Страница 15 из 17
Мы еще раз поговорили с Раххродаром, на этот раз обошлось без ора и взаимных обвинений. Прояснил для себя немного ситуацию. Я же ничего не знал о том, каким образом омеги достаются альфам. Оказалось, что на Ликарии проводятся ежегодные бои, на которых победитель получает омегу. Только вся загвоздка в том, что призовой омега (звучит не лучше, чем племенная кобыла, блять!) это сюрприз. Никто не знает о нем ничего до окончания боев. При таком малом количестве омег, соотношение примерно один к десяти, альфы готовы биться почти за любого омегу.
— И что ты такого узнал про меня, что решил избавиться таким способом? — мы сидели в моей каюте и пили какой-то непонятный, но очень вкусный кисленький сок, странного фиолетового цвета.
— Мой советник после победы отдал мне файл с твоими данными. Кроме привычной информации — имя, возраст, голограмма, было прикреплено несколько видеофайлов.
— Дай угадаю — я, клуб, выпивка, — начал я.
— Да-да, ты, в «ни-в-чём» на голое тело, пьяные выходки, развратные танцы, — Рашти заставил меня покраснеть и начать защищаться.
— Там кроме омег никого не было!!! — и пусть те вещи творил не я, но тельце-то теперь принадлежит мне, как и косяки бывшего владельца.
— И я это понимаю, да и медосмотр ты прошел в Центре.
О, да!!! Помню-помню! Засунули в какой-то рентген-аппарат и крутили минут пять. Только мне ничего не объяснили.
— Значит, тебе, кроме этого, еще и наплели чего-то? — сплетни и здесь процветают.
— Да, мой Советник — Мульерр…
Мульерр!!! Почему-то я его уже не люблю! И имечко поганое…
— Он, кстати, родной брат моего отца-альфы, — Рашти странно передернул плечами, — смотрел записи вместе со мной и… к-хм… и комментировал твое поведение.
О, да! Представляю себе, как тот, кто мог стать главой клана, второй в очереди, капает ядом на каждый мой вздох и движение.
— А ты не подумал, что ему просто не выгодно, чтобы ты женился, чтобы у тебя были дети? А? У твоего Советника, — я взял в воображаемые кавычки должность, — случаем нет планов на твое место, или сына, которого он хотел бы видеть главой вместо тебя.
— Ты что! Он мой дядя! Единственный живой родственник! — Рашти так искренне возмущался, что я промолчал, не став развивать тему дальше. Ничего! Вот приедем на место, я уж посмотрю на этого «дядю»!
А еще, я посетил местные казематы. Ну что я могу сказать, жизнь-то она не сахарная. Потускнел золотистый Серри и выцвел платиновый Мерри. Тюрьма — она никого не красит. Они сидели в одной на двоих крохотной камере, в робах ярко-зеленого цвета и… неистово ненавидели друг друга.
Я пришел, весь из себя такой красивый, нарядный, в светлой тунике и темных облегающих брючках, и, впервые на корабле, с распущенными волосами. Красивый!!! Аж сам себе нравился! Стою, слушаю угрозы, маты и зубовный скрежет, и кайфую, замечая жадные взгляды (все-таки начало просыпаться во мне что-то омежье, раз уж в прошлой жизни женственности во мне было кот наплакал). Минут пять я стоял за стеклянной стеной, а потом, наслушавшись их, повелительно взмахнул рукой и сказал:
— Я же предупреждал тебя, Мерррри, что вашим я не буду никогда. Я так же обещал надрать тебе задницу. Свои обещания я выполнил. Запомните оба, не попадайтесь больше на моем пути, следующая наша встреча закончится смертью. Вашей смертью. Всего доброго, господа.
Я развернулся и ушел.
Рашти мне потом объяснил, что братьям Тьеррлор не будут предъявлять обвинения. Оказывается, что попытки выкрасть омегу вполне обыденны, и эти два придурка отделаются всего лишь штрафом и запретом ко мне приближаться. Вот это было неприятно. Пиздец, как неприятно.
Через три недели мы оказались на орбите Ликории. Сине-зеленая, с белыми кляксами облачных фронтов, с искристыми шапками полюсов, она бы очень напоминала Землю, но очертания континентов были совсем другими, да и было их гораздо меньше, вернее, они занимали меньшую площадь. Континентов же было семь штук, по количеству кланов. Рашти с гордостью указал на один из них, хорошо видный в панорамное окно из моей каюты, находящийся чуть выше экватора — земли клана Хьярр.
