Страница 37 из 81
Спешное возвращение Славянского заинтриговало всех. Люди с нетерпением ожидали его заявления и подтверждения того факта, что инопланетяне действительно пытались посетить нашу планету. Ведь он торжественно поклялся доказать это, причем был настолько воодушевлен и уверен в себе, что сразу же обрел великое множество соратников, готовых дать гневную отповедь любому оппоненту.
Но были и люди, активно не принимающие позицию знаменитого ученого.
Одним из таких людей был Кнорре Шуйский, имевший отношение к строительству космического корабля «Комета».
Он довольно часто появлялся в литературных и околитературных кругах и даже снискал определенное положение благодаря своим выступлениям, связанным с освещением технических вопросов в художественной литературе. В чисто технической сфере Кнорре Шуйский был вполне профессионалом, однако по натуре своей был скорее педантом, иногда ударялся в малопонятные непосвященным техницизмы, да и вообще видел жизнь только в свете «всемогущей техники».
Но так или иначе, Кнорре Шуйский считался вполне современным и прогрессивным человеком.
Однако его выступление по поводу романа Гаспара Гая «Инопланетяне» обернулось для Шуйского жестоким провалом. В своем фантастическом романе Гаспар Гай описывал первую встречу землян с братьями по разуму, совершившими аварийную посадку на Луне. Говоря о технических достижениях инопланетян, писатель заметил, что «способы использования атомной энергии были известны им уже давно».
Прицепившись именно к этому положению, Шуйский обвинил Гая в защите антинаучных концепций. Однако вместо того, чтобы анализировать сюжет и образы романа, Шуйский попытался высмеять саму идею того, что некие инопланетяне, да еще венериане, могут по своему умственному развитию и техническим достижениям стоять на одном уровне с землянами.
«Почему автор переносит на жителей иной планеты человеческую психологию, эстетические восприятия и мораль? - восклицал Шуйский. - Тем более что даже само существование инопланетян никак и ничем не подтверждено!» И это утверждал человек, который лишь недавно рукоплескал Аполлону Славянскому!..
…Зал, в котором проходило обсуждение, был переполнен - люди теснились даже в проходах и у дверей. А у входа в здание сидел в машине Чван Чу с «Косморазведчиком» - в ожидании сигнала профессора Харбинина. Сам же Харбинин сидел на одном из балкончиков и внимательно слушал разглагольствования Кнорре Шуйского.
Народ волновался: выступление Шуйского накалило атмосферу. Со всех сторон в адрес Шуйского летели язвительные реплики.
Шуйский же, упершись кулаками в трибуну, словно собираясь прыгнуть в зал, совсем разгорячился.
- Итак, товарищи, я вновь повторяю, что наша читающая общественность и в особенности молодежь, ознакомившись с книгой Гаспара Гая «Инопланетянин», придет к тому печальному выводу, что в космосе действительно есть населенные разумными существами планеты, обитатели которых не менее развиты, чем мы. Герберт Уэллс не был марксистом, поэтому ему дозволительно было заниматься самодельными фантазиями. Но даже он поступил верно, населив Марс чудовищами. Признать обитателей иных планет разумными означает унизить нашу земную цивилизацию, а именно это позволил себе Гаспар Гай в своем антинаучном романе. Сообщество обитателей других планет можно представить в любом виде, но только не как человеческое общество! Я очень сожалею по тому поводу, что Аполлон Альбертович Славянский замутил умы множества людей и поддержал фантазии Гаспара Гая о том, будто обитателям иных планет давно известны способы использования атомной энергии и что они даже превзошли наш современный технический уровень! И уж кто-кто, а знаменитый ученый Аполлон Славянский должен был быть более осмотрительным и относительно неведомых нам пока тайн не высказывать необдуманных мыслей, которые могут быть только продолжением фантазий Гаспара Гая!
Зал взорвался. Отовсюду послышались гневные крики:
- Земной шовинизм!..
- Мракобесие!..
- Какая узость мышления!..
- Куда вы катитесь, товарищ Шуйский?!
- Ни один разумный обитатель других планет не сказал бы такого о вас!
- Стыд и позор!..
