Страница 9 из 101
— Ну что ж, спасибо за понимание. Я думала, что ты на моей стороне, — резко бросила Дэйзи.
— Конечно, на твоей, — заверил он. — Люси — просто маленькая ревнивая тварь, я видел таких десятки раз. Думаю, ее мерзкая натура дала о себе знать из-за того, что у вас случилось.
— К кому или к чему ей меня ревновать?
Джоэль рассмеялся, и его карие глаза заблестели.
— Посмотри в зеркало, Дэйзи. Ты красива, а она самая обычная, ты искришься, а она как выдохшееся пиво. Все, что у нее есть, это интеллект, но не думаю, чтобы это могло ее утешить.
Перед уходом он попрощался с ней долгим поцелуем и прошептал, что сегодня ночью они непременно наверстают упущенное.
— Постарайся расслабиться, — сказал он. — Во многом эти проблемы вызваны тем, что ты переутомилась и находишься на грани нервного срыва. Но у меня есть одно волшебное средство, чтобы все исправить.
Расслабиться, однако, не удалось, Дэйзи физически не могла этого сделать в таком бедламе. Она сменила постельное белье, перемыла гору грязных тарелок, а затем убрала всю квартиру.
Она сидела с чашкой чая в руках, собираясь после обеда посмотреть фильм, когда раздался звонок в дверь. Джоэль говорил, что единственные, кто к нему заходит, это коммивояжеры, продающие товары по каталогам, поэтому она рассчитывала увидеть одного из них.
Открыв дверь, она застыла, будто пораженная громом. На площадке стоял ее отец.
— Могу я войти? — спросил он.
— Откуда ты узнал, где я? — спросила Дэйзи.
Отец криво улыбнулся.
— Чтобы вычислить это, не нужно быть семи пядей во лбу. Не беспокойся, я не собираюсь насильно тащить тебя домой, если ты хочешь остаться. Но я не мог позволить тебе уйти, не сказав, что я люблю тебя и надеюсь, что ты изменишь свое решение.
Эти слова сразу же обезоружили ее. Она провела все утро, воображая, как он радуется тому, что она ушла.
Он вошел и уселся в гостиной, пока Дэйзи готовила кофе.
— Здесь чисто и довольно уютно, — сказал он, обводя комнату одобрительным взглядом. — Джоэль не перестает меня удивлять.
— Я только что закончила уборку, — призналась Дэйзи. — Я рада, что ты не появился раньше, а то у тебя сложилось бы совсем другое впечатление.
— Вообще-то мне нравятся люди, у которых есть недостатки, — он слабо улыбнулся. — Это делает их более человечными. Мой заключается в том, что я хочу, чтобы все всегда шло гладко, но не знаю, как этого добиться. Недостаток Люси в том, что она клокочет от ревности, а Тома — в том, что он слишком озабочен тем, чтобы сохранить нейтралитет. Ты же, Дэйзи, слишком импульсивная и горячая. Неужели мы не сможем найти способ жить в мире, без ссор и скандалов? Мне так плохо без Лорны, и я знаю, что тебе тоже. Только вместе нам станет немного полегче.
Дэйзи молча разглядывала свои руки. Ей было просто нечего сказать. С Люси что-то было не в порядке, и они оба знали это.
— Мы не справимся без тебя, — продолжал отец. — Никто из нас не умеет готовить или присматривать за домом. Нам нужны время и опыт, прежде чем мы сможем управляться своими силами. Я знаю, это звучит так, будто мы нуждаемся в тебе только в качестве домохозяйки, но я уверен, что ты знаешь, как все обстоит на самом деле.
Дэйзи никогда не представляла себя в образе Золушки. Задолго до того, как мама заболела, она помогала по хозяйству и готовила еду, потому что это ей нравилось. В том, что сказал отец, был свой резон, и в глубине души она хотела вернуться домой. Было бы несправедливо причинять ему еще большую боль, когда он и без того страдает и скорбит.
— Но я не могу вернуться, если Люси хотя бы немного не изменится, — проговорила она. — Я не могу спокойно жить, когда она все время пристает ко мне.
— Она не просто ревнует — ее мучают еще и угрызения совести, — сказал он. — Она знает, что могла бы сделать больше для своей матери в последние месяцы, она призналась в этом прошлой ночью. Чем меньше делала она, тем больше приходилось делать тебе: так все и шло, цепляясь одно за другое, образуя замкнутый круг, и она начинала нервничать еще сильнее.
