Страница 73 из 81
Пещера резко сузилась, так что теперь рядом с трудом могли идти два человека. Потоки света вспыхивали уже не только под ногами, но и от стен - стоило только коснуться их руками. Потолок тоже понизился и точно так же реагировал на прикосновения. А стены пещеры становились гладкими, без ответвляющихся ходов и отдельных отнорков и ниш.
Ход неожиданно раздвоился. Пришлось остановиться и решать, по которому из них пойти. Выбрали правый. Двинулись вперед и через десяток шагов остановились в благоговейном молчании. Перед членами экспедиции открылся огромный подлунный зал, весь озаренный мягким серебристым светом. Люда довольно долго стояли в немом восторге, не желая входить в этот зал. Но вот наконец Луньков и Звонарев сделали первый шаг, и за ними потянулись остальные.
Так они шли сквозь сплошное сияние, пока не наткнулись вдруг на полусферическую стандартную палатку-убежище, в которой обнаружился некто в скафандре.
Услышав удивленные голоса, человек в палатке шевельнулся и сел. Забрало его шлема было открыто, лицо его было измождено, а сам человек казался полностью обессилевшим. Члены экспедиции окружили палатку, не отрывая глаз от человека, который показался им удивительно знакомым. В следующий миг напряженную тишину разорвал крик Раи Бардиной:
- Коля, брат, Коля!..
И действительно, это был Николай Бардин. Осунувшийся, обессилевший, но живой…
ИНТЕРЕСНЫЕ ПОДРОБНОСТИ
В Гримальди царило ликование. Николая Бардина несли буквально на руках. После его краткого выступления на общегородском митинге ему пришлось еще не раз рассказывать о своих приключениях, припоминая мельчайшие детали. Друзья не отходили от него ни на шаг, а Гаспар Гай и профессор Славянский чуть ли не насильно выпытывали у него всяческие подробности.
Не отставали от них и члены экипажа «Кометы», пристававшие с требованиями рассказать об инопланетянах все, что он знал.
- Если я сейчас нахожусь с вами и на Луне, то за это я должен быть благодарен Ика Оки и Аки Оки. Лишь счастливая случайность избавила меня от принудительного полета на планету Йокайакибро. В последний день, когда я был на аварийной базе № 99, инопланетяне, числом десять, опустошали склад, забирая все. Из их объяснений я понял, что все то, что они забирают, берут не только из любопытства. Во многом это делалось ради Аки Оки и Ика Оки, которые уже привыкли к нашей пище, а кроме того, они, в особенности Ика Оки, в какой-то степени умели обращаться с нашими инструментами и приборами. Кстати, особенно им нравилась наша рыба. Именно поэтому со складов они в первую очередь забирали рыбные консервы. Когда Ика Оки организовала мое похищение и я очутился в Сияющей пещере, мне пришлось поголодать пару дней. Отсюда у них и возникла мысль воспользоваться нашими складами. Это дело взяла на себя Ика Оки. Между прочим, она командовала всеми, и все инопланетяне подчинялись ей. В последнее время, когда она организовала похищение Аки Оки с Тасмании, проблема с продовольствием стала острее. Следует сказать, что за те сто десять дней, которые я был у них, я так и не привык к их пище, что сильно тревожило Ика Оки. Беспокоило ее и то, что с точки зрения объема наша еда занимала слишком много места, так что их корабль не мог взять нужное количество продовольствия.
Скажу несколько слов и об их нравах и обычаях, - продолжил Бардин. - На Йокайакибро царит матриархат. Каждый житель планеты мужского пола обязан приложить все свои силы и способности во благо родины, однако степень его полезности должна оценить именно женщина, которая, так сказать, и дает ему путевку в жизнь. Женщины этой планеты свободны в своих желаниях держать при себе мужчину или дать ему свободу. Если же мужчина покидает женщину без ее согласия, то его могут даже приговорить к смерти, и эта норма общественной жизни считается незыблемой нормой. Если и есть право выбора, то им обладает только женщина - мужчина не может выбирать. Выбор принадлежит женщине, ибо именно она отвечает за потомство. Именно в соответствии с обычаями своей планеты и поступила Ика Оки со мной - предварительно присвоив мне права жителя Йокайакибро.
После того как Ика Оки похитила меня, я увидел, что она прекрасно знает, как следует обращаться с нашими аварийными базами. Все эти месяцы мы жили на наших разных базах - вплоть до того дня, когда появился их третий корабль с Ука Оки - тем самым инопланетянино^, который в свое время доверил нам больную Ика Оки. Кроме Ика Оки были еще четыре инопланетянина, и со всеми ими я очень быстро сдружился, поскольку они поняли, что я достоин внимания Ика Оки.
