Страница 11 из 58
— Разве твоя собака не слишком старая для этого урока? — спрашивает кто-то, пытаясь урезать конкуренцию.
— Да, это же урок для щенков? — вмешивается другая.
К сожалению, Адам пресекает восстание прежде, чем оно начнет шириться.
— По опыту могу сказать, что вся эта история под названием «нельзя научить старых собак новым трюкам» всего лишь сказка из старых фильмов. Думаю, здесь должны быть рады всем.
Как же вежливо с его стороны. Особенно с учетом того, что он обращается к женщинам в возрасте.
Смотрю на Лори, которая светится перед ним, как перед вторым пришествием Христа. Она, наверное, представляет, как он сам будет выглядеть в розовом тренировочном костюме — маленькая велюровая семейка.
После того, как Адам раздает нам форму инструктажа, которую нам всем сначала нужно заполнит, он начинает урок. Я не была уверена, чего ожидать, но он на самом деле профессионал своего дела. Нам всем выдали пакетик с лакомствами для собак и инвентарь для дрессуры, который Адам называет «кликер». Это маленький инструмент, который он говорит нам надеть на запястье, и когда наша собака исполнит требуемую команду, мы кликаем по нему и вознаграждаем питомца лакомством. Очень легкая концепция.
Я говорю Мышонку сидеть.
Он сидит.
Я кликаю и вознаграждаю его. К сожалению, не всем удается это так легко — или так, или они стоят, притворяясь сбитыми с толку, в обмен на минуту или две внимания от Адама. Девушка с чихуахуа, которую, я узнала, зовут Бет, кажется, ни разу в своей жизни не слышала о концепции «положительного поощрения».
— Так мне кликать до или после того, как она выполнит команду? — спрашивает она в десятый раз.
Адам терпеливо кивает.
— Всегда после. Мы пытаемся связать поведение со звуком клика, поэтому кликать нужно, чтобы вознаградить.
— Аааааа. Думаю, теперь я понимаю.
Она не понимает.
Адаму приходится помогать ей еще на протяжении десяти минут. Тем временем, мы с Мышонком учим команду «сидеть» — ну, он сидит, а я прошу его сидеть, и у него это изумительно получается. Кликер, кажется, привлекает его внимание, и ему нравится получать вкусняшку за послушание. Что самое лучшее, он не пытается тянуть за поводок и обгонять других собак. Кажется, он доволен тренировкой, и Адам это замечает.
— Вы очень хорошо справляетесь, — произносит он, когда у него появляется время подойти в мой угол спортзала. Я улыбаюсь, и говорю Мышонку сидеть.
Впервые он слушается сразу же, когда мне надо.
Я кликаю и даю ему вкусняшку.
— Можешь брать кликер с собой на прогулки с ним, — подсказывает Адам. — Каждый раз, когда он посмотрит вверх на тебя, пока будет рядом, кликни и дай ему лакомство. Это поощрит его сосредоточить свое внимание на тебе вместо белок или прохожих, которые попадутся ему на глаза.
Я сияю.
— Гениально! Я точно это попробую.
Он кивает и поворачивает голову к другому ученику, но я вступаю в разговор раньше.
— Знаешь, это интересно. Я бы не назвала тебя парнем, который разбирается в дрессуре щенков.
Он проводит руками по волосам и улыбается.
— Честно, я и не разбираюсь. Кажется, моя предшественница в клинике организовывала такие уроки, и поскольку уже было несколько записавшихся, я не захотел отменять их. Думаю, это хороший способ поднять бизнес.
Я киваю.
— Ну, ты проделываешь прекрасную работу.
Его брови взлетают вверх от моего комплимента.
— Спасибо.
И поскольку я решаю, что мы будем друзьями, то могу сказать ему правду.
— Кстати, половина класса записалась только потому, что увидела твое лицо на флаере.
Клянусь, теперь он краснеет. Его зеленый взгляд упирается в пол, и он качает головой, розоватый цвет окрашивает его щеки. Ветеринар Адам спасает щенков и краснеет? Дейзи будет над чем подумать.
— Я так и понял, что что-то не так. У меня уже четыре раза спросили номер телефона.
— Да ладно! — Эти женщины смелее, чем я думала.
Он пожимает плечами.
— Не страшно. Я всего лишь новый парень в городе.
