Страница 12 из 17
– Он уже со мной, – показал аппарат юноша отцу, сунул его обратно в карман и пошел на улицу.
Ника как раз выходила из своей квартиры, чуть не столкнувшись с другом. Оба рассмеялись.
– Может, погуляем? – предложил Максим.
– Давай! – согласилась Ника и, схватив парня за руку, побежала вниз по лестнице. От неожиданности Бейбарсов пару раз чуть не упал, но от этого безумия Ники ни она сама, ни Максим, ни дворовая бездомная кошка не пострадали.
Отдышавшись, они присели на скамейке во дворе.
– Куда пойдем? – спросила Ника.
– Мне все равно. Куда тебе хочется? – вежливо поинтересовался Максим.
– Ну… – протянула девушка, – в парк!
– В парк, так в парк.
– Ура! – сказала рыженькая и, вновь схватив за руку Максима, потащила в парк. Ну как, потащила… Они шли, державшись за руки, как парочка.
Рыжая не отпускала руки Максима все время прогулки, на что он внутренне очень обрадовался. Обрадовался так, что сдерживать свои хищные желания становилось все труднее. Высвободить руку Максим не решался, дабы не обидеть подругу.
А Ника рассказывала о прошедшем отпуске. Валялкины отдыхали в Англии, где теперь живет Виктория. Как она усердно готовится к свадьбе, дата которой после долгих переносок назначена на начало сентября, как познакомила семью с будущим мужем, как показывала окрестности и замок. Максим, бедный, все внимательно слушал и запоминал. Хищные желания на время оставили его.
– Конечно, Вика хорошо живет. Но я не хочу такой жизни. Меня и пыльная Москва устраивает, – добавила Вероника, и друзья остановились перед светофором. Уже переходя дорогу, девушка спросила. – А ты как без меня месяц провел?
– Три недели рисовал и слушал музыку, а на четвертую с отцом слетал на… Я забыл, как остров называется. Вчера мы вернулись, Ника, я безумно скучал…
– Я тоже, Макс. Без тебя было так скучно.
Максим не мог понять, что означали её слова. С одной стороны это звучало как признание, а с другой – как «ты мой самый лучший друг». И парень хотел понять, первое это было или второе. «Ты жалок, Бейбарсов, – обратился Максим сам к себе. – Ника воспринимает меня как друга». После этого юноша упорно боролся со своей надеждой, вдруг все-таки первое?
И вот они подошли к парку. Увидев фонтан, брызгающий прозрачными струями воды во все стороны, девушка перешла на бег. Макс побежал за ней, совсем как в один июньский день. Устав, ребята ушли в тень.
– Давай уйдем отсюда куда-нибудь, где никого нет, – предложил парень. Недавние слова Глеба всплыли в его воспоминаниях.
– Давай! – согласилась Ника.
Максим покрепче сжал руку соседки и повел её в полупустую аллею. Они долго и медленно гуляли по длинным аллеям, несколько раз покупали пломбир и садились на свободную скамейку.
– Горло не заболит? – после третьего съеденного Никой стаканчика съязвил Максим.
– Это мое самое любимое мороженое! – сказала девушки, чьи рыжие кудри играли на лучах солнца, пробившихся сквозь зеленную листву. Максим заметил, что людей на аллее становилось все меньше.
– Растолстеешь! – пошутил брюнет.
– Некуда дальше! – в ответ пошутила она. – Кстати! Как у тебя дела там? – спросила Ника, интонационно выделив последнее слово.
– Где «там»? – не понял парень. – В личной жизни?
– Угу, – кивнула Валялкина.
– Секрет.
– Не хочешь говорить, не надо.
– Моя любовь всегда со мной.
– В смысле? – не поняла Ника.
– Я люблю свою сестренку! – обнимая рыжую и зарываясь в её волосах лицом, признался Максим.
– Дурак! – краснея, сказала Ника. – Дурак, – повторила Ника.
– Возможно, – уклончиво согласился Максим.
