Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 64 из 114

Он внезапно встал одним плавным движением.

- Пойдемте, ma petite, я вам покажу нашу комнату.

Слово "нашу" мне не понравилось, но спорить я не стала. Этот новый, улучшенный, эмоциональный Жан-Клод сбивал меня с толку.

- А кто эти двое на картине?

Он кинул взгляд на полотно:

- Джулианна и Ашер. Она была его человеком-слугой. Мы втроем почти двадцать лет вместе путешествовали.

Хорошо. Теперь он мне не станет навешивать лапшу, что эта одежда маскарадный костюм.

- Вы слишком молоды, чтобы быть мушкетером.

Он посмотрел на меня с тщательно спокойным лицом, ничего не выдающим.

- Что вы хотите сказать, ma petite?

- Не надо, не пытайтесь. Одежда семнадцатого века, примерно тех времен, что "Три мушкетера" Дюма. Когда мы познакомились, вы мне сказали, что вам двести десять лет. Потом я выяснила, что вы солгали и на самом деле вам ближе к тремстам.

- Если бы Николаос узнала мой истинный возраст, она могла бы просто убить меня, ma petite.

- Да, прежняя Принцесса города была дикой стервой. Но ее больше нет, зачем же лгать дальше?

- То есть зачем лгать вам, вы хотите спросить?

Я кивнула:

- Да, именно это я и хочу спросить.

Он улыбнулся:

- Вы - некромант, ma petite. Я бы сказал, что вы можете определить мой возраст без моей помощи.

Я попыталась прочесть выражение его лица - и не смогла.

- Вас всегда было трудно понимать, и вы это знаете.

- Что ж, я рад, что в каком-то смысле вас интригую.

Я оставила это без ответа. Он сам знал, насколько меня интригует, но впервые за долгое время это меня обеспокоило. Назвать возраст вампира - это один из моих талантов - не наука, это точно, но вещь, которую я умею. Никогда я настолько не ошибалась.

- На сто лет старше - ну и ну!

- Вы уверены, что только на сто?

Я уставилась на него, ощущая, как его сила плещет о мою кожу, омывает, захлестывает.

- Вполне уверена.

Он улыбнулся:

- Не надо так хмуриться, ma petite. Умение скрывать возраст - одна из моих способностей. Я притворялся на сто лет старше, когда мы дружили с Ашером. Это давало нам свободу странствовать в землях других Мастеров.

- И что вас заставило перестать преувеличивать возраст?

- Ашеру нужна была помощь, а я оказался недостаточно Мастером, чтобы ее оказать. - Он поглядел на портрет. - Я... мне пришлось унизиться, чтобы добыть для него помощь.

- А что случилось?

- У церкви была теория, что вампиров можно вылечить священными предметами. Ашера связали ими и серебряными цепями. На него капали святую воду - медленно, по капле, - стараясь спасти его душу.

Я глядела в это красивое, улыбающееся лицо и вспоминала. Я была укушена Мастером вампиров, и рану чистили святой водой. Это было словно кожу жгли раскаленным тавром, будто вся кровь в теле превратилась в кипящее масло. Я блевала, вопила и считала себя очень сильной, что вообще не потеряла сознание. Это был один укус и один день. Если на тебя капают кислотой, пока не умрешь, - этот способ смерти входит в пятерку самых нежелательных.

- А что стало с девушкой, с Джулианной?

- Ее сожгли как ведьму.

- А где же вы были?

- Я плыл на пароходе, хотел навестить мать. Она умирала. Я уже возвращался, когда услышал зов Ашера. Успеть вовремя я не мог. Клянусь всем святым и грешным, я пытался. Ашера я спас, но он меня никогда не простил.

- Он не мертв? - спросила я.

- Нет.

- Он сильно пострадал?

- Пока я не видел Сабина, я думал, что у Ашера самые жуткие раны, какие только может пережить вампир.

- А зачем вы повесили картину, если она так тревожит вас воспоминаниями?

Он вздохнул, посмотрел на меня.

- Ашер прислал мне ее в подарок, когда я стал Принцем города. Мы были компанией, почти семьей. С Ашером мы были друзьями, оба Мастера, оба почти одной силы, оба влюблены в Джулианну. Она была преданна Ашеру, но я тоже пользовался ее благосклонностью.

- Имеется в виду menage a trois?

Он кивнул.

- И Ашер не затаил злобу?

- О нет, он ее не таит. Если бы позволил совет, он бы явился сюда вместе с этой картиной и со своей местью.

- Убивать вас?

Жан-Клод улыбнулся:

- Ашер всегда тонко чувствовал иронию, ma petite. Он просил у совета вашей жизни, а не моей.

У меня глаза полезли на лоб:

- Что я ему сделала?

- Я убил его слугу, он убивает моего. Справедливость.

Я пялилась в это красивое лицо. Потом спросила:

- Совет отказал?

- Разумеется.

- А много у вас еще врагов?

Жан-Клод слабо улыбнулся:

- Много ma petite, но в городе сейчас ни одного из них нет.

Я смотрела на улыбающиеся лица на картине и не знала, как сформулировать, но все равно сказала:

- Вы здесь так молоды.

- Физически я тот же, ma petite.

Я покачала головой:

- Может быть, "молоды" - неточное слово. Может быть, наивны.

Он улыбнулся:

- Когда писалась эта картина, ma petite, этим словом меня уже тоже трудно было бы назвать.

- Ладно, понимайте как хотите.

Я посмотрела на него, изучая черты лица. Он был красив, но было у него в глазах нечто, чего не было на картине, какая-то глубина скорби - или ужаса. Что-то, для чего у меня нет слова, но все равно оно было. Пусть у вампиров не образуются морщины, но прожить пару столетий - это оставляет след. Пусть это даже будет тень в глазах, резкость в углах рта.

Я повернулась к Джейсону, все еще валявшемуся в кресле.

- Он часто дает уроки истории?

- Только тебе, - ответил Джейсон.

- А ты никогда не спрашиваешь?

- Я - домашний волк, вроде собаки. Ты же не станешь отвечать на собакины вопросы?

- И тебе это безразлично?

Джейсон улыбнулся:

- Что мне за дело до картины? Женщина эта умерла, так что секса у меня с ней не будет. Так какая мне разница?

Я ощутила, как Жан-Клод пронесся мимо меня, но не могла проследить глазами. Рука его мелькнула размытой полосой. Кресло загремело на пол, вывалив Джейсона. У него изо рта текла кровь.

- Никогда о ней так не говори.

Джейсон поднес ко рту тыльную сторону ладони и отнял, окрашенную кровью.

- Как прикажете.

Он стал слизывать кровь с руки длинными движениями языка.

Я переводила взгляд с одного на другого.

- Вы оба психи.

- Не психи, ma petite, всего лишь не люди.

- Быть вампиром - это еще не дает вам право бить по мордам направо и налево. Ричард так не делает.