Страница 4 из 57
Чистое Небо вышел из толпы своих соратников и развернулся к ним.
— Я с радостью приму Желудёвую Шёрстку у себя, если она захочет перебраться в лес! — громко объявил он.
Желудёвая Шёрстка промолчала, не поднимая глаз от земли.
Гром съёжился, догадавшись, что она уже всё для себя решила. Она хотела уйти в лес.
«И я ничего не могу с этим поделать, — с горечью подумал он. — Мы договорились жить в мире. Кроме того, Длинная Тень права: каждый кот вправе сам решать, где ему жить».
Гром испустил долгий прерывистый вздох. Жизнь снова напоминала, что ничто уже не будет по-прежнему.
Но Молнехвостый не мог так легко смириться с выбором сестры.
— Как ты можешь оставить меня сейчас? — простонал он, в отчаянии глядя на Желудёвую Шёрстку.
— Я же буду рядом, — прошептала она, прижимаясь всем телом к чёрному боку брата. — Лес недалеко от пустоши. Ты же будешь приходить ко мне? — она с надеждой заглянула в глаза Молнехвостому.
Он помедлил, открыл было пасть, чтобы ответить, но не смог выдавить ни слова и отвернулся, повесив голову.
Гром почувствовал, что в его груди стало тесно от любви и жалости к другу. Он шагнул к Молнехвостому и прижался щекой к его боку.
— Всё будет хорошо, — прошептал он. — Желудёвая Шёрстка права, она будет неподалёку. Если эта битва и доказала что-то, то только одно — мы должны перестать считать друг друга чужаками, намертво разделёнными границей. На самом деле мы всего лишь одна большая община, разделившаяся пополам.
Молнехвостый кивнул, но вид у него по-прежнему оставался несчастным.
«Конечно, сейчас ему очень тяжело, — с сочувствием подумал Гром. — За одну ночь Молнехвостый потерял всю свою семью. Я позабочусь о нём, ведь у него не осталось никого ближе…»
Тем временем обе группы котов потянулись в разные стороны — кто в лес, кто вверх по склону, на пустошь. Только Зыбкая Река остался на месте. Поймав вопросительный взгляд Грома, он повёл ушами.
— Я рад видеть, что ты наконец, разобрался в себе и понял, где твой дом, — сказал серебристый кот.
Его слова острым когтем кольнули Грома по сердцу.
«Меня с рождения тянуло в лес, — подумал он, вспомнив, с какой лёгкостью давалась ему охота под деревьями. — Только в лесу я чувствовал себя как дома…»
Гром встрепенулся, заметив, что другие тоже услышали слова Зыбкой Реки и теперь вопросительно смотрят на него.
«Но сейчас, — по крайней мере, в ближайшее время — я останусь на пустоши. Я нужен Серому Крылу и Молнехвостому», — решил он.
Вежливо поклонившись Зыбкой Реке, Гром направился было за Длинной Тенью и Обгоняющей Ветер по склону, но неожиданно к ним подошёл Чистое Небо.
— Я просто хотел попрощаться, — пробормотал он, смущённо царапая когтями землю. — Знайте, вы можете в любое время прийти к нам в гости. Обещаю, никаких патрульных на границе больше не будет… честное слово!
Длинная Тень сдержанно кивнула.
— Встретимся здесь в следующее полнолуние, — громко сказала она. — Вот тогда и посмотрим, как у нас получается жить по-новому!
Чистое Небо что-то пробормотал в ответ и вернулся к спутникам. Гром смотрел им вслед до тех пор, пока кончик хвоста последнего кота не скрылся в густых зарослях.
— Идём! — заторопилась Длинная Тень, взмахивая хвостом. — Пора домой!
«Но сможем ли мы снова чувствовать себя там как дома? — грустно подумал Гром. — Наш лагерь так страшно опустел…»
Он первым взбежал по склону. Несмотря на все данные на поляне обещания, на сердце Грома было неспокойно. Сегодня они помирились с котами Чистого Неба, но долго ли продлится этот мир?
Сквозь ветви деревьев начал потихоньку просачиваться рассвет, и к тому времени, когда все они добрались до вершины склона, небо совсем просветлело. Коты шли очень медленно, почти все хромали, многие с трудом продирались сквозь ежевику и папоротники. Серое Крыло надсадно хрипел на каждом шагу. Раны, страдания и горе обессилили котов, им всем нужен был отдых.
