Страница 114 из 144
- Я много чего видел! - гордо заявил мальчишка. - Они все пакостят, а я слежу! И всё папе сообщаю, чтобы он до его милости доводил! Только его милость папу не слушается! А зря!
Побагровевший Герхард фон Кох свирепо впился взглядом в побелевшее лицо псаря.
- Хайнц, - мило улыбнулась комтура. - Либо ты сейчас расскажешь, что ты видел этой ночью, либо тебя выпорют. И не конюхи, а святые сестры!
- Да?! - презрительно ухмыльнулся мальчишка. - Разве бабы могут...
Фриц, сорвавшись с места, влепил сыну мощнейшую затрещину:
- Извините, святая мать, - снова закланялся псарь. - На него иногда находит. Воображает себя не то принцем каким, не то самим Господом. Болесть такая! Сейчас пройдет, святая мать! Всегда после затрещины проходит!
Ванесса посмотрела на поднимающегося мальчишку:
- Отпустило, болезный?
- Извините, святая мать, - заблеял Хайнц.
- Тогда рассказывай!
- Анку-прачку из темницы Сабинка выпустила! - выпалил мальчишка. - Я сам видел! Она по лестнице вниз шла! А потом вверх! А чуть позже на кнехтов Зверь напал! Это Анка обернулась! Я тогда испугался и убежал к нам!
- Значит, Сабина шла в направлении темницы? - уточнила комтура.
- Да! А потом обратно. Она внизу долго была! Час, а может, и два!
- А как она выпускала заключенных, ты не видел?
- Нет, святая мать! Но тама больше делать нечего! Ничего, кроме темницы тама, и нет!
- Ваша милость, - покачала головой Ванесса, - я вас прошу, вызовите еще раз Фриду с девочкой.
Фон Кох дернул за веревку.
Слуги появились очень быстро: Милена умела развлекать детей, а перепуганную бабушку от внучки не оттащить.
- Сабина, ты что вчера после ужина делала? - комтура старательно пыталась не напомнить ребенку утренний кошмар.
- Мне бабушка сказку рассказывала, - сообщила девочка. - Про сестрицу и семь братиков, которые в лебедей превращались! А потом мы спать легли.
- А дальше?
- А дальше вечер кончился, - сообщила Сабина, - а утром... - глаза девочки начали наполняться слезами.
- Утро не интересно! - отрезала мать Ванесса. - Ты по коридорам ночью не ходила?
Девочка покачала головой.
- Спала она, святая мать, - вступила Фрида. - Как есть спала. Просыпалась я раза три аль чатыре, всё время спала Сабиночка. А потом... Ну, Вы знаете! А шо случилось-то?
- Да вот, Хайнц утверждает, что видел, как Сабина шла к темнице, чтобы выпустить Аннет с ребенком.
- Да как же ж это?! - всплеснула руками старушка. - Да неужто Сабину бы послушал кто?
- Охрану убили, - пояснила комтура. - Злоумышленник подошел к двери, зарезал двух взрослых воинов, каким-то образом открыл дверь и разорвал на куски еще троих. И всё это сделала семилетняя девочка. Господа, мне кажется, или здесь на самом деле какая-то неувязка?!
- Ну, если девочка - Зверь... - неуверенно проблеял бейлиф.
- Ей семь лет... - покачала головой Ванесса.
- И что? - не сдавался монах. - Известен случай...
- Воспитанник 'медведя', тренировавшийся с детства, - уточнила Ванесса. - Но и этому 'медвежонку' потребовался колоссальный стресс... - комтура улыбнулась. - К тому же это легко проверить. Сабиночка, открой ротик и покажи мне зубки.
Девочка отчаянно замотала головой.
- Ну не хочешь мне, покажи тете Милене.
Сабина неуверенно кивнула и открыла рот.
- Вот и всё, - улыбнулась ей святая сестра. - Она чиста! Уже моляры лезут, а клыки молочные!
- Кто-то желает убедиться? - обвела взглядом мужчин воительница. - Или не будем лишний раз пугать ребенка? Хайнц? Ты по-прежнему настаиваешь, что Аннет освободила Сабина?
- Да! - закричал мальчишка. - Она всегда так делает! Она меня поленом огрела, когда я хотел этого зверёныша Вилли солдатам отдать! Подкралась сзади, и поленом! Она всегда так! Я специально за ними следил! Они вниз пошли! А потом наверх! А потом внизу птица запела и шум поднялся!
- Стоп! - рявкнула комтура. - Кто 'они'? Сабина и кто?
- Маленький... - мальчишка замолчал.
- Кто маленький?
- Михаэля сюда, - рявкнул фон Кох. - Но если выяснится, что ты соврал, запорю! Вместе с отцом! Мне надоели ваши вечные кляузы!
