мне сейчас

ничего не остаётся, как попробовать продолжать существовать…

как раньше, – и ответила ей с благодарностью:

- Огромное вам спасибо за участие, предупреждение и

понимание! И особенно за то, что поверили "моим бредням", и

сумасшедшей не назвали! Но в данной ситуации вы абсолютно правы:

необходимо время, дабы разобраться и адаптироваться в социуме,

ничего не теряя и никого не напрягая. А в будущем, вероятнее всего,

мне всё же придётся многое менять – ведь, как оказалось, я сама

себе запланировала на Земле определённые обязательства.

Брови Светланы Ивановны "взлетели вверх", но она тактично

промолчала, и я решила пояснить:

- Рано или поздно, но мне придётся рассказывать людям о том,

что увидала, и о том, что ещё буду, по всей вероятности, видеть и

знать. Кто это сделает, если не такие, как я? Ведь мы – очевидцы

того, что не существует смерти в земном понимании! Дряхлеет и

умирает лишь физическая оболочка, жизнь которой даёт Душа. А

люди вокруг нас так боятся "из тела уходить", что и живут-то в страхе

всю свою человеческую жизнь. Разве это не так?

54

- Да, я понимаю, что ты права… и уже давно пришло время что-то