Страница 41 из 155
— Что?! — воскликнул доминиканец. — Женщина?! Этот сосуд греха, призванный всячески смущать мужчин, будет присутствовать при беседе учёных мужей и слушать?! Per mulierem culpa success! Вы должно быть шутите?
— Вовсе нет, — ответил мой отец, серьёзно глядя на монаха.
Отец Тэон опустил глаза и силой втянул воздух в свои лёгкие.
— Но зачем вам это нужно? Что может понять женщина из того, о чём мы будем с вами говорить? — не сдавался монах.
— Не без гордости могу ответить, что Миа — одна из образованнейших людей Европы, хоть и является женщиной. С ней занимались лучшие учителя, которых я мог отыскать. Она умеет читать и писать на латыни и греческом. Знает французский, испанский и немецкий языки. К тому же она прекрасно разбирается в теологии, арифметике, астрономии, риторике, геометрии и медицине. Поэтому она вполне способна понять всё, о чём бы мы с вами не говорили.
Чёрные раскосые глаза монаха потрясённо расширились.
— И для каких дьявольских целей вы обучили вашу воспитанницу таким наукам? Участь женщины — служить мужчине, заниматься хозяйством, рожать детей и молиться Всевышнему!
Оскорбительная речь монаха больно ударила по моему самолюбию.
— Я думаю, ваше мнение насчёт образования женщин несколько противоречат примерам жития некоторых великомучеников, — неожиданно для себя начала я. — Святая Екатерина Александрийская была мудрой и образованной женщиной, она изучала сочинения знаменитейших врачей, таких как Асклепий, Гиппократ и Гален. Кроме того она научилась ораторскому искусству и знала многие языки и наречия. Бросила вызов императору Максимилиану и его пятидесяти мудрецам и доказала в споре лживость язычества, — говорила я спокойным голосом, глядя в глаза молодого монаха. — Во сне ей явился Христос, подарил кольцо и назвал Своей Невестой. Неужели вы, отец Тэон, видите дальше и мудрее, чем сам Спаситель, избравший женщину своим орудием? Ведь разум есть проявление божественного в человеке…“Cogito, ergo Deus est” (я мыслю, значит, Бог существует).
Доминиканец опять глубоко вздохнул, нахмурился и недобро сверкнул глазами.
— Хорошо, — процедил он сквозь зубы. — Вы можете присутствовать.
— Пройдёмте в библиотеку, — сказал отец с улыбкой, явно довольный моей выходкой.
Я подобрала юбки и последовала за ними, рассматривая широкую спину монаха. Моё сердце билось, дрожало и трепетало… От его одежды пахло дождём и ветром… И чем-то еле уловимо сладким. Я вдохнула полной грудью и по моему телу пробежала сладостная волна.
***
— Кисуля! Эй, Кисуля! Очнись же! — голос Зоя отрезвил меня словно ушат ледяной воды.
Я подняла голову со стола и огляделась вокруг. Голова раскалывалась, во рту было сухо, а перед глазами всё вибрировало. В библиотеке как всегда была толпа студентов, и миссис Оливер по праву царила в своём королевстве, привычно отвечая на бесчисленные вопросы.
— Я что, уснула? — спросила я, приводя в порядок свои волосы, восстанавливая в голове цепочку событий сегодняшнего дня: туманное утро, завтрак, а потом мы с Зоем отправились заниматься в библиотеку.
— Ага. Ты читала, а потом неожиданно упала на стол. Я не мог тебя долго добудиться.
— Я плохо спала ночью, — соврала я.
— Что-нибудь случилось? — спросил Зой, пытаясь поймать мой взгляд.
— Да, ничего такого… Просто после всего, что вчера произошло с Рей мне как-то неспокойно… Мако сегодня даже на завтрак не пришла… — ответила я.
— Дорогуши, вам нужно развеяться немного. Завтра понедельник и начнётся учёба, вы совсем зачахните.