Они долго болтали о всякой ерунде, потом по обоюдному решению направились домой и, обнявшись на прощание и пообещав позвонить, разошлись по домам. На улице стоял жаркий день, через час-другой солнце должно опуститься за горизонт. А Ника и Максим болтали по телефону и лазили по социальной сети, находясь друг от друга через стенку…
Вечером того же дня брат и сестра Смирновы сидели на кухне и пили чай. Их мать, вернувшись после тяжелого дня, отправилась спать. Аня упорно мешала в кружке не желавший растворяться сахар, а Рома смотрел новости. Когда сахар все-таки растворился, девушка съела несколько печенек и разом выпила весь чай. Роман, наблюдая за сестрой, тихо смеялся.
– Что смешного? – возмущалась подруга Ники.
– Рот вытри, – посоветовал Смирнов. Анна протерла губы рукой и, по взгляду Романа определив, что к зеркалу бежать не нужно, успокоилась.
– Блин! И что мне делать?!
– Что случилось? – поинтересовалась Аня.
– У Ники кто-то есть.
Анна чуть не свалилась с сердечным приступом.
– ЧТО?! – Её удивлению не было предела.
– Сегодня в парке я видел Нику, а она шла за руку с каким-то парнем… – выругался парень, убирая с глаз волосы.
– Странно… – окончательно «убилась» Аня. – Мы по телефону недавно говорили, она ни слова не сказала…
– Значит, скрывает, – сделал вывод Смирнов. – А просто так она не поступает. Дорог ей этот парень, – сказал Роман и выплеснул несколько ругательств.
– Хватит ругаться! – возмутилась Аня. – «Ня» и «Кавай» тебе!
– Не надо мне твоих аниме-замашек! – отмахнулся Рома. – Пойду спать, всё равно делать нечего. А ты не смотри свои мультики по ночам, зрение испортишь.
– Буду смотреть, десу! Ты мне не приказ, ни-тян! – капризно, будто маленькая девочка, произнесла Анна и подогнула под себя колени, ссутулившись, уставилась в телевизор. – Я стану очень известным детективом, дес. Спокойной ночи, ни-тян.
Роман махнул рукой, в тысячный раз понимая бесполезность своих возмущений. Обычно Аня называла брата по имени, но стоило ей вспомнить про аниме или Японию, как они переключалась на «ни-тяна».
– Спокойной ночи.
Анна сидела в своем положении минут десять, дожидаясь, когда брат уснет. Дождавшись, она выключила телевизор, помыла посуду и, включив компьютер, ночь напролет смотрела и смотрела, серию за серией. Роман спал крепко, поэтому Аня, или Анна-тян, не «парилась» по поводу его пробуждения. Около шести утра девушка, распустив свои русые волосы, легла спать, а их мама просыпалась.
====== Глава 6. The first of September. ======
В первый день осени рыжая девушка Ника, освобождаясь из пут коварного сна, потянулась, смачно зевнув. Девушка четко помнила сон, который её приснился. В нем она почему-то целовала спящего Максима, своего лучшего друга. Валялкина старалась забыть увиденное во сне, но нежеланная сцена снова и снова проплывала перед глазами… Нежеланная? Или наоборот, долгожданная?
Бодрый и чуть сердитый голос Ивана из-за двери заставил рыжую выйти из задумчивости. Посмотрев на часы в комнате, Ника ахнула: до линейки оставалось не более двух часов. Зеленоглазая вскочила с постели, не потрудившись поднять с пола драгоценного плюшевого медведя, и отправилась в душ. Под струями воды она окончательно взбодрилась. Горячий поток воздуха из фена местами обжигал белоснежную и нежную кожу.
Для праздника Ника выбрала свою любимую белую блузку с жабо, юбку-карандаш по колено и женственный пиджачок. После нехитрого завтрака из черного чая и парочки бутербродов Ника вспомнила о макияже и пулей побежала сначала к косметичке, потом к зеркалу. Её руки неумело порхали над веками, ресницами и губами. Подобно матери, девушка не красилась, но Первое сентября… Это день особый!
Через пару минут раздался дверной звонок. Ника молниеносно открыла и вернулась к зеркалу: макияж не был готов. Максим закрыл за собой дверь и подошел к Нике.
– Макс!!! – радостно воскликнула Ника, заключив друга в объятия, и тут же его отпустив. – Какой ты… прямо… – Валялкина не могла подобрать слов, – аполлон!
– Ты… накрасилась? – удивленно вскинув брови, спросил Бейбарсов-младший.
– Пока нет, но вот-вот… Готово! – восторженно и трепетно воскликнула рыжая. – Пошли, пока мои предки не увязались.
– Ладно.