— Хорошо, но разве нельзя все забыть и начать с чистой страницы? — спросила Дэйзи.
— В этом замечании, дорогая моя Диззи, и заключается принципиальное различие между вами. Ты можешь сделать это, все стереть с доски и начать заново. А Люси не может. Ее характер — полная противоположность твоему. Она все видит в контрастных тонах — либо белое, либо черное, для нее не существует оттенков. Люси раскладывает свою жизнь по полочкам — на одной колледж, на другой — дом, на третьей — общественная жизнь, и так далее. Ты кладешь ее на лопатки, потому что ты — гибкая, умеешь приспосабливаться к обстоятельствам и не просто видишь оттенки черного и белого, а весь спектр цветов.
— Это правда? — удивилась Дэйзи.
Он коротко рассмеялся.
— Это была не самая точная аналогия, но ничего лучшего в данный момент я не могу придумать. У вас обеих есть сильные стороны. Люси обладает целеустремленностью, амбициями и аналитическим умом. В тебе есть тепло, сострадание и замечательное умение создавать праздник из ничего.
— Иногда мне хотелось бы обладать достоинствами Люси, — с грустью заметила Дэйзи.
— Она тоже не прочь заполучить твои способности, — заметил он, наклоняясь вперед и беря ее руки в свои. — Но больше всего на свете ей хочется поддерживать с кем-нибудь такие же легкие и ровные отношения, как те, что были у тебя с Лорной. Вчера ночью Люси сказала, что когда она слышала, как вы смеетесь и болтаете вдвоем, она начинала ненавидеть себя за то, что не может вести себя так же. Она не решалась признаться собственной матери, что тоже любит ее. Я думаю, Люси вбила себе в голову, что если бы она успела вернуться домой до того, как мама умерла, то успела бы сказать ей это.
— Кажется, я понимаю, — задумчиво произнесла Дэйзи. В мгновенном озарении она вдруг на самом деле осознала, почему Люси набросилась на нее в тот день. — Но ведь это просто глупость, мама знала все о каждом из нас. Она принимала нас такими, какие мы есть.
— Со временем и Люси это поймет, — успокаивающе сказал отец. — Поэтому я предлагаю, чтобы ты осталась у Джоэля на выходные, а в понедельник вернулась домой. Том и Люси снова отправятся в колледж, а ты сможешь начать поиски работы. Я же постараюсь побыстрее найти женщину, которая могла бы заниматься уборкой в доме. Несправедливо ожидать, что ты будешь вечно возиться с хозяйством.
— А что думает Люси по поводу этого плана?
— Ну, сегодня она снова была в своем «особом» настроении, — он криво улыбнулся. — Все то же «раскладывание по полочкам». К тому же она в ужасе от того, что ей придется готовить, убирать, да еще и учиться в колледже. Так что она испытает облегчение. Что касается Тома и меня, то мы просто хотим, чтобы ты вернулась туда, где твое настоящее место.
Для Дэйзи этого было достаточно. Она подсела к отцу и обняла его.
— Хорошо, я вернусь в понедельник утром. Я сделаю все, что угодно, лишь бы ты не грустил.
— На меня словно накатывает время от времени, — задумчиво проговорил он. — В какие-то мгновения я радуюсь тому, что она больше не страдает, а спустя минуту готов продать душу дьяволу, чтобы вернуть ее. Все в доме напоминает мне о Лорне, иногда ее образ становится настолько ярким и отчетливым, что мне кажется, будто она снова с нами. Возможно, когда я снова займусь делами, мне станет легче.
— Что это? — спросила Дэйзи, внезапно заметив сумку, которую отец принес с собой.
Он широко улыбнулся.
— Собственно, это для тебя. Я подумал, что сейчас самое время разобрать ее. Здесь, в этой коробке, все, что связано с тобой еще с тех пор, когда ты была маленькой. Ваша мать завела такую же для каждого из вас и скрупулезно складывала туда все, что считала важным. Рискну предположить, что там найдется и письмо для тебя, ты ведь знаешь, какой организованной она была.
Дэйзи открыла сумку. Внутри лежала продолговатая жестяная коробка с ручкой, оклеенная фотографиями и покрытая лаком.