Страница 8 из 143
— Мил, с тобой все в порядке? — озабоченно спросила Жанна. Ларина очнулась от воспоминаний, и обнаружила, что не сводит глаз с кроваво- алых роз. Этот цвет словно загипнотизировал ее. Что-то в ней колыхнулось. Что-то дикое, забытое.
— Да. Все хорошо. — Помассировав виски, произнесла Люда. — Принеси мне кофе, если не трудно.
— Конечно. — Жанна кивнула и направилась к чайнику, находившемуся на подоконнике. — Уже темнеет. Нам, наверно, пора. — Сказала она, — взглянув в окно. — Так незаметно день прошел. Вот, что значит работы много. Время просто летит.
— Вы идите. Я подготовлюсь к завтрашним встречам. Ты помнишь, что тебе тоже нужно кое-что сделать?
— Да, конечно. Я бы не советовала сидеть тут до ночи, тебе нужен отдых. — Заботливо произнесла Зверева. Мила кивнула и уткнулась в компьютер. Она не заметила, как кофе остыл, а коллеги ушли домой. Если она бралась за работу, то забывала обо всем. Так пролетала ее жизнь, как одно мгновение между работой и домом. Но то, что других людей обычно заставляет жалеть о потерянном времени и серых несущихся буднях, ее вполне устраивало. Жизнь проходила, не оставляя времени на мысли и сожаления. И все же слова Жанны задели ее за живое.
Мила вздрогнула и подняла голову. Ей послышался какой-то звук. Она встала и подошла к окну. Какая темень. И луна, ослепительно-желтая. Неожиданно в глаза ударил яркий ослепляющий свет фар. Прищурившись, Мила увидела красный "Бентли" Привалившись к капоту в небрежной, но грациозной позе, стоял несравненный "засранец" — Ричард Милз. Темный пиджак, ярко-белая рубашка с воротником стойкой, стильные брюки. Одного взгляда хватило, чтобы оценить его шикарный великолепно сидящий на стройной подтянутой фигуре наряд. Светлые волосы рассыпались на черном цвете. Этот контраст просто завораживал. Он помигал фарами. Таким образом, он видимо приглашал Милу выйти и составить ему компанию. Женщина внезапно разозлилась. Развернувшись, она подошла к столу, взяла корзину с цветами. Вернувшись к окну и распахнув его, Мила выкинула цветы на улицу. Фары обиженно погасли. Ричард какое-то время смотрел, как падают алые цветы на черный асфальт. Зрелище было потрясающее. Потом он поднял голову и впился взглядом в глаза Милы. Она мгновенно попала в плен его завораживающего взгляда. Он прошелся по ней, словно в легком прикосновении, проник так глубоко, что ей стало трудно дышать. Столько неги и обещания было в его глазах. Мила почувствовала, как задрожали ладони. Все ее существо тянулось к нему. Безумное наваждение, иначе не скажешь.
— Уходи. — Отчаянно крикнула Людмила, напрасно пытаясь унять бешено колотившееся сердце. — Прошу тебя, уходи.
В ее глазах стояли слезы. Она отвела взгляд, но каких трудов ей это стоило. Ричард продолжал на нее смотреть. Она не знала как, но взгляд этот дарил ощущение осязаемости. Это, как секс, но на расстоянии. Что с ней? Откуда у него такая власть над ее телом и душой? Ей так хотелось посмотреть на него еще раз. В его лице, облике, голосе было что-то смутно знакомое, манящее ее в его объятья. Но она отвернулась, захлопнув окно.
Нет.
Ричард взглянул, на гордо выпрямленную спину. Он мог заставить ее оглянуться. Он много, что мог заставить ее сделать этой ночью. Но это было бы не так интересно. Нечестно и несправедливо. Скучно, банально и предсказуемо. Она должна придти к нему сама, иначе возненавидит его. А это помешает планам Ричарда. Ненавидящая его рабыня будет мало, чем полезна. Ему нужна ее душа, ее сердце. Только так Мила вспомнит, что завещала ей Люциана. А сейчас злость переполняла его. Не одна женщина еще не смела так себя вести с ним. Неукротимый нрав Люцианы уже проснулся в ней. Ричард развернулся. Нет, он не станет насильно принуждать ее.
НЕТ.
Он еще раз взглянул на ее спину в одиноко светящемся окне. Глупая, от него все равно не уйти. Это только вопрос времени. Усмехнувшись, Ричард сел в машину и уехал. Он подождет еще чуть-чуть….
