Страница 127 из 195
Несколько слов о стиле господина Колкутина.
Его интересы в суде представляла его родная сестра, которая являлась ведущим юрисконсультом Центра. Проверка, которую проводил Минздрав в декабре 2010 года, установила, что «наличие у данной работницы необходимого образования не подтвердилось». Выяснилось это еще во время весенней проверки. Колкутин в возражениях на акт написал, что диплом у сестры есть, — и был предъявлен диплом Белгородского государственного университета № ВСГ 4075260, якобы выданный Евгении Викторовне Тихоновой 17 июня 2009 года по специальности «юриспруденция». Позже выяснилось, что в БелГУ такой диплом не выдавался.
В ответ на мое замечание об этом интересном документе брат и сестра разыграли в суде прелестную водевильную сценку. Евгения Викторовна, изобразив предельное изумление, сказала брату: Какой белгородский диплом? Я впервые слышу. А ты?
Я уже упоминала о фотографии, которая вызвала у Колкутина тоску и печаль. Так вот 4 апреля 2011 года он предъявил суду консультативное заключение специалиста в области психологии Виктории Дьяковой. Специалисту были заданы вопросы: воспринимается ли изображение (то есть фото Колкутина и фото из лаборатории) как единое целое и возможно ли формирование у читателя негативного восприятия в отношении человека, расположенного в нижней части изображения?
Ответ: «Психологический анализ показал, что расположенные на данном листе газеты две фотографии, объединенные единым контрастным заголовком, воспринимаются как единое целое (…). Основанием для такого суждения является еще и тот факт, что расположение темных прямоугольных объектов (кресло и контейнер) по отношению к более светлым округлым объектам (голова и череп) подобны (…).
Изображение черепа человека и костей ассоциируются у читателя с гибелью человека, с угрозой жизни, с угрозой безопасности. Особое внимание привлекает череп как объект, который доминирует над нейтральным изображением пока еще незнакомого читателю человека, вызывая образ праха, тленности, неминуемой смерти, неотвратимой беды (…).
Таким образом, сформированный образ по отношению к человеку, изображенному на фото, может трактоваться как признак порочности, негативности, фатальности, краха, связанного непосредственно с данным человеком».
Что ж, каждый зарабатывает, как может. Я поняла, для формирования справедливого отношения к Колкутину рядом с ним следовало напечатать фотографию белого котенка с бантиком в горошек.
Кстати, заключение выполнено в день очередного заседания суда. А если учесть, что оно началось в 9.30 утра, остается только снять шляпу перед специалистом в области психологии, видимо, всю ночь корпевшим над этим шедевром.
11 июля 2011 года решением Пресненского суда в удовлетворении иска Колкутина к «МК» и обозревателю О. Богуславской было отказано.
* * *
Пока в Пресненском суде слушалось дело по иску Колкутина, произошло несколько событий, о которых стоит рассказать.
25 декабря 2010 года в РЦСМЭ на улице Поликарпова, 12/13 пришло любовное письмо. Не сразу стало понятно, какое оно имеет отношение к Центру. Фамилия адресата отсутствовала, было только имя. Кому: Виктору Викторовичу. В декабре 2010 года в Центре судмедэкспертизы работал лишь один человек, чье имя и отчество полностью совпадает с именем, указанным в письме. Это Виктор Викторович Колкутин. Значит, письмо предназначалось ему. А отправитель — директор медицинской наркологической компании «АлкоМед» Максим Боровков.
Цитирую: «Я написал это письмо, потому что для меня очень важно быть уверенным в том, что все клиенты „АлкоМеда“ чувствуют реальный эффект после проведенных нашими врачами процедур. Мне важно быть уверенным, что все было хорошо и что вы действительно довольны нашими услугами. Все это для меня, правда, очень важно. Недавно я попросил дать мне список тех клиентов, которые давно не обращались к нам. Таких причин может быть три. Во-первых, клиенты могут не обращаться к нам из-за того, что они либо закодировались, либо собственными силами сумели обуздать тягу к алкоголю. Виктор Викторович, я буду очень рад, если вы не звонили нам столько времени именно по этой причине. Во-вторых, человек мог просто заболеть. Не дай бог, Виктор Викторович, если с вами такое случилось. Ну и последняя причина — наш клиент мог просто обратиться в другие наркологические организации. И если ваше длительное молчание связано с этим, я намереваюсь за вас с ними побороться».
