Страница 8 из 63
Мы скользнули в свой класс, не привлекая никакого внимания. Сегодня казалось, что мы с Адамом были лишь призраками в школьной кастовой системе. Никто не обращал внимания на нас, на меня, за исключением оскорблений. Я смотрела на свои руки в перчатках в миллионный раз со вчерашнего вечера, ожидая карающего меча.
***
Ничего не произошло.
Никто не говорил о Дастине. Его отсутствие на биологии не вызвало никаких подозрений, но я все еще была комком оголенных нервов весь день. Адам заставил меня пообещать, что я позвоню ему, если мне что-то понадобится.
Когда я приехала забирать Оливию из школы, я чувствовала слабость и головокружение. Недостаток сна и еды были плохим сочетанием. Я не поехала в библиотеку, а сидела и ждала около автобусов рядом с ее школой.
Прозвучал последний звонок, и толпа детишек выбежала на улицу из дверей школы, загружаясь в автобусы и мини-вэны. Я высматривала Оливию среди них. До меня не сразу дошло, что ее там не было. Что-то тяжелое ощущалось в желудке, когда я вытащила ключ зажигания и выбралась из машины. Я прошла мимо последнего автобуса и поднялась по ступенькам.
— Мисс, с вами все в порядке? — обратилась ко мне учительница со списком в руках.
— Ага, — выдохнула я, торопясь зайти внутрь. Мои руки тряслись, я уронила ключи, как только зашла в главный офис.
— Я могу вам помочь? — спросила женщина за стойкой, ее глаза были широко открыты от тревоги.
— Я ищу свою сестру. Ее имя Оливия МакУильямс. Она ходит в детский сад. Ей пять и…
— Да, — перебила она меня, вытаскивая карандаш из своих седых волос, убранных в высокую прическу. Очевидно, она очень торопилась сегодня. Ее сумочка и стакан с кофе стояли на стойке. — Я знаю, кто она.
— Ладно. Хорошо. — Я сделала глубокий вдох и облокотилась на прилавок, ключи впились мне в ладонь. — Ее не было на улице. Я…
— Конечно, ее не было, — сказала она. — Ее мама забрала сегодня днем.
Комната начала вращаться вокруг меня.
— Что?
— Ее мама забрала сразу после ланча. Мне жаль. Повторите, как вас зовут?
Практически в истерике я ударила руками о стойку.
— Моя мать не могла забрать ее!
Женщина вздохнула, прежде чем встала в полный рост, хотя она была ниже меня и это не произвело впечатления.
— Мисс, мы не позволяем кому попало приходить в школу и забирать детей. Это была Миссис МакУильямс, она забрала Оливию этим утром. Так как вас зовут?
Ярость бурлила во мне, словно кипяток шел по венам. Меня душила необходимость действовать. Я хотела потянуться и дотронуться до ее толстых пальцев. Я хотела коснуться ее.
— Мисс, как вас зовут?
— Как вы могли? — Мой голос звучал обманчиво спокойно. — Это была не наша мама.
Женщина часто заморгала, отрицательно качая головой.
— Нет. Она была внесена в нашу систему, и она же выписалась из нее! Кто вы? — требовательно спросила она. Из небольших кабинетов начали выходить и другие люди.
— Вы член семьи?
Я попятилась, сжимая ладони в кулаки. Сказать больше было нечего. Развернувшись, я ушла. Мне надо поехать домой. Оставался небольшой шанс, что это и правда была мама. С большей вероятностью я могла проснуться и понять, что последние двадцать четыре часа были ночным кошмаром, но лучик надежды все же теплился во мне. В отчаянии я держалась за него. Горло сжалось, когда в поле зрения появился наш дом. Мамин универсал был припаркован около дома. Он не двигался с места с момента папиных похорон. Старые деревянные качели раскачивались напротив крыльца, посылая уколы паники сквозь меня.
Ветра не было.
Сердце бешено стучало, пока я поднималась по ступенькам и открывала входную дверь. Запасной набор ключей лежал на столе у двери.
— Оливия? — позвала я. — Оливия, где ты? — я зашла в кухню, потом в гостиную и, наконец, поспешила наверх. — Оливия! Ответь мне!
Но ответа не последовало.
Ее спальня была пуста.
— О, мой Бог!