Шуйский попытался было что-то возразить, но не смог перекричать зал.
И в этот самый момент дверь в зал вдруг распахнулась, и по проходу двинулся вперед «Косморазведчик», облаченный в какой-то смешной балахон.
- Ой, что это?!.. - взвизгнула какая-то женщина.
- Небось тоже выступить хочет! - захохотал кто-то рядом.
А «Косморазведчик», на «голове» которого красовалась широкополая шляпа с плюмажем-антенной, напоминающей павлиний хвост, мерно и гордо шел к сцене.
Вот он остановился у самой рампы, затем повернул направо и поднялся по ступенькам на сцену и повернулся «лицом» к залу.
Народ с напряженным вниманием ждал продолжения.
А машина подошла к самому краю сцены, и из ее динамиков грянуло «Да здравствует Гаспар Гай!».
Затаивший дыхание зал взорвался бурными аплодисментами.
А машина, дождавшись относительной тишины, вновь выдала:
- Я появилась на свет для работы на чужих планетах. Так пожелал мой создатель, писатель Гаспар Гай, а воплотили его идею в жизнь конструкторы Денис Харбинин и Чван Чу!
Профессор Славянский не мог скрыть довольной улыбки…
Кнорре Шуйский так и не закончил свое выступление. Под ехидные замечания участников обсуждения он буквально сбежал и кинулся прочь - как можно дальше, унося с собой все разочарование и свой позор. Поймав первое же попавшееся такси, Шуйский назвал адрес.
Последние несколько месяцев он координировал поставки смежников, также принимавших участие в строительстве «Кометы». Поэтому почти все время находился в разъездах. Являясь одним из ответственных работников Министерства машиностроения, он в силу должности был знаком со всеми знаменитыми космонавтами.
Выйдя у своего загородного дома, он не стал даже заходить, а решил прогуляться пешком. Впрочем, в этом доме он ночевал разве что пять-шесть раз в месяц. Шуйский был убежденным холостяком, к тому же достаточно нелюдимым, поэтому предпочитал гостиницы. Да и жизнь его была какой-то хаотичной и неустроенной. Немного дани Бахусу, немного времени бильярду, сколько-то времени флирту - вот и вся его жизнь.
Время было около полуночи, и Шуйский направился в ближайший ресторан поужинать. Не успел он занять столик, как в зал вошла молодая интересная женщина в красивом плаще. В руках у нее была сумочка, напоминавшая маленький чемодан. Устроившись за соседним столиком, она дождалась официанта и бросила на Шуйского пристальный взгляд. Затем официант подошел к Шуйскому и передал ему розовый конвертик.
«Инженер Шуйский, - прочитал он, - ужин уже заказан. Пройдите, пожалуйста, в пятый кабинет. Это ненадолго».
Кнорре Шуйский лишь растерянно улыбнулся официанту. Тот улыбнулся в ответ и ушел. Незнакомой женщины в зале уже не было.
Поколебавшись немного, Шуйский все-таки направился к указанному отдельному кабинету. Женщина была уже там и улыбнулась Шуйскому улыбкой давнишнего друга.
- Вы разрешите? - спросил Шуйский.
- Пожалуйста, проходите, садитесь! - ответила женщина.
Плащ она уже скинула. На ней было голубое платье с короткими рукавами и довольно большим декольте. Темно-каштановые волосы были подняты и заколоты двумя гребнями, открывая высокую красивую шею.
- Вы знаете меня? - спросил Шуйский.
- Да.
- Значит, мы знакомы?
- Нет.
- Тогда как же все это понимать?
- Сегодняшний литературный диспут оказался неудачен для вас, - уйдя от ответа, сказала женщина, не сводя с Шуйского глаз.
Шуйский помолчал немного, пытаясь вспомнить, мог ли он где-либо видеть эту женщину, потом нехотя промолвил:
- Да, не совсем хорошо…
- Мне почему-то захотелось встретиться с вами, - сказала женщина, - и я решила подойти к вам, но вы сбежали, и тогда я последовала за вами.
- Зачем?
- Ну, скажем, вовсе не для того, чтобы посочувствовать вам или утешить.