Страница 8 из 18
- Он еще и выигрывает, - доложил невзрачного, потому что, как все, в смокинге, вида молодой человек другому, чуть менее молодому человеку.
- Много?
- Пока тысяч двадцать.
- Не оставляйте его без присмотра.
- Есть.
Молодой человек прошел к столу, за которым играл Иван Иванович, и, сев рядом, сделал ставку. На то же поле, что "объект".
"Объект" вновь выиграл. И наблюдатель тоже.
Наверное, действительно дуракам везет. И тем, кто на них ставит.
Потом Иван Иванович выиграл чуть не миллион.
И тут же, не сходя с места, спустил почти миллион. Ему то страшно везло, то жутко не везло, то опять везло... Но в целом все-таки, наверное, везло, потому что фишки прибывали.
Возле стола, где он играл, стали скапливаться зеваки. За Иванова болели.
- Он начинает привлекать излишнее внимание, - сказал не очень молодой человек молодому человеку. - Этого нельзя допускать.
- Но это просто везение. Ему везет... - попытался оправдаться молодой человек, не в силах оторвать взгляд от стола. Повторяя ходы Иванова, он тоже выигрывал. А сейчас не выиграл, потому что пропустил ход.
- Возьмите себя в руки.
- Есть!
Молодой человек подсел к Иванову и стал убеждать его прекратить игру.
- Главное, вовремя остановиться. Послушайте доброго совета. Я видел игроков, которые выигрывали гораздо больше, а уходили ни с чем. Не надо испытывать судьбу...
Иванов послушался. Он собрал выигранные фишки и обменял их на деньги. Денег было много, и в карманы они не входили. Пришлось часть совать за пазуху.
- Что он делает!.. Что он вытворяет!..
Иванов сунул за пазуху последнюю пачку и, поддерживая деньги на животе рукой, пошел к поджидавшему его такси.
Оттуда стремглав выскочил, предупредительно распахнув перед ним дверцу, водитель. Беззвучно прикрыл, обежал вокруг машины, сел на водительское сиденье. Повернулся к хозяину.
- Что же вы творите!..
- Что? - не понял Иванов, шаря под сиденьем упавшую пачку.
- Здесь деньги за пазуху не суют. И в карманы тоже. Здесь вам не Россия.
- А куда же они их суют? - удивился Иванов, прикидывая, куда еще можно запихнуть такую уйму долларов.
- Никуда не суют. Оставляют на депозите в казино.
Машина плавно тронулась с места. Куда - Иванов не говорил. Он здесь ничего не решал.
В снятых Ивановым апартаментах Иванова уже ждали. Ждал его личный бухгалтер.
Бухгалтер вытаскивал гроссбухи и вытаскивал калькулятор.
- Сколько вы сегодня потратили? - спрашивал он.
- Значит, утром заказал завтрак в номер... - начинал вспоминать Иванов, потом сходил в кегельбан...
Бухгалтер все записывал.
-Все?
- Вроде все.
Бухгалтер складывал все цифры. И, строго глядя на Иванова, спрашивал:
- Тогда где еще три доллара?
- Какие три доллара?
- Дебет с кредитом не сходятся на три доллара.
- А может, вы неправильно посчитали?
- Я правильно посчитал. На что вы потратили три доллара?
- Не помню... А может быть, потерял?
И Иван Иванович начинал демонстративно шарить по карманам и искать в подкладке дырки. Но в новых импортных костюмах не бывает в карманах дырок.
-Нет?
-Нет...
- Тогда вспоминайте, вспоминайте.
- Может, я их швейцару дал, на чай? Точно - швейцару!
- Три доллара?! Ему бы вполне хватило одного.
- Но я же миллионер!
- Тем более! Их миллионеры очень хорошо умеют считать деньги. До цента. Вы поступили неразумно, потратив лишние три доллара. В следующий раз я буду вынужден высчитать их у вас из питания.
Ну это уж вообще хамство. То заставляют изображать мультимиллионера, то к трем долларам цепляются.
- Да ладно, отдам я вам ваши доллары.
- Из каких средств?
- Из своих, личных. Я сегодня в рулетку выиграл.
- Много?
- Много!
- Тогда попрошу вас сдать выигранную сумму.
- Как это сдать? Я выиграл!..
- Хочу напомнить, что вы играли не на свои деньги и, значит, все полученные на них дивиденды принадлежат не вам, а держателю основной суммы.
- Это мои деньги!! - вспылил Иванов.
- Не ваши. И даже не наши.
- А чьи тогда?
- Советского народа.
Иванов даже не нашелся, что ответить. Совсем с ума съехали! Какого народа?! Ни советского народа, ни СССР, где они проживали, давно нет.
- Нет никакого советского народа!
- Народа, может быть, и нет, а деньги есть. И, значит, они должны быть оприходованы в установленном порядке.
И, подняв к потолку палец, многозначительно добавлял:
- Экономика должна быть экономной! Прошу!
Послать бы этого бухгалтера куда подальше! Но тогда завтра он не получит ни копейки. Уже пару раз было - не получал.
Иван Иванович что-то невнятно ворчал и расписывался в отчете.
- Благодарю...
Уже несколько недель Иван Иванович вел очень странный и совершение чуждый ему образ жизни. Жизнь богатого человека. Каждый день он получал от бухгалтера деньги, которые просиживал и просаживал в ресторанах, казино и прочих злачных заведениях. Он мог ни в чем себе не отказывать в пределах отведенной ему суммы. Он и не отказывал - пил дорогие вина, ел лобстеров и экзотические фрукты, раздавал чаевые. В первые дни ел и пил все, что попадалось на глаза, без разбору, в умопомрачительных количествах. Потом сильно мучился животом и, отмучившись, снова ел. Потому что наконец дорвался.
Но довольно быстро наелся и перестал хлебать соусы ложкой, а стал ковыряться в салатах и горячем, как все. И почему-то стал частенько вспоминать о вареной картошке с укропом и подсолнечным маслом, которой в ресторанных меню не было.
Ладно, похоже, опять придется есть мидий под маринадом.
И ел...
Когда деньги заканчивались, Иванова посылали в банк, где он снимал со счета двадцать-тридцать миллионов и переводил их на другой счет. После чего опять шел вести праздный образ жизни - то есть пить, играть и путешествовать. Причем путешествовать в шкафу. Такая у него была причуда.
- Завтра в шестнадцать часов нам с вами надлежит прибыть в Стокгольмский филиал "Национального кредитбанка" для совершения ряда финансовых операций, сообщал ему бухгалтер.
В общем, ваш шкаф Монте-Карло - Стокгольм через пять минут отправляется от третьей платформы.