Страница 122 из 133
— Конечно, — расцвела я улыбкой и обняла его.
Быстро одеться так, чтобы обод из черного оникса на голове выглядел уместно, оказалось проблемой. Я вывернула весь гардероб из сумок, но ничего не подходило. Крайне специфическое получилось украшение, хоть гардероб гота или поклонника другой субкультуры под него подбирай. В итоге я вышла из номера в белой блузке и черной юбке. Волосы распустила, чтобы хоть как-то прикрыть амулет.
До фабрики через весь город ехали молча. Конт настолько задумчиво крутил руль, что не всегда смотрел по зеркалам и нам сигналили. Благо так рано дороги еще были полупустыми. В аварию не попали, пробки не собрали, и к проходной прибыли даже раньше обещанного. Старенький серебристый джип раннего гостя я заметила сразу. Заляпанный грязью до окон и весь в сколах и потертостях – он не производил впечатления транспорта серьезного бизнесмена, что настораживало. Хотя, в нашем городе люди с доходом уровня семьи Контов вряд ли жили. Я местные деловые круги вообще не знала, поэтому не стоило делать поспешных выводов.
Патриций оставил мне брелок сигнализации и вышел из машины.
Амулет я развязывала, замирая от дурных предчувствий. Ненавидела скандалы, а именно ругань Индиса придется выслушать до того, как заговорим о деле. Долгую, желчную, яростную ругань.
Дух молчал. Надо же. Удивительно и так странно, что даже неуютно. Я потрясла головой, будто это могло помочь расшевелить его. Неужели Изга перестарался с черным ониксом, и дух впал в кому?
«Нет, но я не вижу смысла в разговорах,— устало прозвучал голос Индиса. — Ты все решила без меня. Амулет носишь, шамана слушаешь, узловую точку какую-то ждешь. Сколько лет ты меня использовала? По любому поводу и на каждый чих. Индис – туда, Индис – сюда; а помоги с этим, Индис. Я в лепешку ради тебя расшибался и что получил в итоге? Кляп в рот, который ты можешь вытаскивать и засовывать обратно, когда захочешь. Нормального отношения от меня ждешь? Помощи? А ты не обнаглела?»
Про кляп получилось обидно. Я сжала кулаки и смотрела через решетку забора, как Конт здоровается за руку с тучным лысоватым мужчиной в темном костюме. Утренние сумерки давно отступили, но день еще не разгорелся в полную силу. Тени казались жидкими, будто разбавленными туманом.
«Я тебя после хирургического шва на рассеченной брови вообще убить собиралась, — напомнила духу, — жаль, что МРТ не подействовало. И сейчас бы выгнала, не задумываясь, но Изга сказал, что у тебя дело незавершенное. У тебя, Индис, не у меня. Мне плевать на Констанс, ваши прошлые жизни и почему ты уйдешь на следующее воплощение, а она нет. Ты должен что-то сделать в течение года, так делай, не тяни резину. И больше никогда не увидишь меня вместе с моей черной неблагодарностью».
Не осталось у нас теплых чувств друг к другу. Даже общее тело делили с брезгливостью. Словно бывших супругов насильно заперли в одной комнате сразу после разборок в суде. Каждый норовил сделать другому больно и не знал меры.
Индис стал оскорбленной женой, подарившей козлу-мужу лучшие годы жизни и заставшей его с любовницей. А таким бесполезно что-то объяснять и взывать к разуму. Будут делать назло, и удивляться, почему их не все поддерживают. Ведь они же правы. Абсолютно и на все сто процентов. Даже Бог бывает не прав, а они нет.
Я погладила кончиками пальцев прохладные камни амулета. Если дух собрался демонстративно молчать, то его можно не надевать обратно. И сюда я зря приехала на два часа раньше начала рабочего дня. Жаль, что ничем не помогу патрицию.
Вальшевский спустился по ступеням крыльца от главного входа и почти бегом бросился к проходной. Его рыжая шевелюра казалась гроздью рябины на грязном снегу. Единственное яркое пятно на фоне серого утра я видела отчетливо. В суетливости управляющего чувствовалось напряжение, превосходящее обычное беспокойство за встречу начальника с неприятным гостем. Антона колотило крупной дрожью. Он руки то за спину прятал, то сплетал пальцы перед собой. Точно случилось что-то серьезное!
Я дождалась, пока трое мужчин обменяются короткими фразами и все вместе пойдут к административному зданию фабрики. Обухов показал Конту документы, но, видимо, патриций решил их перечитать, сидя в кабинете. Солидная пачка, жаль текст без духа мне никак не разглядеть. Но я уже просила помощи и получила отказ. Значит, сама. А дух пусть на манер обиженной жены и дальше думает, что я без него сдохну.
Счет мне выставил за помощь, претензии предъявил. Ну, спасибо за все годы, что я слушала его и отвечала. Без меня давно мертвый Фредерико почувствовать себя живым не мог. Он бы вообще болтался неизвестно где вместе с мертвой Констанс и маялся от бездействия. Ладно, бесполезно выяснять, кто кому больше должен. Сергей с его проблемами сейчас важнее.
Прорываться через закрытую проходную я не стала. Работала со вчерашнего дня, еще в списках сотрудников не числилась. Не объясню охраннику, кто такая и что здесь делаю. Придется вспоминать хулиганское детство и штурмовать забор. Будь мы с Индисом в хороших отношениях, он давно бы зудел над ухом и отговаривал, но в голове царила блаженная тишина и без амулета. Прекрасно.
Лишь бы успеть до того, как переговоры войдут в острую фазу. Вряд ли здесь такие меры безопасности, что муха не проскочит. В лучшем случае камера у главных ворот висит, а противоположная сторона забора не должна просматриваться. Я выбралась из машины, пикнула брелоком сигнализации и пошла якобы по своим делам. Амулет положила в сумочку. Вредить Индис больше не мог, а на разговоры я сейчас была согласна.