Страница 20 из 26
Ахмат не стерпел такой обиды и в 1472 году с большим войском пошел на Москву. В то время река Ока была границей русских земель, по ее берегам стояли великокняжеские полки. Главные силы были сосредоточены от Коломны до Серпухова, а дальше по берегу до Калуги стояли малочисленные сторожевые полки. Всего для обороны по берегам Оки московские князья держали до 60 тысяч воинов.
Хан Ахмат со стотысячным войском решил нанести удар в том месте, где была наиболее слабая оборона, 29 июля 1472 года он с войском подошел к маленькому городу Алексину, что стоял на реке Оке. Воевода Алексина не сумел организовать оборону города и поспешно отступил за Оку, тогда защиту города взяли на себя горожане. Они закрылись в городе, и, когда ордынцы подошли к городу, жители дали им достойный отпор. 30 июля татары зажгли крепость, но жители продолжали защищать свой пылающий город до последнего человека. А там временем на левом берегу Оки накапливались русские войска. Дважды, 29 и 31 июля, татары пытались форсировать реку, но были отбиты русскими. Понеся большие потери и видя многочисленность русских полков, собравшихся под Алексином, в ночь на 1 августа Ахмат отступил от Оки.
Это была первая попытка Ахмата наказать великого князя. Восемь лет он ждал удобного случая повторить поход. И вот, когда в 1480 г. у Ивана Васильевича возникли сильные распри с братьями, хан условился с Казимиром Литовским общими силами ударить по Москве. Иван III примирился с братьями и принял все меры к защите Русской земли. Подобно Дмитрию Донскому, он стал собирать со всех концов Русской земли воинские силы и двинул русские полки к рекам Оке и Угре, которые русские называли поясом Богородицы, а до этого большой отряд русского войска на судах отправил вниз по Волге к столице Золотой Орды – Сараю. Наконец 23 июня (6 июля по новому стилю), отслужив молебен перед иконой Владимирской Божией Матери, с царским полком выступил из Москвы сам великий князь. Ахмат в то время со стотысячной ордой стоял на берегах реки Угры. Основные русские силы во главе с Иваном III сосредоточились на другом берегу реки. Так началось знаменитое «великое стояние на Угре».
Въ это время союзникъ Ивана крымскій ханъ напалъ на Литву, а московскіе отряды вмѣстѣ съ крымцами напали на столицу Ахмата – Сарай – и разграбили ее. Между тѣмъ на Угрѣ оба войска – и русское и татарское – стояли другъ противъ друга, не рѣшаясь переходить рѣку. Иванъ не рѣшался, по своей осторожности, первымъ начинать битву и выжидалъ, несмотря на ропотъ народа и укоризненныя письма митрополита московскаго и другихъ духовныхъ лицъ; татары тоже боялись переходить рѣку, тѣмъ болѣе, что изъ Литвы помощи они не получили. Такъ простояли оба войска другъ противъ друга нѣсколько недѣлъ. Между тѣмъ начались морозы и рѣка Угра стала покрываться льдомъ. Иванъ далъ приказъ своимъ войскамъ отступать отъ рѣки къ г. Боровску. Татары, будучи плохо одѣты, сильно страдали отъ морозовъ и стали поспѣшно отступать, предполагая, что въ уходѣ русскихъ отъ Угры скрывается какая-нибудь хитрость. На обратномъ пути Ахматъ былъ убитъ однимъ татарскимъ княземъ. Иванъ торжественно вернулся въ Москву. Всѣ радовались, что такъ легко, безъ потерь, избавились отъ татарскаго нашествія, и восхваляли Ивана за его осторожность. Но Иванъ не приписывалъ этого дѣла себѣ: онъ сказалъ, что «Русь оборонилъ Богъ и Пречистая Богородица», и по возвращеніи съ похода немедленно отслужилъ благодарственный молебенъ. Такъ кончилось тяжелое монгольское иго. (К.И. Добрынин «Элементарный курс Русской истории»).
