Страница 23 из 48
С этой минуты, Хезер решила для себя, что пора начинать действовать. Она могла оборачиваться в дракона и легко была способна испепелить весь его дворец своим жарким пламенем. А кровавая кислота, секрет которой девушка познала чуть позже, позволяла ей испепелять само демоническое семя, заложенное в каждом демоне этого огромного мира.
И хотя Салеос не стал ей мешать в том, чтобы она могла забрать Иккинга к себе, необходимо было уладить следующее — убрать с дороги соперницу, Астрид, которая в эти минуты находилась в каземате. Наедине… С Иккингом…
Каждый раз, когда Хезер впоследствии вспоминала об этом и о её смелых словесных выпадах, моментально перевернувших от ярости всё внутри, она кричала, подобно потревоженному призраку, оторванному от Великого Сна.
Ей было плевать на планы, которые строил Герцог. Она возжаждала убрать Астрид с пути. Но, не получилось. Убила Ночная Фурия. Но, благодаря чуду, которое в последнюю секунду совершил Иккинг (и она неведомым образом об этом узнала), закинув голубоглазую в захлопнувшийся портал, Хезер вернулась в момент, когда пребывала в школе на уроке физкультуры. И всё помнила, что с ней произошло, чему она очень сильно поразилась…
Навеянная воспоминаниями девушка совершала одинокий пролёт над пустынными землями Предвратности, которые она достигла во время очередных размышлений об Иккинге. Ада не посмела лететь за своей госпожой, ибо прекрасно помнила, как та её чуть не придушила за то, что с наслаждением пытала Карасика в каземате отца. Как вырвала сердце Беззубика… А когда Хезер погружалась в ностальгию, то ей хотелось довершить удушение ненавистной ей слуги.
Внезапно, от глубоких мыслей её оторвало увиденное ею явление. Загадочное белое свечение проносилось над просторами Предвратности. По форме оно напоминало дракона. Но не абы какого. Девушка приготовилась оборачиваться на случай, если к ней слишком близко подлетит загадочная субстанция или того хуже, начнёт атаковать.
— Что ты за существо? Как будто дракон. — пригляделась Хезер.
— Хезер! — просипело призрачное существо, взмахивающее перед ней своими белоснежными, как и оно само, крыльями. — Отыщи Беззубика, моего сына.
Девушка широко раскрыла глаза от поражённости. Пред ней предстал дух Ночной Фурии. Она не видела, чтобы он шевелил губами во время произнесения слов. Правда облик Ночной Фурии скорее напоминал то, что осталось от неё… Призрак походил на скелетообразное чудовище. Вместо гордого драконьего у него присутствовал череп, в которых зияло по паре огромных глазниц. Весь скелет покрывала белоснежная, полупрозрачная, но очень яркая, словно свет солнца, выглядывающего из-под облаков, пелена.
— С чего бы мне помогать дракону? — недовольно буркнула Хезер. — И откуда ты знаешь моё имя?
— С того, что ты сама отчасти дракон. — отвечало белое загадочное свечение.
— ЧТО? — возмутилась она.
— Послушай меня, кшатрия. — мягким голосом просил призрак отца Беззубика. — Мой сын… он должен разыскать последних живых сородичей до того, как их найдёт Салеос. Они сторожат секрет, который не должен попасть в руки ни одного демона.
— Но я ведь демон. — усмехнулась Хезер. — Почему ты думаешь, что я сейчас просто не возьму, и не расскажу об этой новости своему отцу, Салеосу? — удивлялась наивности духа девушка.
— Ты — кшатрия по рождению, но носящая в себе не только демона. Твой внутренний демон связан с драконом. Что это за дракон — никто доподлинно не знает и не помнит. Возможно, только Парящий, если он ещё жив, может дать тебе ответ на этот вопрос. — Хезер притихла. Ведь Герцог ещё не знал, в кого именно она превращается. Закралось сомнение в душе брюнетки — может, названный отец Беззубика прав и необходимо прислушаться к словам загадочного свечения.
— Это не получится. — печально вздохнула Хезер, вспоминая недавние события в Измерении Драконов. — Я недавно атаковала Парящего и Беззубика тоже. — глаза духа узрели в зелёных очах девушки искорки совести и сожаления.
