Страница 65 из 114
- Потому-то он и не сможет держать стаю.
- Что вы хотите этим сказать?
- Даже если он пожертвует принципами и убьет Маркуса, ему не хватит жестокости запугать остальных. Ему будут бросать вызовы снова и снова. Если он не начнет убивать всех подряд, то сам погибнет.
- Давать по морде - это не поможет остаться в живых.
- Поможет. Пытка тоже хорошее средство, но здесь у Ричарда кишка тонка, боюсь.
- У меня кишка тонка.
- Но вы наваливаете горы трупов, ma petite. Убийство - лучший из способов сдерживания.
Слишком я была усталая для таких разговоров.
- Сейчас четыре тридцать утра. Я хочу лечь.
Жан-Клод улыбнулся:
- Что такое, ma petite? Обычно вы не стремитесь в постель так охотно.
- Вы меня поняли.
Жан-Клод скользнул ко мне. Он до меня не дотронулся, но стоял так близко и смотрел на меня.
- Я совершенно точно вас понял, ma petite.
У меня запылали щеки. Слова были невинны, но звучали они у него интимно и неприлично.
Джейсон поправил кресло и встал, слизывая кровь из угла рта. Он ничего не сказал, просто наблюдал за нами, как хорошо обученный пес, видный, но неслышный.
Жан-Клод шагнул назад. Я ощутила его движение, но глазами не уследила. Всего пару месяцев назад это выглядело бы как магия, будто он исчез в одном месте и появился в другом.
Он протянул мне руку:
- Пойдемте, ma petite. Удалимся на дневной покой.
Мне случалось уже держать его за руку, так чего же я осталась стоять и глазеть, будто он предлагал мне запретный плод, который лишь попробуй - и все переменится навсегда? Ему было почти четыреста лет. Лицо Жан-Клода из всех этих долгих лет улыбалось мне, и он сам стоял рядом с почти той же улыбкой. Если мне еще нужно было доказательство, я его только что получила. Он ударил Джейсона, как собаку, которая его рассердила. И все равно был так красив, что дыхание перехватывало.
Мне хотелось взять его руку. Погладить красную рубашку, исследовать овал голой кожи. Сложив руки на животе, я покачала головой.
Он улыбнулся настолько широко, что чуть показались клыки.
- Вы ведь уже держали меня за руку, ma petite. Что изменилось?
Чуть слышная насмешка была в его голосе.
- Вы мне просто покажите комнату, Жан-Клод.
Его рука опустилась вдоль тела, но он не обиделся. Больше того, он вроде был доволен, и это меня злило.
- Пропусти Ричарда, Джейсон, когда он приедет, но сначала доложи. Я не хочу, чтобы нас прервали.
- Как прикажете, - сказал Джейсон. и глупо ухмыльнулся с понимающим видом. Что, теперь каждый волк думает, что я сплю с Жан-Клодом? Впрочем, может быть, это как с той дамой, которая слишком много протестовала. Возможно.
- Пропусти Ричарда, когда он приедет, - сказала я, - потому что ты ничего не прервешь.
Я взглянула на Жан-Клода.
Он рассмеялся своим теплым ощутимым смехом, от которого кожу будто гладят шелком.
- Даже ваше сопротивление соблазну истощается, ma petite.
Я пожала плечами. Могла бы и поспорить, но он бы учуял ложь. Даже среднестатистический вервольф чует запах желания, а Джейсон не был среднестатистическим. В этой комнате каждый знает, что я хочу Жан-Клода. Ну и что?
- Нет - это мое любимое слово, Жан-Клод. Вы уже могли бы это знать.
Смех исчез с его лица, и остались только синие-синие глаза, светящиеся, но не юмором. Что-то более темное, более уверенное в себе было в этих глазах.
- Я живу лишь благодаря надежде, ma petite.
Жан-Клод раздвинул черно-белые драпри, открыв голые серые камни, из которых были сложены стены. Глубоко в лабиринт уходил большой коридор. За пределами электрического света комнаты горел факел. Жан-Клод остановился, подсвеченный пламенем и мягким современным светом. Игра теней погрузила половину его лица в темноту, зажгла огни в глазах. Или это не была игра теней или света - это устроил он сам.
- Пойдемте, ma petite?
И я пошла во тьму внешнюю. Он не пытался до меня дотронуться, когда я проходила мимо. Я бы начислила ему очко за сопротивление соблазну, но я его слишком хорошо знала. Он выбирал время. Тронуть меня сейчас - значило разозлить, а позже - может быть, и нет. Даже я не могла сказать, когда буду в настроении.
Жан-Клод двинулся передо мной. Он оглянулся через плечо:
- В конце концов, ma petite, вы же не знаете дорогу в мою спальню.
- Я там была однажды.
- Вас принесли без сознания и при смерти. Это не считается.
Он пошел по коридору, придав своей походке подчеркнутую размашистость, примерно как Джейсон на лестнице, но у вервольфа это было забавно, а у Жан-Клода - в высшей степени соблазнительно.
- Вы хотели идти впереди, чтобы я любовалась на вашу задницу?
Он ответил, не обернувшись:
- Вас никто не заставляет на меня смотреть, ma petite, даже я.
И это была правда, ужасная правда. В темной глубине сердца меня тянуло к нему с самого начала, иначе я бы давно уже его убила. Или попыталась. На моем счету было больше легальных ликвидаций вампиров, чем у любого другого охотника в стране. Меня прозвали Истребительницей не за просто так. И как же так вышло, что мне безопаснее в глубинах Цирка Проклятых под землей, с монстрами, чем на поверхности, с людьми? Потому что где-то по дороге я не убила монстра, которого надо было убить.
Этот конкретный монстр вел меня по коридору, и у него по-прежнему была самая соблазнительная задница из всех, что я видела у покойников.
22
Жан-Клод прислонился плечом к стене. Дверь он уже открыл и грациозным жестом приглашал меня внутрь.
Каблуки моих туфель тонули в мягком белом ковре. Стены украшали белые обои с мелким серебряным узором. В левой стене возле кровати была дверь, на кровати - белые атласные простыни. В головах были небрежно брошены черные и белые подушки. В противоположных углах стояли все тот же лаковый туалетный столик и комод. Обои и дверь - вот что было новым. Непонятно, что из них меня больше тревожило.
- Куда ведет эта дверь?
- В ванную. - Жан-Клод закрыл входную дверь, прошел мимо меня и сел на край кровати. Стульев не было.
- Ванная? В прошлый раз ее не было, - сказала я.
- Не в том виде, что сейчас, но она здесь была.
Он прилег, опираясь на локти. Ткань рубашки натянулась, показав столько голой кожи, сколько могла. Из-за нижнего края выреза выглядывала линия темных волос.