Страница 54 из 62
— Присаживайтесь, вы, должно быть, устали?
Я вспыхнула, заливаясь краской, от праведного гнева. Да сколько можно испытывать мое терпение? Оно не железное, в конце-то концов. Но все же присела — ноги и вправду гудели.
— Я слушаю вас, мистер Торнтон.
Довольно улыбнувшись, он оперся руками об стол и неспешно начал:
— Я предлагаю выкупить синюю папку, в которой, как мне известно, содержится вся информация по зелью Неуязвимости. Верно?
— Выкупить? Тогда к чему все это?
— Понимаете, в отличие от Крауча, я хочу оплатить ваш труд, а не просто прибрать к рукам. Вы всегда вызывали во мне уважение. И в дань моего особого к вам отношения прошу продать право на патент зелья Неуязвимости. Я заплачу любую цену.
Хорошо, если я соглашусь, то отпустит ли Торнтон Фреда? Ведь он предатель. И они просто используют его в качестве рычага давления на меня. Останется ли Фред нужен после заключения сделки? Неприятное чувство заскребло внутри. Торнтон видел мои колебания и, видимо, догадывался о постигших меня размышлениях, но держался холодно и отстраненно. Я не смогла удержаться от вопроса:
— А как же Фред?
— Если он вам так дорог, то я готов обменять его на ваши воспоминания, которые касаются разработки зелья Неуязвимости непосредственно. Но так как он предал нас, то я подам на него в суд за нарушение условий договора. Отделается штрафом. И да, страну ему придется покинуть надолго, может, навсегда.
Так, а с этим сложнее. Как мне забрать воспоминания у Гермионы? Она не отдаст их, тем более ради Фреда. Волна паники начала растекаться по телу. Я растерялась.
— Хорошо, я могу попробовать, но не обещаю.
Торнтон положил передо мной стопку бумаг. Это был договор нашей сделки, который закреплялся магическим узлом и пресекал все возможные нарушения с обеих сторон. Ну, хоть тут я могла быть уверена в отсутствии подвоха. Но внимательно изучить документ все же стоит в любом случае — моя врожденная педантичность и практичность не позволят подписать неглядя.
Через долгие, нудные сорок минут мы подписали договор.
— Я очень рад, что мы пришли к соглашению. Предложил бы бокал шампанского, но, ввиду вашего положения, остается чай.
Мне стало легче дышать, будто камень, пусть только один, упал с души. И как бы меня ни мучила жажда, я отказалась.
— Теперь я хочу увидеть Фреда.
Торнтон кивнул и велел домовику позвать Ларкинса. Я внутренне содрогнулась — не было никакого желания снова лицезреть этого неприятного типа. Но ради Фреда придется.
Ларкинс вошел бесшумно. Ехидная улыбка делала его еще омерзительней. Он считает себя победителем и не скрывает этого. Я думала, что Ларкинс на побегушках у Крауча, а он сидел на двух стульях сразу. Руки так и чесались взять палочку и проклясть его.
— Миссис Малфой, прошу следовать за мной.
Естественно, он повел меня вниз — где еще будут держать пленников.
В подвальном помещении гулял сквозняк. Я обняла себя руками, чтобы хоть как-то согреться. Каменные стены сливались с полом в одну серую массу, которая грозилась поглотить незваных гостей.
Путь нам преградила чугунная решетчатая дверь. Ларкинс одним замысловатым пасом палочки открыл ее, потом повернулся ко мне и протянул руку.
— Вашу палочку, миссис Малфой.
Поколебавшись, я все же отдала единственно важную вещь для меня в этом мире. Он убрал ее во внутренний карман пиджака и пригласил пройти в приоткрытую дверь. Я призвала все свое мужество и шагнула в темноту.
С шумом на стенах вспыхнули факелы и заставили меня сначала зажмуриться от неожиданности, а потом прищуриться, чтобы с осторожностью оглядеться.
Фреда я заметила не сразу. Его руки были подняты вверх и обмотаны цепью. Только камень за спиной служил ему опорой. Обнаженный торс покрывали многочисленные порезы, некоторые еще сочились кровью. Он не шевелился. Голова свесилась ниже уровня плеч, поэтому волосы скрывали лицо.
Я еле сдержалась от возмущенного возгласа. Даже остановилась в нескольких шагах от Ларкинса и как можно смелее потребовала:
— Что за варварство? Развяжите его.