Далее описываются современные методы лечения алкоголизма, а также объясняется, что врачи этой фирмы могут приехать в любое время и в любое место. И главное: такому уважаемому клиенту полагается хорошая скидка: следующее посещение обойдется на 10 % дешевле.
«И самое последнее. Если уж так случится, что вам потребуется наша профессиональная помощь, предъявите приехавшей бригаде вложенную в письмо визитную карточку и получите дополнительную 5 %-ную скидку. Счастья вам и здоровья! С теплотой, Максим Боровков».
Конечно, алкоголизм — это болезнь. И можно только искренне посочувствовать больному. Я бы никогда не предала огласке такое письмо, если бы оно было адресовано частному лицу. Но вся беда в том, что оно пришло в главное экспертное учреждение России и обращено к должностному лицу: директору. И как же объяснить, что должность директора Центра и главного судебно-медицинского эксперта Минздравсоцразвития России занимал человек, страдающий алкоголизмом? Одно из трех: или Колкутин обладал бесценными качествами руководителя, или в министерстве не знали о его болезни, или на этой должности всех устраивал именно такой человек.
Каким он был руководителем, теперь знают все. А что касается пристрастия к спиртному — кто же, как не Минздрав, должен был поставить диагноз в самом начале восхождения Колкутина?
Однако в Центр, как выяснилось, приходят не только интересные письма, но и интересные люди. 25 февраля 2011 года в РЦСМЭ явился судебный пристав-исполнитель Тропарево-Никулинского отдела судебных приставов М. Я. Меламед. Он предъявил постановление об удержании из заработной платы с должников Виктора Колкутина и Евгении Тихоновой. Оказалось, что Колкутин и Тихонова задолжали ОАО «НОТА-Банк» 232 779 долларов США. Возвращать деньги, взятые у банка в кредит, Тихонова и Колкутин, судя по всему, не намерены. Говорят, что они не признают свои подписи на банковских документах и утверждают, что они поддельные. Говорят также, что на имущество Колкутина и Тихоновой наложен арест.
Видимо, теперь он остро нуждается в деньгах. Поэтому у Колкутина назрела необходимость получить новый кредит. Весной в бухгалтерию РЦСМЭ позвонили из известного банка и спросили, является ли Виктор Колкутин директором этого учреждения. Главный бухгалтер ответила, что с декабря он в Центре не работает.
Оказалось, что Виктор Викторович обратился в банк с заявлением о получении кредита и предъявил справку о доходах «с места работы», то есть из РЦСМЭ. Не знаю, что это была за справка, однако банк решил перепроверить сообщенные ему сведения. Как выяснилось, правильно сделал. Выдача кредита не состоялась.
Но и это еще не все. 23 мая 2011 года сестра Колкутина, Евгения Тихонова, обратилась в суд с заявлением о взыскании долга по договору займа. Из этого заявления следует, что 16 июля 2010 года Тихонова одолжила и.о. директора Центра, Андрею Валентиновичу Ковалеву, 850 тысяч рублей. Он обещал вернуть их до 1 марта 2011 года. Ковалев деньги не вернул, поэтому пришлось обратиться в суд. По расчетам Тихоновой, задолженность Ковалева с учетом процентов составляет 914 тысяч рублей. Чтобы вытрясти из должника деньги, Тихонова добилась наложения ареста на все его имущество, которое, по мнению истца, находится на улице Поликарпова, то есть в РЦСМЭ. Видимо, Тихонова считает, что Российский центр судмедэкспертизы — его родной дом. Выходит, что имущество Центра арестовано?
Исполняющий обязанности директора Центра А. Ковалев утверждает, что никаких денег не занимал и договор не подписывал. Поэтому он обратился к независимым экспертам и получил заключение специалиста: «Подпись от имени Ковалева А. В., изображение которой расположено в договоре займа от 16 июля 2010 года, заключенного между Тихоновой Е. В. и Ковалевым А. В., выполнена не Ковалевым, а другим лицом».