— Мы почти дома, — он стоял за моей спиной, почти прикасаясь ко мне.
Я чувствовал жар его тела, обволакивающий меня. Его присутствие рядом стало привычно, я бы даже сказал, необходимо. За три недели я научился доверять своему жениху и разговаривать без выяснения отношений. Рашти научил меня местной игре, очень похожей на наши шашки, и мы часто засиживались допоздна в моей каюте, правда, под присмотром Клитта, который вдруг стал досконально исполнять свои обязанности дуэньи. Рашти оказался совсем не таким, каким я его себе представлял, сидя в омежьем Центре при Космопорте. Нет, он, конечно, не ангел, но и не сволочь. У каждого есть недостатки, и с его я, пожалуй, готов мириться.
— Как скоро? — мне не было необходимости договаривать вопрос, я лишь качнулся назад. — Мы заключим союз завтра вечером в нашем семейном храме, — он немного наклонился вперед, почти прикасаясь. — Я буду в белом, — я улыбнулся старой земной шутке.
Их традиции, конечно, не были похожи на привычные для меня, но свадебный наряд омеги был белым. Слава Вселенной, не платьем, а белым брючным костюмом. Я смотрел в комме и мне понравилось.
— Я узнАю тебя, — Рашти ласково рыкнул за моей спиной. — Надеюсь, — я немного повернулся и увидел его. Крылья носа раздувались, втягивая мой запах, — Чем я пахну? — Эш, не провоцируй… — Так, всё! — Клитт прервал нас своим появлением. — Хорош ворковать. Рахх, тебе пора на шаттл, ты должен быть внизу, когда Эш прибудет.
Клитт вытолкал Рашти за двери, вытаскивая памятный черный костюмчик и берцы из моего шкафа.
— Компрессионный костюм обязателен при приземлении, — как маленькому объяснял он мне, — это поможет избежать нагрузок и перепада давления.
Надо, так надо… Я тяжело вздохнул, стянул с себя всю одежду, кроме нижнего белья, и втиснулся в это подобие скафандра. Хорошо, что никакой стыковки с Космопортом не будет, хоть он и есть на орбите. Шаттл заберет меня прямо с борта. Я прошел в столовую, решив попрощаться с Тайфером, но тот обрадовал меня:
— Я приглашен личным поваром к главе клана, так что, мы будем видеться каждый день, — он улыбался во все тридцать четыре зуба, довольный, как слон, — ты случайно не знаешь, с чего такая честь? — Откуда? — удивился я, а сам с благодарностью вспомнил о женихе. — Тогда увидимся на Ликории.
Вся команда выстроилась возле перехода, провожая меня. Каждый пожал руку и пожелал счастья. Каждый нашел пару добрых слов мне на прощание. Клитт выдрал меня из их ручонок и пристегнул к креслу у иллюминатора. Все, прощай «Странник» и здравствуй новая планета!
Мы вошли в плотные слои атмосферы, и я, словно завороженный, наблюдал за тем, как наш шаттл буквально горит. Зрелище, скажу я вам, не для слабонервных. Клитт вон вообще сидел, вцепившись в подлокотники и зажмурив глаза.
Ликория, вернее Хьярртау — так назывались земли клана, встретил нас проливным дождем. Меня вытащили из шаттла и тут же усадили в… Я бы назвал это летающим лимобасом. Огромный, по размерам сопоставимый с земным туристическим автобусом, только немного шире. Внутри это был шикарный такой себе вагон. С мягкими креслами, диванами, зеркалами, баром и прочей, непонятной для меня, атрибутикой. В этом, как потом выяснилось, флаере меня ожидали два божьих одувана, как я наивно подумал. Омеги с благородной сединой и с «добренькими» масками на лице оказались акулами-мегалодонами. Меня усадили в кресло, велели не отсвечивать, а сами уволокли Клитта от меня подальше и устроили ему допрос. Потом бету высадили. Где? Зачем? Почему? Ничего не знаю. Окна были тонированы до черноты, и я не видел ничего, лишь неясные тени.
Я как думал? Я думал, что перед свадьбой высплюсь хорошенечко, приму пенную ванну, короче, уделю время себе. Ага! Вот я наивный! Лан Милли и лан Сарти, эти два извер… милых старичка взяли меня в такой оборот, что я едва дышать успевал. Меня привезли сразу в храм, где я должен был провести свою последнюю свободную ночь.