Я не знала, что делать. Не знаю, сколько простояла там, глядя на пустую кровать. Все вокруг казалось нереальным. Только кровь горела в моих венах, и отчаяние нарастало внутри меня.
Из моей груди поднималось рыдание.
Я должна была заботиться об Оливии.
Внезапный шум, словно кто-то ломает что-то тяжелое из нашей мебели, заставил волоски на моем теле подняться. Проглотив комок ледяного ужаса, я развернулась и вышла в коридор. Я сняла перчатки, переложив их в одну руку. Смогу ли я убить снова, на сей раз специально?
Да, если Оливия была в опасности.
Солнечный свет проникал в коридор сквозь открытую дверь в мою комнату. Комната казалась безопасным местом, даже гостеприимным. Разве я оставляла дверь открытой этим утром? Я не могла припомнить. Медленно я продвигалась к открытой двери. На мгновение мне показалось, что комната была пуста.
Но это было не так.
Он стоял напротив двери в мою ванную, одетый в тот же пыльник, что и прошлой ночью. Пряди светлых волос выбивались из-под ковбойской шляпы. Внезапно перед глазами предстало изображение льва, в ожидании добычи.
И через секунду я поняла, что добычей была я сама.
Лев обернулся, прежде чем я смогла высвободить крик, рвавшийся из моего горла. Он ничего не сказал, но выражение лица было полно яростной уверенности, когда он направился ко мне, его вытянутые руки говорили сами за себя.
Паника быстро переросла в нечто другое, когда я отскочила к стене. Злость и отчаяние нахлынули, захлестывая меня полностью.
Он тянулся ко мне.
Вместо того чтобы коснуться его, я схватила лампу с прикроватной тумбочки и бросила. Основание лампы с глухим звуком попало в голову ковбоя и вырубило его.
Он упал на пол и не двигался.
— Что ж… это было необязательно, — раздался глубокий голос, который оказался мне знаком.
Я вздрогнула и развернулась.
В моем коридоре стоял Хайден Кромвел. Он держал руки перед собой.
— Я не причиню тебе вреда, Эмбер. Я здесь чтобы помочь тебе.
— Помочь мне? — я сделала шаг назад, спотыкаясь о ногу мужчины. Желудок перевернулся, когда я посмотрела на него. Ковбойская шляпа лежала рядом с ним. Кровь залила светлые волосы. Когда я стала такой жестокой? Неужели я всегда была такой?
— Не смотри на него, Эмбер. Смотри на меня.
Он словно пытался меня загипнотизировал. Я не могла не подчиниться ему.
— Где моя сестра?
— Все в порядке. Твоя сестра в безопасности. Она у нас…
Все, что я услышала, это последние три слова. Я бросилась на него. Он даже не попытался увернуться. Просто поймал мою руку своей и нежно сжал ее.
Это движение выбило из меня и воздух, и здравый смысл. Это именно то, чего я так желала.
Простое прикосновение, кожа к коже, без вреда для кого-либо, оно было именно таким, каким я себе его представляла.
Сильное. Теплое. Человеческое.
Все в одном простом прикосновении.
— Я не понимаю, — прошептала я хрипло. Мой взгляд зафиксировался на его руках. Пальцы были длинными и изящными. Они были сильными.
— Я поглощаю твой дар, — сказал он. — Я такой же, как ты, Эмбер. Одаренный.
Я подняла взгляд и увидела, что красивые черты его лица напряглись.
Пальцы Хайдена отпустили мою руку и скользнули под манжет свитера. Его прикосновение обжигало, и мою кожу покалывало в местах касания пальцев.
Головокружение захватило меня и показалось, что Хайден закачался. Комната вращалась. Я моргнула, но все продолжило двигаться. Паника сжала мое сердце, когда я попыталась вырвать свою руку, но он держал ее.
— Что ты делаешь со… — я не могла вспомнить, что говорила.
— Мне жаль, но это единственный способ, — сказал Хайден, казалось, он говорил искренне. — Мы поможем тебе. — Он положил свою другую руку мне на щеку. — Все будет хорошо. Поверь мне, Эмбер.
Мое имя было последним, что я услышала. Мир пропал, и я падала с ним в небытие.
Глава 4
Я знала, что мне надо проснуться, но веки словно приклеились друг к другу. Медленно, приложив массу усилий, я распахнула их. Слепящий солнечный свет пробивался сквозь прикрытое кружевом окно.