Страница 7 из 55
Насвистывая веселую песенку, Калеб шагал, то и дело приглядываясь к интересным товарам, когда откуда-то сбоку вылез Сутикусу, толкнул гнома, одновременно суя ему в руку какой-то предмет, и быстро исчез в переулке между лавок.
Пока Калеб стоял, ошеломленно глядя вслед гоблину, сзади раздались гневные крики:
— Отдай жезл, паскуда!
Жезл?
Калеб бросил взгляд на предмет в руке. И впрямь жезл — небольшая ручка, навершие в виде гротескной маски с бордовым камнем во лбу.
Потом до него дошло. Быстро обернувшись, гном разглядел толпу гоблинов-торговцев, среди которых затесались и люди, за ними пыхтели стражники. Лица у всей процессии не предвещали ему ничего хорошего, а лишние шишки набивать не хотелось — вот Калеб и рванул на всех парах куда подальше. Заворачивая за угол, он врезался в высокого юношу в мантии чародея, ступающего из светящегося круга портала. Маг пропищал ругательство, но Калеб схватил его за шиворот, побоявшись, что толпа позади зашибет хлюпика, и проревел:
— Не отставай, щас и тебя затопчут!
Так, вдвоем, они и помчались прочь от разношерстной группы торговцев и стражников, завернули за мясную лавку, прошмыгнули в переулок меж домов и оказались на городской площади.
— Сюда! — приказал Калеб, поманив мага за собой. Они пересекли площадь, и по узкой улочке вышли к книжной лавке, в которую и забежали, прикрыв за собой дверь.
— Ты кто такой вообще? — тяжело дыша, поинтересовался маг. Теперь гном видел, что ему не больше тридцати, да и в целом не такой уж хлюпик, каким показался изначально. Может, стоило там оставить?
— Калеб, — он протянул ладонь.
— Ишва, — маг неуверенно эту ладонь пожал, настороженно глядя на собеседника. — Ты зачем эту штуку украл?
Он кивнул на жезл, который Калеб продолжал сжимать в руке. Гном фыркнул и спрятал побрякушку в карман куртки.
— Долгая история. Ты не поверишь, но я эту хрень даже не собирался красть…
Сказ четвертый: О том, что гном и маг не чета скучающему полуэльфу
«Начать поиски ритуала активации для любой печати стоит…с библиотеки! Да-да, именно оттуда. Большинство часто встречающихся печатей описаны в огромном фолианте „О печатях и методах их активации“ за авторством Олекса Хмурого. По его классификации, в труде описывается более двух сотен различных печатей. Переписав основные моменты ритуала активации, вы можете вызвать поиск, расчертив на каменном полу (Обязательно каменном! Деревянный не подойдет!) формацию с названием нужной вам печати в одном из концов. После нужно капнуть немного крови в центр формации, и активируется поиск. С этого момента в вашем сознании постоянно будет находиться компас, ведущий вас к печати. Но помните — неклассифицированные печати таким образом найти невозможно!»
Громкие вопли и топот снизу заставили его открыть глаза.
Ариэль Феоктист Двенадцатый вяло потянулся, широко зевнул и бросил короткий взгляд сквозь балконные перила. Толпа гоблинов-торгашей с криками и матюками гналась за парочкой: гномом и высоким худощавым парнишкой. Чуть прищурившись, Ариэль разглядел в руке у коротышки странно знакомый жезл.
— Где-то я уже видел эту штучку, — протянул он мягким, слегка хрипловатым голосом. — С другой стороны, мне абсолютно и беспрекословно плевать.
Он сел, с неудовольствием оглядел помятую одежду, поправил складки на темно-синей рубашке и, поднявшись, перемахнул через перила, спрыгнув с третьего этажа на мостовую.
— Как же хочется жрать по утрам, когда целую ночь на балконе любовницы пищу давал комара-ам, — хорошо поставленным голосом напевал Ариэль, шагая к таверне на той стороне улицы, дабы хорошенько позавтракать.
Оставим нашего героя предаваться празднику желудка, и позволим дорогому читателю узнать его поближе.