— Ммгм, спорю, такого внимание в Чикаго ты не получал.
Он хмурится, словно я сказала что-то, что его раздражало.
— Это была простая шутка, — моя очередь пожимать плечами.
Он качает головой.
— Ага, я просто… на секунду забыл, что ты знала, что я жил в Чикаго. Мне, наверное, стоит пойти помочь другим.
— Точно. Ага, — отвечаю я, потому что ничего лучше в голову не приходит. В момент, когда я думаю, мы с ним двигаемся в нужном направлении, мы накреняемся совершенно в противоположную, неизведанную территорию. У меня никогда не было такой проблемы с мужчинами, и мне это не нравится. Так я чувствую себя, словно я снова в средней школе, пытаюсь удивить популярного мальчика.
Оставшаяся часть урока проходит быстрее, чем я думала, пока Адам проходится по основам того, как работает кликер, и как дальше будут проходить уроки. По истечению шести недель наши щенки пройдут проверочный экзамен, и, если у них получится, нам выдадут печатный сертификат, который мы сможем показать всем, кто захочет — то есть, никому. Но я все равно хочу этот сертификат.
Я успешно избегала Лори весь час урока, но не могу сдержаться, чтобы не найти ее глазами, пока мы собираемся. Ее померанский шпиц распластался на полу, тяжело дыша и выглядя истощенным после урока. Мышонок — для сравнения — мог бы пробежать марафон, и глазом не моргнув. Хотя, Лори, кажется, не понимает, насколько устала ее собака. Она занята болтовней с Адамом и слегка тащит обмякшее создание по полу спортзала. Терпеть ее не могу, но вижу, что она по самую задницу углубилась в свое правило «Пяти Пэ». Улыбается, хлопает ресничками, а затем тянется и прикасается к его руке. Я презрительно усмехаюсь.
Это плохо, но становится еще хуже, когда она достает визитную карточку из своей огромной сумки от LouisVuitton. Она кивает и вдавливает карточку в ладонь Адама, и я уверена, что краска абсолютно сходит с моего лица. Мои ладони превращаются в кулаки по бокам, и я в секундах от того, чтобы пустить кому-то кровь. Она серьезно сейчас пытается увести у меня клиента? Здесь? А затем меня окутывает ужасом, потому что ответ очевиден: то, что Лори пришла на урок для дрессуры щенков — не совпадение. С Лори никогда не бывает совпадений. Она, наверное, услышала о том, что Адам арендует дом и решила отключить свою собаку от системы жизнеобеспечения для последнего урока дрессуры. Все, чтобы они могли встретиться «органично», и чтобы она могла начать «обрабатывать» его. До чего же тупоголовая гарпия.
Она ни разу мне не нравилась.
Но я не могу позволить ей уйти с этим. Я первая познакомилась с Адамом, и если он и будет чьим-то клиентом, то моим.
Я выжидаю еще минуту или две, пока еще несколько учеников покидает класс, а затем делаю свой ход. Уверена, существуют и хитрые, и коварные способы, но железо нужно ковать пока горячо.
— Доктор Фокс, я могу украсть вас на секундочку?
Он заканчивает свой разговор с учеником, а затем направляется в сторонку ко мне. Он кажется довольным, что я подошла поговорить с ним — я принимаю это за хороший знак.
— Понравился урок? — спрашивает он, потянувшись вниз погладить Мышонка. Он знает, в каком месте почесать ему за ушком, и я моя собака буквально превращается в пластилин в его руках.
— Ага, он был замечательным. Я уже чувствую улучшения у Мышонка, а это только первый урок.
— Это отлично,— Адам поднимает на меня взгляд, и я тут же слепну от его зеленых глаз. Они, правда, нечто.
Но я здесь не для того, чтобы пялиться на его глаза.
— Да, послушай… Я знаю, что Лори, наверное, упоминала что-то о работе в риэлтерском агентстве.
Он смеется и встает.
— Да, предоставила мне полноценную речь.
— Уф, как раздражает, когда риелтор портит первую встречу.
Он пожимает плечами, и я продолжаю, пока еще не утратила смелость:
— Но поскольку это, не знаю, наша пятая или шестая встреча, я подумала, что стоит дать тебе знать, что мы с Лори работаем в одном и том же агентстве.