Завернувшись в свое пальто, Людмила Ларина, боязливо оглядываясь, быстро цокала каблуками по асфальту. После последних событий, прогулка по парку после работы, не принесла ей привычных ощущений радости и покоя. Липкий страх закрался под ее пальто, залез за воротник, прошелся по спине. Она почти бежала и боялась оглянуться назад. Странное предчувствие того, что чьи-то глаза следят за ней, не покидало женщину. Неужели этот Ричард Милз продолжает преследовать ее? Что ему нужно от нее? Он — молодой, безумно красивый, богатый, да еще и иностранец. Мечта любой девушки. Чем Людмила Ларина, неухоженная, довольно пожилая, и не очень хорошо воспитанная могла привлечь такого парня? Мила не питала иллюзий по поводу собственной персоны. Именно по этим причинам она отказывала Ричарду в продолжение знакомства. Она сама себе не интересна. Он просто псих, если решил приударить за ней. А с психами она встречаться не собирается. Тем более с такими странными. В его взгляде, брошенном на нее через толстое стекло офиса, было столько силы и власти. Мила помнила, какие ощущения вызвал он в ней одним только взглядом. Это, как шаг в пропасть. Один шаг, и ей не спастись. Мила не знала почему, но боялась смазливого мальчишки с взрослыми непроницаемыми и опасными глазами. Он выглядел, как ангел, но в глазах — столько тьмы. И эта тьма так близка ей. Словно Ричард знал ее лучше, чем она сама. Она смотрела в его глаза и видела в них свое отражение. "Господи, я схожу с ума, если мне лезут в голову такие мысли. Я совершенно не знаю Ричарда. И он не знает меня. А фокус с глазами вполне объясним. Я не имела сексуальных отношений с мужем несколько месяцев. Просто сработал половой инстинкт. Мое тело тянется к молодому энергичному организму. Это вполне понятно и даже оправдано. Вот и все. И ничего за этим нет.
Да.
Да?
Убедила себя?
Не уверена…"
Вздохнув, Мила оглянулась. Никого не было на пустынной аллее, только она и ворох пожелтевших листьев, да еще серая надоедливая ворона раскаркалась на дереве.
"Дура"
А дома ее ждал сюрприз. Тонкая полоска света под входной дверью подсказала ей, что из командировки вернулся муж. Открыв дверь ключами, она тихонько вошла и включила в прихожей свет. Раздевшись, она удивилась необычному молчанию, и посмотрелась в зеркало на стене, поправила волосы. Почему муж не выходит поздороваться? Взгляд женщины упал на рога оленя, повешенные над зеркалом несколько лет назад. Она купила их на какой-то распродаже. Мила вдруг усмехнулась про себя, представив их почему-то на голове мужа. А ему бы пошло, мстительно подумала она, припомнив все его похождения.
— Толик? — осторожно спросила она, проходя в комнату. В глаза бросилась огромная корзина с розами. "Что за чертовщина, я же выкинула их". Рядом с корзиной стоял муж с самым недовольным лицом. Такого выражения Люда не видела ни разу за десять вместе прожитых лет. "Какой же он убогий, мой Толик". Невысокий, с намечающейся лысиной и пивным животиком, с замашками плейбоя и полным отсутствием вкуса. "Будь у него вкус, он бы на мне не женился". А несколько лет назад Толя Ларин был очень даже ничего. Голубоглазый брюнет, душа компании, все подружки сохли по нему, а он выбрал самую нелепо одетую и закомплексованную до мозга костей дурнушку. Видимо, ему нужна была верная жена, которая боготворила бы его за то, что он остановил на ней свой выбор. В его глазах, она была им осчастливлена и должна вечно ему быть благодарна. Но ничего подобного Мила не испытывала. Перед ней стоял стареющий ловелас, нелепый и абсолютно не желанный.
— Итак, что это? — с пренебрежением законный супруг указал на цветы и выжидающе уставился на жену. Мила скрестила руки на груди и равнодушно пожала плечами.
— Цветы, — спокойно ответила она. На лице Анатолия от ярости заходили желваки. О, он уже предвкушал скандал и слезы, и оправдания.
— Я вижу, что это цветы. И я видел того, кто их привез и оставил под дверями, как шпион. И я читал записку. Толик помахал открыткой с алым сердцем перед носом Милы. Она протянула руку, но Толик не дал ей послание Ричарда, в том, что и этот букет — его рук дело, она даже не сомневалась. И когда только он успел? На этот раз его жест не разозлил ее, она была даже благодарна.