Страница 4 из 20
Зимняя еда одновременно и праздничная, и питательная. Это и пиршество – индейка, круглый плам-пудинг[4]и рождественский кекс, и экономия – фасолевый суп, овощной бульон, и надежда – миска чечевичной похлебки, как символ удачи в новом году, и любовь – чашка горячего шоколада со специями для близкого человека в промозглый день.
Поздняя осень и зима – пора радостных закупок и непреодолимого желания делать запасы, пока есть возможность. Последние запоздалые ягоды малины и сливы на пути в свою банку; поздние светлые персики, местные красно-коричневые яблоки и ранетки со снежно-белой хрустящей мякотью; грецкие орехи в скорлупе и инжир с его нежным, пудровым ароматом. Поздним осенним вечером, заворачивая за угол, чтобы зайти в овощную лавку, я ощущаю в воздухе насыщенную, сладкую зрелость: блестящие арбузы и поздние сливы, тыквы и последние стручки фасоли, помидоры – зеленые, красные, золотые. Лучшее, что может предложить человеку природа.
С первыми признаками зимы – когда тяжелый, душистый осенний воздух с каждым новым рассветом становится все свежее и чище – на прилавки возвращаются каштаны и сладкий картофель, миндаль в скорлупе, пастернак с кремово-белым срезом, увесистые луковицы и мускатный виноград с ароматом сладкого вина и меда. Есть и тыквы сквош, по форме напоминающие желуди, или другие, похожие на тюрбаны, которые так хорошо запекать, фаршировать или разминать в пушистую сладковатую кашицу; плоды граната (мне нравится, когда продавцы выкладывают одну-две половинки, чтобы можно было оценить скрывающиеся под багряной кожицей зерна) и подходящие для запекания крупные яблоки.
Мясники раскладывают птичьи тушки с прослойкой жира и лавровым листом. Куропатки, фазаны и перепела для жарки, голуби для неторопливого томления с красным вином и луком. Перепелов можно разрезать, нанизать на шампуры и готовить на гриле до зажаристой корочки и хрустящих косточек. С наступлением зимы мы все чаще встречаем в лавках подготовленную к праздничному столу индейку, жирных уток и окорочка, которые вскоре будут отваривать, печь и нарезать бесчисленные хозяйки.
Но все же для меня зимняя пища – это не только воплощение комфорта, уюта, теплоты и безмятежности. Мне хочется и освежающих блюд – свежего хрустящего салата, фруктовой тарелки в завершение трапезы. Морозный дух и привкус дыма в воздухе не лишают мой стол ежедневной миски зеленого салата с травами под легкой заправкой. Все это вы тоже встретите на страницах этой книги.
Особенно сильно смена времен года влияет на мои предпочтения в напитках. В прошлом остаются вечерние посиделки в саду с бокалом розе или домашним коктейлем с джином, тоником и огурцом. Проходит время чая с лимонной вербеной, сияющего оттенком абсента в хрупком стеклянном чайнике. Зимой хочется совсем другого – горячего сидра в стакане с толстыми стенками, чашки с пенистым какао, гречишного чая с запахом горячего риса и тостов. У зимних напитков другой аромат – они пахнут гвоздикой, корицей, медом и фруктами, рисом и дымом, черносливом и кардамоном.
Свой любимый зимний напиток я готовлю ранней осенью, так чтобы он был готов к Рождеству. Чернослив и джин – что может быть вкуснее? (Кстати, рецепт вы можете найти в моей книге Tender: Volume II[5].) Я завариваю густое пенистое какао с капелькой виски и подаю в глубоких чашках, чтобы оно как можно дольше сохраняло свое тепло. Первый глоток должен обжигать губы – это важная часть ритуала. Семена кардамона, растолченные в ступке, станут отличным дополнением к горячему темному шоколаду, налитому в чашку.
Изобилие напитков из яблок. Яблочный сок, разогретый с гвоздикой и палочками корицы, горячий сидр с апельсиновой цедрой, яблочный ликер с сахаром и сливками. К праздникам найдутся легкомысленные напитки с пузырьками, иногда с нотками граната или апельсина, или, например, горячий шотландский «тодди»[6]в запотевшем бокале. Даже при выборе чая погода играет свою роль. Легкий зеленый чай, который я пью летом и в целом в любое время года, зимой уступает место более насыщенному, с уютным привкусом дыма и жареного риса.