— Ты просто запуталась, девочка. В тебе смешалось множество чувств, и ты не знаешь, какое из них настоящее. Любовь вперемешку с ненавистью, клятва, соединённая с отвращением, человеческая составляющая и объединённая с демоном, который слился с драконом… Всё это не важно, если ты мыслишь сердцем, а не разумом. — ласково, по-отечески поясняла полупрозрачная Ночная Фурия.
Девушка, впервые с момента смерти матери, пустила слезу. Такую много значащую для неё поддержку никто не оказывал ей. Ни делом… Ни словами… Никогда. Ни одноклассники, ни демон, ни приёмные родители, ни Иккинг… Никто не хотел её слушать и знать, что она чувствует. А этот призрак, словно открытую книгу, в один миг прочитал все переживания и эмоции, что захлёстывали её уже длительное время. И дал исключительный совет:
— Найди свой путь. Следуй просто за тем, что у тебя в сердце.
— Но, как я это сделаю? — истерично возразила Хезер. — Если я явлюсь в Измерение Драконов, меня просто убьют. — она еле слышно произнесла, впадая в горечь. — К тому же из-за меня Беззубик погиб…
— Он не погиб… — прошипел призрак. — Он жив… — девушка оживилась, услышав радостную для себя весть.
— Тебя не убьют. — из свечения, неожиданно, проявилась чешуйка, размером с большой палец на руке кшатрии. — Отдай её Беззубику. Тогда он тебя выслушает. Не сомневайся в себе, Хезер. И следуй своему сердцу. Отбрось иллюзии. — как только прозвучало последнее слово, свечение растворилось, вернув перед глазами девушки былые, унылые краски Предвратности.
Теперь ей предстояло принять трудное решение, от которого, похоже, зависело не только её собственное благополучие или кого-то другого. На кону стояло нечто большее.
Демон потирал руки, ожидая новостей.
— Думаю, ты нашёл то, за чем я тебя посылал. — широко улыбался Салеос.
— Нет. Там нет ничего кроме тонн разнообразных драконьих костей. Его костей или других, подобных ему, там нет. — довольная гримаса с лица демона исчезла.
— А стражи? — интересовался демон.
— Никаких следов. Ни живых, ни мёртвых. Сплошная пустошь из драконьего могильника. — отвечал дракон. — Правда… Я заметил одно странное свечение, что парило над Драконьим Капищем.
— Проклятье! — разозлился Салеос, выхватив свой пламенный меч, которым хотел срубить голову дракона за бесполезные новости и трату малоостающегося и спешно тикающего времени. Всего несколько дней (по адским меркам) осталось до того, как его подопечные выйдут из-под контроля. — Куда же они могли податься? — задумался про себя демон, убравший меч обратно в стальные ножны на кожаном, перекинутом через плечо поясе. — Погоди. Свечение? — он мгновенно ринул к дракону, схватив его за горло, желая задушить. Демон понизил голос и взглядом желал испепелить его. — И ты ничего не сделал?!
— Я же предупреждал Вас, господин… — хрипло, глотая кислород, произносил дракон. — До смерти боюсь нежити.
— На что оно было похоже? — продолжал напирать на него Салеос.
— Я не разглядел толком. Оно находилось очень далеко.
— Куда конкретно оно направлялось? Это ты видел? — угрожающим тоном спросил демон.
— Нет. Я скорее вернулся сюда, чтобы доложить Вам об этом, господин. Вдруг это что-то важное? — взволнованно утверждал дракон.
— Ладно… — выпустил из мёртвой хватки дракона. Тот приземлился на две передние лапы, откашливаясь. — Думаю, это свечение было не просто свечением. Мы стали опаздывать. А враги начали нас опережать. — загадками заговорил Салеос. — Придётся действовать более решительно. А их, как угодно, но разыщи. Прочеши ещё раз всю Долину. Ибо они — последние, кто знают о Её расположении! — крикнул во всё горло демон.
— О ком и о чём идёт речь, мой господин? — полюбопытствовал дракон.
— О мистическим образом выживших после войны, что была больше двухсот лет назад в Долине Обречённых. — вздохнул Салеос. — О Ночных Фуриях. А о чём… — грозно поглядел на него Герцог. — … это ты узнаешь не раньше, чем мы отыщем следы Ночных Фурий. — он ещё раз оглядел красного дракона. — Если не отыщешь… что ж… тогда прибегнем к тактике выжженной земли! Он нам всё скажет. — грозно произнёс демон.