Затем в союзе с крымским ханом Иван III решил и казанскую проблему. Когда одна из вдов казанского царя Ибрагима вышла замуж за Менгли-Гирея, сын Ибрагима, Магмет-Амин, предъявил свои права на Казань и обратился за помощью к Ивану III. Иван III поддержал претендента, дав ему рать во главе с победителем при Шелони князем Даниилом Холмским. Силы союзников осадили Казань и установили там власть своего ставленника. В 1491 г. Иван III точно так же оказал поддержку Менгли-Гирею в борьбе с детьми Ахмата. Это было началом окончательного крушения Золотой Орды. В 1502 г. крымский хан достиг полной победы над последним ханом Золотой Орды – Шихматом.
4. Уничтожение уделов. Видно, по Промыслу Божию, когда Москва боролось с каким-либо из своих соперников, третья сила не вмешивалась в конфликт (в данном случае имеется в виду Литва), Иван III всегда побеждал своих противников поодиночке. Так было с Новгородом, так было с Золотой Ордой, так было с Тверью.
В 1484 г. в Москве стало известно, что тверской князь Михаил Борисович заключил договор с великим князем литовским Казимиром. Такой договор нарушал соглашение между Михаилом и Иваном III о том, что Михаил должен быть во всем заодно с Москвой. Великий князь объявил Твери войну. Помощь с Запада, обещанная Казимиром, как всегда, не пришла, и Михаилу ничего не оставалось, как признать главенство Ивана III. Между тем тверские бояре целыми семьями покидали своего князя и били челом великому князю московскому, прося принять их на службу. Лишаясь поддержки своего окружения, Михаил Борисович вновь «установил ряд» с Казимиром, и это погубило его окончательно. Объявив Михаила изменником, Иван III двинул на Тверь войска и осадил город. В этой обстановке Михаил тайно покинул город и бежал в Литву, а тверские бояре открыли городские ворота Ивану III, моля его о пощаде и прося принять их под свою руку. Московский государь торжественно, как победитель, вступил в Тверь, и она была присоединена к Москве (1485 г.). Таким образом, в первой половине своего княжения Иван III покончил с властью Золотой Орды и присоединил к Московскому княжеству двух его стародавних противников – Новгород и Тверь.
Но Иван Васильевич, всегда помня феодальную войну в княжение его отца, знал, что и большое княжество может быть непрочным, если внутри его зреет крамола. Поэтому он стремился к уничтожению уделов внутри своего княжества. Еще в 1463 г., вскоре после смерти отца, Иван Васильевич завладел Ярославской областью и всех мелких князей ярославской земли превратил в простых вотчинников – московских бояр. Затем после смерти престарелого верейского князя Михаила Андреевича, внука Дмитрия Донского, его княжество было присоединено к Москве на правах вотчины. Не ладил Иван Васильевич со своими братьями. Когда в 1472 г. умер следующий за ними брат Юрий, Иван III поспешил присоединить его удел целиком к Москве, не подумав поделиться наследством с остальными братьями. Это вызвало первый разлад между Иваном III и его братьями – Андреем Углицким и Борисом Волоцким. Затем из-за переманивания Иваном III к себе служивых людей братьев между ними опять возник конфликт. Но Иван Васильевич перед угрозой нашествия хана Ахмата скрепя сердцем поспешил помириться с братьями. Десять лет спустя оба брата получили великокняжеский приказ послать своих воевод с воинскими отрядами па помощь крымскому хану Менгли-Гирею против сыновей Ахмата. Борис исполнил приказание, но Андрей ослушался. Тогда, когда он по приглашению великого князя приехал в Москву, его заковали в оковы и посадили в тюрьму (1491 г.). Удел Андрея был присоединен к Москве. Сыновья его были тоже схвачены и заключены. Как их отец, они уже больше не видели свободы и умерли в тюрьме. Другой брат великого князя, Борис Васильевич, не имел такой печальной участи, но был постоянно в страхе и во всем подчинялся Ивану III как простой боярин-помещик.
Рязанское княжество при Иване III только по имени считалась княжеством, на самом деле рязанский князь Федор Васильевич, родной племянник великого князя, был в полной его власти. А когда он скончался в 1503 г., то треть рязанских городов и земель, в том числе Старую Рязань и Тулу, он завещал своему августейшему дяде.