С понижением температуры растет градус алкоголя. Это единственный сезон, когда на сцену выходят фруктовые бренди и ликеры, чей взрывной потенциал маскируется сладким фруктовым вкусом.
Моя зима начинается с появления на прилавках первого чернослива и первых праздничных костров, а кончается в конце марта, когда я пытаюсь скрыться в самом холодном из доступных мне мест. Затем в попытках удержать зиму я отправляюсь в Японию, Исландию или Финляндию. Я выпиваю миску крабового супа в хижине в порту Рейкьявика или беру изысканный обед в одном из своих любимых ресторанов в Хельсинки, где каждое блюдо дополняется веточками пихты или молодой канадской ели, ягодами рябины, растущей на церковном кладбище, или мороженым из молодых зеленых ягод можжевельника.
Кухня «от шефа» – полет фантазии и творчества, несравнимо далекая от моей простой домашней пищи. И затем, насытившись ароматами и вкусами зимы, я последний раз выхожу на мороз.
Некоторые люди хранят воспоминания о лете: отпуск в Тоскане, ланчи на свежем воздухе, затянувшиеся до вечерних сумерек, пикник на пляже или знойный летний вечер потери девственности.
Я лучше запоминаю зимы. Всю мою любовь к холодным месяцам можно свести к одному конкретному дню – дню зимы 1962/63 года, если быть точным. Поздний вечер. Только что отсиял закат, и небо уже поменяло окраску с абрикосово-рыжего и красного до нежно-лилового. Мы с ребятами катим огромный снежный шар вдоль тихой вечерней улочки – он становится все больше и больше, пока наконец не останавливается. Я притаптываю его верхнюю часть, чтобы получился прилавок – играю в магазин: в байковом пальто и варежках «продаю» вылепленные из снега припасы. Массивная головка сыра, от которой отрезаю куски на продажу, пирог (а как же!), снежные конфеты в форме гальки. (В нашей семье есть торговая жилка – в викторианские времена мы владели молочной лавкой в Бирмингеме.) Друзья покупают снежные кексы и перекидываются снежками. Мама спохватывается и забирает меня домой только тогда, когда на улице не остается ни души. Только я терпеливо приглядываю за своей снежной лавкой.
Зима 1962/63 года выдалась самой холодной после 1895-го. Мне было шесть. Необычайно туманная осень долго не сдавала позиции, первый снег выпал только 12 декабря. Самый обильный снегопад пришелся на День подарков[7], а к 29 декабря сугробы местами достигали шести метров. В Стаффордшире было только около 45 см. Многие деревни лишились электричества, люди оказались в ловушках в застрявших машинах, море в районе Кента замерзло, а мороз достигал -19 °C – самая низкая температура с 1814 года. Не помню, чтобы зима доставляла мне больше удовольствия, чем в тот год. По пути в школу меня не раз настигала метель; мы с братом лепили снеговика (нос из морковки, угольки вместо глаз) на заднем дворе; я возвращался домой, замерзший и мокрый после проигранных снежных баталий. Неудивительно, что нынешние зимы вызывают у меня легкое разочарование.
На самом деле зимы в Британии очень редко бывают действительно холодными – в особенности на юге страны. Ежедневные метеорологические замеры начали делать в XVII веке. Рекордной стала зима 1684 года, когда Темза два месяца стояла во льду и на замерзшей реке устраивались ярмарки. Самые морозные зимы в прошлом веке были в 1940, 1947, 1963 и 1979 годах.
Одна из самых холодных – зима 1939/40 года, когда снег выпал только в Рождество и шел до 17 февраля, а температура опускалась до -9 °C. Лондон, один из самых бесснежных районов Англии, зафиксировал рекордные 39 снежных дней. Два месяца температура держалась ниже 0 °C.
4
англ. Plum pudding – традиционный рождественский десерт в Великобритании.
5
Двухтомник автора, в котором он рассказывает об овощах (том I) и фруктах (том II) из своего сада.
Том I вышел в свет в 2009 году, том II – годом позже.
6
англ. Hot Toddy – горячий коктейль на основе ликера, чая, меда и специй.
7
англ. Boxing Day, отмечается 26 декабря.