Ариэль Феоктист Двенадцатый — рост метр восемьдесят пять, вес семьдесят шесть килограмм, стройный, но крепкий. Некогда длинные кудрявые волосы платинового цвета в знак протеста против общественной морали обрил по бокам, оставив по центру бобрик средней длины, с хвостиком на затылке. Предпочитает кричащие цвета в одежде. Полуэльф-полудемон, холост, привязанностей не имеет. Циничен, даже слишком. Обладает специфическим чувством юмора и обожает его демонстрировать окружающим.
Как же вышло, что Ариэль ночевал на балконе? Все очень просто: Феоктист Двенадцатый заявился в наступивших сумерках к одной из многочисленных любовниц, дабы провести ночь в уединении и страстной любви, но дамочка, порядком заскучавшая из-за долгого отсутствия внимания со стороны эльфа, устроила скандал. Потребовав подарок, сильно обиделась, не получив оного и вытурила нашего героя на балкон, со словами «иди дальше гуляй, кобель вислоухий». Ариэлю было лень топать через полгорода в гостиницу, и он устроился на месте, благо не привыкать.
Что? Вам интересно, какого цырга забыл столь неоднозначный персонаж на страницах этой книги? Всему свое время, друзья мои…
Плотно подкрепившись, Ариэль решил прогуляться, дабы размять затекшие за ночь суставы и мышцы.
Уск, между тем, окончательно пробудился, да и немудрено — время шло к полудню. Деловитые мастеровые сновали по поручениям и заказам, подводы с товарами шли от одной лавки к другой, молодежь шумно праздновала что-то в парке, а торговые ряды, как обычно — полнились слухами и сплетнями.
— Слыхала, Енарка-булочница намедни с зятем переспала? — вопрошала торговка тканями у соседки-горшечницы.
— Да ты что?! — всплеснула руками та. — А дочка ее?
— А что дочка? Глазенки влюбленные на мужика — уши сразу в трубочку, не слышит вокруг ничего. А Енарка и рада. Поди, со смерти старика своего нелюбленная ходит — а ей-то, ведь, не боле четвертого десятка пошло. Самый смак баба.
— Типун тебе на язык, — возмутилась горшечница. — Грешно ведь! Боги не одобрят!
Торговка тканями громко рассмеялась.
— Так где боги-то, а где мы? Любиться всем хочется, а в постели — что он, что она — едины.
— И то верно, — вздохнула соседка.
Ариэль тихонько фыркнул себе под нос и зашагал дальше. У прилавка с выпечкой он увидел ту самую Енарку — стройную миловидную женщину, от силы тридцать с хвостиком дашь. Ей помогала пухлая девица — поперек себя шире.
— Вот и ответ, почему Енарка предпочтительнее, — пробормотал Феоктист Двенадцатый. Он бы и сам выбрал стройную булочницу, нежели толстенькое недоразумение, которое на вид весит больше любого тролля.
Заприметив неподалеку доску объявлений, эльф направился было туда, но случайно увидел рядом давешних гоблинов. На лицах неудовольствие, брови сомкнуты, напряженно, стало быть, думают.
— Глава нас убьет! — прошипел самый низенький, с небольшим шрамом на подбородке и короткими обвисшими ушами.
— Верно, Дирд, — протянул гоблин постарше, с седой бородкой и мудрыми глазами. — За потерю контроллера с нас три шкуры спустит. Товар штучный, в производстве сложный, а мы профукали так бестолково.
— Кто ж знал, что этот гном такой шустрый окажется? — возмутился третий гоблин, на вид самый молодой. — Дал деру, только мы его и видели. Еще и сообщника прихватил по дороге. А я говорил — стрелять надо! Болтом бы враз пришибли — не убёг!
— Охолонись, Карк, — с легким раздражением осадил его старший. — Он нам живым нужен, иначе как заказчика узнаем?
— А вдруг месть? Кто-то из наших, недовольных? — предположил Дирд, почесывая шрам. Старик покачал головой.
— Вряд ли. Своего я бы узнал — всех помню, десятилетиями. Не наш он. Чужой.
— Тьфу, — молодой Карк яростно сплюнул на землю.
Ариэль мысленно присвистнул. Выходит, с жезлом он обознался — не тот, что подумал. Но так даже лучше: судя по виду этих торгашей, им позарез надо побрякушку вернуть — иначе как глава цеха будет контролировать своих големов? А взамен они окажут услугу ему — эльфу-альтруисту.