Страница 15 из 26
Развитие русской культуры со второй половины XIII века проходило в сложных условиях. Монголо-татарское нашествие и татарское иго вызвали упадок культуры. За столетие, с середины XIII до середины XIV в., резко снизилась грамотность на Руси, огрубели нравы населения. Даже среди русской знати и князей было много таких, о которых летописец писал «некнижен и неграмотен».
Все же с возрождением духовности и социально-экономическим развитием страны со второй половины XIV века наметился новый подъем в русской культуре. Развитию культуры способствовали и политические цели: борьба за независимость и объединение земель Великороссии. Особенно способствовала подъему культуры победа на Куликовом поле. Рост национального самосознания заставлял глубже осознать состояние и задачи борьбы за независимость, за объединение страны. Москва и здесь, в области культуры, превращалась в национальный центр русского народа.
Возрождение русской культуры в эпоху создания централизованного государства происходило в условиях непрекращающихся войн на чрезвычайно протяженных восточных, южных и западных границах Руси. По подсчетам историка В.В. Мавроди, «за XIII – XIV и первую половину XV века русские выдержали больше 160 сражений с внешними врагами, из которых 45 сражений с татарами, 41 – с литовцами, 30 – с немецкими рыцарями, а все остальное – со шведами, поляками, венграми и волжскими болгарами».
С XIV века начинает набирать силу просвещение. Высокого уровня достигают грамотность, книжность, эмпирические наблюдения над природой. Тогда успехи в области политики, военной организации, архитектуры, ремесел, сельского хозяйства носили чисто практический характер, умозрительная мысль и теоретическое начало не получили в русской жизни решительного преобладания.
Сведения о школах XIV – XV вв. чрезвычайно скудны. Тогда основное образование получалось в монастырях и посредством домашнего обучения. Обучение грамоте начиналось в Древней Руси с 7 лет. В древнерусских школах производилось по большей части лишь начальное обучение: учили чтению, письму, читали Часослов, Псалтырь, Апостол «и прочие божественные книги». Большое значение придавалось пению, возможно, производилось обучение счету.
Важным событием в развитии книжной грамотности было появление бумаги. Это был более удобный материал для письма, чем береста, и значительно более дешевый, чем пергамент. С появлением бумаги книги начали дешеветь, их стало больше. Крупные города, такие, как Москва, Новгород, Псков, Тверь, Ростов, а также монастыри были центрами, где появлялись новые книги и переписывались старые. Много было грамотных людей в Москве, особенно среди духовенства, дворян, купцов, которые владели большими библиотеками.
Русские люди при татарских набегах прятали книги в каменных церквях, где они могли надежнее всего уберечься от пожаров и грабежей, но и это часто не спасало. Так, в 1382 г. при известии о приближении Тохтамыша жители Москвы и окрестных сел снесли, по словам летописца, в соборные церкви «толико множество» книг, что груды их лежали до самых сводов. Но каменные стены не спасли книги: их дочиста уничтожили вторгшиеся татары. Лишь Новгород и Псков, куда не докатывался опустошительный вал татарского нашествия, сохранили свою книжность и впоследствии в течение многих веков до самого XVIII века снабжали русские города древнейшими рукописями.
В этот период русская литература сильно обогатилась поэтическими произведениями, почвой для которой была в основном борьба русского народа за свою независимость, главным образом против монголо-татар. Так появляется «Слово о погибели Русской земли», происхождение, которого следует связывать с опустошением монголо-татарами Северо-Восточной Руси в 1238 году. Куликовская битва вызвала появление двух выдающихся произведений русской литературы, равных по силе слова и политическому значению «Слову о полку Игореву» – «Задонщина», написанная, в конце XIV – начале XV века рязанским боярином, а впоследствии священником Софонием, и «Сказание о Мамаевом побоище», появившейся на свет сразу после исторической битвы (предположительно в 1383 году).
Не прерывалось общение Руси со многими народами Европы и Азии. Русские путешественники посещали Византию и другие страны, оставив нам интересные описания. Таковы сочинения новгородца Стефана (середина XIV в.) и смолянина Игнатия (конец XIV – начало XV в.) побывавших в Константинополе. Сохранился также дневник русского посольства на церковном соборе во Флоренции (1439) с описанием ряда европейских городов. О падении Константинополя русские люди узнали из «Повести Несотра-Искандера о взятии Царьграда», появившемся на Руси в обработанном виде в начале XVI века.
Начиная с конца XIII века на Руси появилось много житийной литературы – это «Житие князя Александра Невского», написанного, видимо, церковным человеком вскоре, после смерти князя (ум. в 1263 г.), «Слово о житии и о преставлении великого князя Дмитрия Ивановича», которое тоже было написано неизвестным автором вскоре, после смерти князя (ум. в 1389 г.). Монах Троице-Сергиева монастыря Епифаний, прозванный современниками за ученость Премудрым (ум. около 1420 г.) был автором двух житий – Стефана Пермского и Сергия Радонежского. Образцом поучительной литературы стали пять «Слов» владимирского епископа Серапиона, написанных в 1274, 1275 гг. Обличение социальной несправедливости, грубых суеверий, эмоциональный, образный язык делают «Слова» Серапиона значительными произведениями литературы XIII века.
Летописное дело на Руси в XIII – XV веках пополнилось рядом повестей, как то «Повесть о битве на реке Калке», «Повесть о разорении Батыем Рязани в 1237 г.», «Повесть о нашествии Едигея» и другие. В это время появляются местные летописи: Тверская, Новгородская, Псковская, Московская, Галицко-Волынская и другие. В XIV – XV появляются те летописные своды, которые дошли до наших дней (Лаврентьевский, Ипатьевский, Новгородский летописный свод и другие). В 1441 году был составлен обзор всемирной истории (хронограф), в котором история Руси представлена в связи с историей всех славянских народов.
Говоря о русской культуре XIV – XV вв., надо сказать, что она, прежде всего, просияла благодаря живописи, которая в ту пору всецело была представлена церковной живописью: монументальной (настенной) живописью и иконописью. Церковная живопись предназначалась стать посредником между Божественным и земным миром при индивидуальной молитве или в ходе христианского богослужения. Художники расписывали фресками стены храмов, писали иконы для иконостасов, храмов и личного пользования. В отличие от церковной живописи домонгольского периода, где фрески и иконы изображали фигуры святых неподвижными и изолированными друг от друга, церковная живопись периода становления нового Русского государства изображает уже фигуры святых в сложной композиции и движении. Если фрески XI–XIII вв. изображали святых, устремивших свой взор прямо на зрителя, то фрески XIV века изображают фигуры в постоянном взаимодействии. Фигуры святых обращены друг к другу, охвачены внутренним, замкнутым действием, взаимодействуют между собой и с окружающей природой, архитектурными деталями и предметами. Движения фигур согласованны, они как бы втянуты в общий ритм, охватывающий всю композицию.
Центрами русской живописи XIV века были Псков, Новгород и Москва. В Пскове и Новгороде сложилась своя школа живописи. Что касается Москвы, то ее художественная жизнь тесно была связана с византийским искусством этого времени. Так, в 1344 г. митрополит Феогност пригласил для росписи Успенского собора в Москве греческих мастеров. В середине XIV в. летописец говорит об артели живописцев, работавших в Москве под руководством Гоитана, Семена и Ивана. Эта артель расписала церковь Спаса на Бору в Московском кремле, закончив работу в 1346 г. В 1344 г. другая русская артель – Захарий. Дионисий, Иосиф и Николай – расписала московский Архангельский собор. Роспись этого собора и церкви Иоанна Лествичника была также закончена в 1346 г.