- Я так понимаю, - покачала головой Ванесса. - Михаэль - ваш сын, Герхард?
- Младший! - уточнил барон. - Ему шесть лет!
- Ты про него молчал, Хайнц?
Мальчишка мрачно кивнул.
- Кстати, Сабина, а за что ты ударила Хайнца поленом?
- А что он вечно ябедничает? - вдруг взорвалась девочка. - И щиплется. А у Вилли вкусняшки всякие отбирал! И у всех, кто его слабей! Еще грозил, что изобьет, если кто своему папе расскажет! А Рудольф-конюх это услышал и псарю сказал, чтобы он унял своего ублюдка, иначе не Хайнцу, а его отцу прилетит! Так он стал Вилли исподтишка гадости делать! Я ему сказала, чтобы он от Вилли отстал! И чтобы Эмму-маленькую не трогал, ей же еще пяти лет нет! А он заявил, что когда я подрасту, он меня на сеновале трахать будет, и чтобы я не тявкала, потому что я его подстилка! Я тогда взяла полено и по голове врезала!
- Это когда было? - с трудом сдержала улыбку мать Ванесса.
- Позапозавчера.
- А позавчера?
- Ну... - Сабина замялась. - Он так стоял удобно...
- В общем, с детьми все ясно, - попыталась закончить текущую стадию расследования комтура.
- Нет, святая, мать! - возразил фон Кох. - Сначала послушаем моего сына! Вот, кстати, и он. Михаэль, покажи зубы! Да не мне! Либо святой матери, либо святому брату.
- Мальчик - не Зверь, - бейлиф даже не встал, с места обозревая щербатую улыбку. - Отсюда видно!
- Ты гулял этой ночью с Сабиной по коридорам? - строго спросил барон.
Лицо мальчишки озарилось улыбкой:
- Я не гулял! Я со Зверем дрался! Я спал, а Сабинка как закричит! Я схватил меч и выскочил! А на нее Зверь нападает! На волка похож, только размером с медведя! Клыки - ВО! - Михаэль развел руки, клыки получались не меньше локтя. - Когти - ВО! - когти превосходили клыки раза в два. - Хвостище по полу метет! Я его мечом ка-а-ак рубану! И напополам! А половины испугались и убежали! Вот! - мальчик гордо осмотрел всех присутствующих.
- А дальше? - сдерживая смех, спросила мать Ванесса.
- А дальше я у себя в кровати очутился, - грустно признался мальчик. - А как не помню. Снова меч взял, но меня Мориц не пустил.
- Мориц - это его личный охранник, - пояснил фон Кох. - Если сможет, встанет между ребенком и опасностью даже во сне. Вот теперь я бы желал выслушать Ваш вердикт, святая мать.
- Ради Господа, Герхард! - воскликнула комтура. - Это Ваши люди, и Вы вольны распоряжаться их жизнью и смертью! Всё, что мы сегодня услышали, не имеет отношения к убийству Фридриха фон Каубаха.
- Спасибо, святая мать, - барон встал и поклонился. - Этим - по десять кнутов! Фрида, кликни стражу! Остальные свободны!
- А теперь, господа, - произнесла Ванесса, когда все лишние покинули помещение, - вернемся к делу. Рассматривать версию, что женщина могла сама снять волчьи кандалы не будем. По моему мнению, имело место проникновение извне.
- Но как?
- Этот замок старше Вашего рода раз в пять, Герхард. Беда всех старых замков - потайные ходы. Сколько их у вас?
- Два, - уверенно сказал барон.
- Бригитта?
- Мы за два часа нашли три, - вытянулась блондинка. - Но думаю, есть еще.
- Вот Вам, Герхард, и ответ на вопрос, как мы проникли в замок. Вы думаете, Звери не могли поступить так же? Глава 36
Местный рынок немного напрягал Когтя. Нет, никто не обращал внимания на деревенского мальчишку, без дела шатающегося между рядами. Мало ли кто послал малолетнего серва с поручением. А может, арендаторский сынок шлендрает, гостинец ищет. Его право, арендаторы - люди свободные, хоть и зависимые. Не это не нравилось. Уж больно несерьезно всё смотрелось в сравнении с привычным Нейдорфом. Прошел мясные ряды (аж две штуки!), вернулся по рыбному (единственному!), повернул к овощам-фруктам и прочей травке, обошел хлебный, да мотнулся к ремесленному, где ткани вперемешку с оружием продаются. И считай, рынок кончился. Загон для лошадей с подковным углом, который и кузней назвать язык не повернется, нормальная кузня за околицей, да лавочка травника на отшибе. Всё!