— И что ты предлагаешь? — спросила я, убирая книги в сумку.
— Отправиться на концерт сегодня, — ответил Зой и его зелёные глаза восторженно заблестели.
— Концерт?
— Ну, да. “Три Огня” сегодня вечером решили устроить концерт у озера. Весь колледж там будет.
— “Три Огня”? Это кто? — удивилась я.
Зой картинно закатил глаза.
— Кисуля, ты прямо как с Меркурия, честное слово! “Три Огня” — это популярная рок-группа колледжа Джубан. Сейя — гитара, Ятен — клавишник, Тайки на ударных.
При упоминании Тайки моё сердце ёкнуло, а в голове пронеслись картинки того, что произошло в подземелье. Сегодня за завтраком стол Алхимиков опять пустовал, да и в библиотеку с Зоем я пошла лишь за тем, чтобы не оставаться одной, поскольку Мако не хотела никого видеть, а Рио отправился к профессору навёрстывать пропущенный материал.
— Я не пойду, — ответила я глухо.
— Да брось, Кисуля! Когда ещё такая возможность будет расслабиться без всевидящего ока Сецуны Мэйо? Тем более нашу каштановую подружку нужно взбодрить. А что может быть лучше хорошей музыки, танцев и бутылки абсента, которую я припас на такой случай? Зой угощает! — воскликнул рыжий, заражая меня своим энтузиазмом.
Я вздохнула. И в самом деле, почему бы не отправиться на концерт? Может Зой прав? Я не могу вечно избегать Тайки и всего, что с ним связано. Как там говорила мисс Мэйо: “…или умей держать удар или убирайся с ринга…” То, что произошло между нами, уже случилось. Мне было жутко стыдно, и каждый раз, когда я о нём думала, тело ныло, а сердце стучало как бешеное. Но мне нужно как-то жить дальше… Возможно, если я постараюсь больше не оставаться одной, игнорировать Тайки и загружу себя учёбой еще больше, я вновь заживу спокойно, не опасаясь, что он опять выловит меня где-нибудь, а моё возбуждение сойдёт на нет.
— Хорошо, я пойду на концерт, — сказала я.
— Вот и умница, Кисуля! Ты не пожалеешь! — радостно воскликнул Зой.
Но я уже жалела, смутно предчувствуя какую-то угрозу.
========== Глава 20 ==========
Я сидела на покрывале и ласково гладила Мако по голове. Несмотря на громкую музыку, доносившуюся из динамиков, веселившихся студентов, облепивших берег озера и сцену с диджейским пультом, взгляд её был устремлён куда-то в пространство. Мако периодически вздыхала, и мне казалось, что она вот-вот разрыдается. Поначалу я считала это хорошей идеей привести её на концерт, чтобы отвлечь от грустных мыслей. Но вид веселящейся толпы скорее раздражал мою подругу и усугублял и без того ее удручённое состояние.
Вечер был необыкновенно тёплым, но с озера веяло прохладой и свежестью, отчего я периодически поправляла сползавший с плеч плед, опасаясь подхватить простуду. Ночное небо было чистым и усыпано звёздами, словно крошечными бриллиантами на тёмно-синей бархатной подушечке. В воздухе чувствовались запахи наступающей осени, воды и гари от бесчисленного количества импровизированных факелов, расставленных по периметру озера.
— И что это за грустные глазки? Зайки, мы что, на похоронах? — послышался насмешливый голос Зоя.
Я повернула голову. Пробираясь сквозь толпу студентов, одетый как всегда безукоризненно, Зой улыбался нам с Мако и приветливо махал рукой. За ним след в след, пошатываясь, шёл Рио, нагруженный корзиной для пикника, пледами и ещё какими-то пакетами.
— Я уж думал, мы опоздаем, а “Огни” ещё даже не начинали! — воскликнул Зой, усаживаясь рядом со мной.
Через минуту к нам присоединился и Рио. Он просто рухнул на покрывало, как подкошенный вместе со своей ношей.