«Если кто-нибудь нападёт на нас сейчас, мы — падаль», — с невольным страхом подумал Гром. Он всерьёз опасался, что запах крови может пустить по их следу хищников.
Как говорится, кто чего боится — то с ним и случится. Не успел Гром пройти по пустоши несколько шагов, как услышал в зарослях отчётливый шорох. Он мгновенно замер, предостерегающе подняв хвост. Коты за его спиной послушно остановились. Гром принюхался, гадая, какой враг поджидает их. Он не чувствовал запаха лисы или барсука, однако, судя по шуму в кустах, там притаился некто покрупнее дичи.
— Кто там? — спросил Гром, стараясь говорить как можно более веско и уверенно. — Выходи!
В кустах остролиста снова зашуршало, потом оттуда вышли три кота. Они выглядели голодными и тощими, от всех исходил едва уловимый гнилостный запах. Коты держались насторожённо и одновременно робко, как все бродяги. Гром ещё раз окинул взглядом троицу, задержавшись на каждом. Перед ними были два кота: один — щуплый светло-коричневый, с чёрными носками на лапах, второй — крупный полосатый здоровяк с необычайно маленькими ушами, и пушистая взъерошенная кошка, вся облепленная репьями и колючками.
Гром расслабился. Оборвыши выглядели настолько жалко, что вряд ли могли представлять угрозу.
Пушистая кошка первая вышла вперёд и заговорила:
— Мы наблюдали за битвой и слышали всё, о чём вы потом говорили, — сказала она, смело выдержав испытующий взгляд Грома. — И решили… Мы хотим спросить, не найдётся ли у вас место ещё для троих котов?
Длинная Тень вышла из толпы, встала рядом с Громом.
— Вы правильно сделали, что не полезли в драку, — сказала она. — Вижу, ума вам не занимать. Как вас зовут?
— Я Остролистница, — представилась кошка. — А это Грязные Лапы и Мышиные Ушки.
Полосатый здоровяк застенчиво наклонил голову набок и с улыбкой спросил:
— Спорим, вы ни за что не догадаетесь, почему нас так зовут?
Гром не выдержал и рассмеялся. Весёлое дружелюбие полосатого кота подкупило его.
— Трудный вопрос, — со смехом ответил Гром. — Думаю, твой приятель получил своё имя из-за чёрных носков на лапах. Он выглядит так, будто долго шёл по грязи!
Молнехвостый высунулся из-за плеча Грома, подошёл к полосатому коту и хмыкнул:
— А ты, выходит, Мышиные Ушки? Не зря тебя так назвали! Сразу видно, что тебе досталось тело барсука и уши от полёвки!
— Что ты сказал? — оскалился Мышиные Ушки, делая угрожающий шаг навстречу Молнехвостому.
Чёрный кот попятился, загораживаясь лапой. Гром хотел было встать между забияками, но Остролистница его опередила. Она подняла хвост — Мышиные Ушки мгновенно вернулся на своё место.
— Не обращайте внимания, — серьёзно сказала Остролистница. — Мышиные Ушки порой ведёт себя, как грубиян, но это он только притворяется. Шкура у него грубая, как у барсука, зато сердце мягкое!
— В отличие от тебя! — буркнул Мышиные Ушки, отворачиваясь.
Остролистница грозно выгнула спину и распушила свою грязную шерсть.
— Понял, понял, — рассмеялся Гром. — Ты колючая и опасная, как куст остролиста, под которым вы только что прятались. Угадал?
Мышиные Ушки и Грязные Лапы переглянулись — и прыснули со смеху. Остролистница сердито царапнула когтями по земле.
— Ну… пожалуй, можно и так сказать, — вздохнула она, метнув сердитый взгляд на своих друзей.
Сквозь ветви деревьев пробились солнечные лучи, Гром замурлыкал, почувствовав, как утреннее тепло припекает его шерсть. Снова навалилась усталость. Всё, чего ему хотелось — поскорее вернуться в лагерь и хорошенько выспаться.
«Я бы с удовольствием проспал денька три, а то и четыре», — подумал он.
— Почему вы хотите жить с нами? — строго спросила Длинная Тень. — Вы сказали, что наблюдали за битвой, значит, сами видели, какая у нас жизнь. Посмотрите, сколько раненых! Жить с нами будет нелегко. Кто знает, что будет завтра и не придётся ли вам вот так же зализывать раны?
Коты переглянулись. Потом Мышиные Ушки решительно расправил плечи.