Я слишком поздно понял, что пути назад для меня нет и что меня больше не выпустят. Ика Оки отключила всю связь на наших аварийных базах. Когда я более или менее освоил их язык и смог общаться с ними, Ика Оки разъяснила мне, что я являюсь ее ююкри, то есть любимым мужчиной. Остальные подтвердили это, а заодно и дали понять, что если я не покорюсь ей, то меня ждет крюкрюкри. Чуть позже то же самое сказал и Аки Оки. Кстати, у него в речи иногда проскальзывают английские слова, которых он поднабрался во время своей ссылки на Тасманию от Уайда Бранда. К слову сказать, господин Уайд Бранд, с которым я уже имел честь познакомиться, может быть уверен, что Аки Оки никогда не забудет его. Аки Оки честный и благородный йокайаки-бросец, да они и все такие. Он сказал, что не стал похищать своего друга и учителя с Земли, поскольку понимал, что на Йокайакибро ему придется тяжело - так же, как самому Аки Оки на Земле.
Время поджимало инопланетян, и они собирались как можно раньше покинуть Луну. Аки Оки очень не понравились жители Земли, поэтому он так рвался обратно. Все уверения Ика Оки, что гримальдийцам можно доверять, не оказали на него воздействия. Он называл только одно имя - Уайд Бранд. Если б Аки Оки знал, что его друг находится на Луне, то наверняка постарался бы встретиться с ним…
В предпоследний день я, хитростью сумев остаться один, каким-то чудом сумел связаться с Гримальди и поговорить с Раей. Я очень торопился и не хотел, чтобы меня увидели - тогда бы я утратил доверие Ика Оки. Но когда я уже говорил с сестрой, дверь бункера вдруг открылась, и вошли
Аки Оки и Ика Оки. Ика Оки подошла ко мне и впилась взглядом мне в глаза. Я потерял сознание… Назавтра, в последний день, я очнулся в Сияющей пещере. Ика Оки сидела у моего изголовья, остальные стояли рядом. И тут я вдруг увидел двух незнакомцев и очень удивился. Один из них был женщиной, второй мужчина, причем оба - земляне… Да, забыл сказать, что Ика Оки до самого конца была в нашем скафандре, и в этот день тоже. Увидев, что я очнулся, она сказала: «Нико, ты не полетишь на Йокайакибро, ты останешься здесь!» Потом ткнула пальцем вверх и добавила: «Ика Оки будет ждать тебя на Йокайакибро». - «Айик, айик, - ответил я. - Ика Оки айик, айик!..» Потом мы обнялись - на глазах у всех. Она смотрела на меня добрым, ласковым взглядом, а я повторял все те слова и предложения, с помощью которых хотел дать ей понять, что я согласен с ней, что я покорен ее воле, признаю ее власть над собой, что она - моя жизнь и моя душа… И что я обязательно прилечу на Йокайакибро вместе со своими братьями-землянами. И еще говорил, что она мое солнышко… Ика Оки ответила, что верит мне. Потом показала на обоих незнакомцев и сказала, что они оба земляне. «С Луны?» - спросил я. Нет, ответила она, с большой Земли. Я удивился: каким образом они попали с Земли на Луну, да еще и попали к инопланетянам? Их скафандры были совсем непохожи на наши, да и связаться с ними мне не удалось.
После того как мы переговорили, Ика Оки о чем-то долго говорила со своими, что-то пыталась объяснить. Я внимательно вглядывался в их лица и очень обрадовался, увидев, что они ее поняли и настроены доброжелательно.
Наступил миг прощания. Каждый из инопланетян подходил ко мне и по примеру Ика Оки несколько раз ласково касался своим забралом моего забрала. А Аки Оки даже поднял меня на руках и коснулся лбом. И так несколько раз… Потом они ушли, а Ика Оки все чего-то ждала. Потом подошла ко мне и отвела в одну из ниш пещеры, где они оставили часть взятых ими вещей. Тут были и палатки, и аккумуляторы, и баллоны с воздухом, и многое другое - все, кроме так необходимого мне скафандра… Тут Ика Оки в последний раз коснулась забралом моего забрала и ушла. Оба незнакомца так и остались лежать скорчившись в одном из углов пещеры и лишь со страхом поглядывали на меня.