— Здесь я решаю, как поступать с пленниками.
Так, спокойно, Гермиона. Сейчас не время препираться. Но он ответит за это.
— Я не прошу его освободить. Только развязать.
Ларкинс помялся, то ли для вида, то ли действительно не желая уступать. Но с недовольной миной все же послушался. Фред, потеряв опору, рухнул на пол.
— А аккуратнее нельзя было?
— Я оставлю вас ненадолго.
Игнорируя мои возмущенные взгляды, он прошел вглубь помещения и скрылся за незаметной дверью.
Я тут же кинулась к Фреду. Мои колени больно стукнулись об пол, но то, как чувствовал себя Фред, было важнее. Его нижняя губа лопнула от удара, и кровь из нее потекла по подбородку, пряча шрам.
— Фред. Очнись, Фред. Ну же.
Моя броня треснула, и я разревелась, проклиная всех на свете. Как мне ненавистен этот мир, эти люди. Будь у меня в руках палочка, то без тени сомнения применила бы непростительные. Для Ларкинса и Авады не жалко.
Я принялась похлопывать Фреда по щекам. Мерзавцы, тут даже воды не наблюдалось. Но тут Фред закашлялся.
— Фред, о, Мерлин, благодарю. Посмотри на меня, Фред.
Он послушно, но с трудом разлепил глаза и недоверчиво уставился на меня. И вдруг разозлился, даже смог облокотиться на левую руку.
— Какого дьявола ты тут делаешь? Где Карл? Я ему глаз выбью.
— Тише, береги силы. Как ты оказался в поместье? У вас не получилось взять Орден?
Он снова зашелся сильным кашлем. Булькающие хрипы из горла вызывали опасения. Если есть внутреннее кровотечение, то дела очень плохи. Такой беспомощной я себя никогда не ощущала. Руки Фреда нашли мои и крепко сжали их. Его тепло помогло немного успокоиться.
— У нас в Отделе тайн обнаружилась крыса, работающая на Орден. Поэтому сам Крауч не пришел. Только его люди. Мы победили, кое-кого захватили живыми. Я решил отправиться к Краучу и попытаться убедить в своей верности, но возле его дома меня схватили люди Ларкинса и притащили сюда.
— Что они тебе сделали? Подвергали пыткам? Били?
Фред надсадно рассмеялся, хватаясь за ребра, которые наверняка были сломаны.
— Какая разница, что они сделали или сделают со мной? Я держался, благодаря мысли, что ты в безопасности. А теперь я готов умереть. Но сначала сверну шеи этим проходимцам.
Я, конечно, не сомневалась в его намерениях, но вот в способности оказать физическое сопротивление — даже очень.
— Тебя отпустят, если я отдам им воспоминания Гермионы касаемо зелья Неуязвимости.
Фред смерил меня скептическим взглядом и покачал головой.
— Поговори с Гермионой. Ради меня она и пальцем не пошевельнет, а вот ради ребенка-то уж точно. Пусть придумает, как вытащить тебя отсюда и как не дать им завладеть всей информацией.
Резон в его словах был. Но отзовется ли Гермиона? Захочет ли? Сможет ли обхитрить Орден?
— Хорошо. Я попробую.
— Время вышло. Я провожу вас обратно.
Мерлин, дай мне сил вытерпеть этот ад, особенно этого демона.
— Дайте ему воды.
— Разумеется. Он пока нужен нам живым.
Когда чугунная решетка с грохотом захлопнулась за нашими спинами, я потребовала вернуть палочку.
— Конечно, миссис Малфой.
Он нехотя протянул палочку. Мне же стало легче от осознания, что я не безоружна.
Торнтон сидел за столом и внимательно изучал содержимое папки. Остальные документы лежали нетронутыми, ну, или казались таковыми. Он отложил папку в сторону и спросил:
— Вам удалось поговорить с ним?
Это что, издевка? Ведь он наверняка знает, в каком состоянии находится Фред. Если только Ларкинс не получает достаточной свободы в своих действиях.
— Да, с большим трудом, конечно. Ваши люди умеют мучить людей.
Торнтон скривил губы, выражая подобие сочувствия.
— Наша деятельность сопряжена с рисками и опасностями разного толка. Он знал, на что шел.