Страница 14 из 17
— Он не мой…
Я не стала делать вид, что не понимаю, о ком идет речь.
— Твой-твой, — рассыпались хрустальным эхом колокольчики. — Только вы оба не желаете этого видеть. Люди странные существа. Их чувства пылают яркими факелами, освещая все вокруг, но сами они слепы и продолжают брести в непроглядной тьме, — теперь в тоне «феи» звучало недоумение. — Йор говорит, это потому, что человек примитивен и несовершенен. А мне вы нравитесь. Такие… живые, даже в своем несовершенстве.
Фрейя улыбнулась, оттолкнулась посильнее и перепорхнула на спинку кресла, к моему уху.
— Он рассердится, — прошептала она доверительно, — но я все-таки скажу. Не хочу, чтобы ты грустила. Мэссер не собирался уходить без вас… без тебя, но, когда он связался со своими, выяснилось, что у них там что-то произошло. Король просил немедленно вернуться… Очень просил… Подробностей я не знаю, да мне это и не интересно.
Эари запнулась, настороженно огляделась и, придвинувшись поближе, продолжила:
— Мэссер настаивал на разговоре с вами, но Йор разрешил встретиться только с «Трэем», с тобой не позволил. Сказал, тебя погрузили в целебный сон, будить опасно.
Вот ведь мелкий пакостник.
Я сердито засопела, и фрейя, мгновенно нахмурившись, тут же бросилась на защиту родственника.
— Он прав, девочка. Того, кто выпил сок ирхи, нельзя беспокоить, пока сам не проснется.
Хм… Может, и так. Только как-то очень вовремя мне этот самый сок дали. Впрочем, свои сомнения я озвучивать не стала, пусть малышка успокоится и рассказывает дальше.
— Тогда мэссер взял с Йора нерушимую клятву, представляешь? — Эари округлила и без того большие глаза. — Заявил, что с места не сдвинется, и Йору пришлось пообещать, пока вы в Хауддане не вредить вам ни словом, ни делом, защищать, оберегать и перенести в Намарру, по первому вашему желанию. Если откажитесь возвратиться, он должен заранее известить об этом мэссера. Да только вы все равно вернетесь в эту вашу Намарру, — добавила фрейя таинственно.
А это уже любопытно.
— Почему?
— Потому что это нужно Йору, а он всегда своего добивается.
— Но…
— О, вот и твой брат проснулся, — перебила меня кроха. Вскинула голову, к чему-то прислушалась и, едва касаясь, провела по моей щеке ладошкой. — Тут неподалеку есть озеро с водопадом, в его воде все печали растворяются без следа. Если поторопимся, успеем обернуться до завтрака. И, знаешь, тебе нужен гребень… зачарованный, тот, что сам волосы в прическу собирает. А то ходишь растрепой, смотреть страшно.
Она снова рассмеялась и, словно между нами не было никакого разговора, деловито вспорхнув с моего плеча, полетела к лестнице. Но у первой ступеньки вдруг оглянулась и бросила, понизив голос.
— Йор мастер плести словесную паутину и морочить голову. Помни об этом и о том, что сейчас услышала. Если тебе, действительно, дорог твой мужчина, не торопись от него отказываться.
Мы спустились по лестнице — вернее, это я спустилась, а фрейя мгновенно слетела вниз и закружилась там, ожидая меня, — пересекли нагретую солнцем лужайку и углубились в еще по-утреннему прохладный лес. Идти, действительно далеко не пришлось. Несколько шагов, взмах тонкой руки — и передо мной открылась маленькая поляна.
— Нравится? — пропела Эари.
Я с восторгом рассматривала уютное озерцо и живописную, поросшую мхом и папоротником скалу, с которой каскадом вниз срывался водопад.
— Очень…
— Это мое тайное место, — просияла кроха. — Так что сама его не ищи, все равно не найдешь. Ну, что стоишь? Беги! — поторопила она меня. — У нас не так много времени.
И я побежала — к чистой прозрачной воде, так и манившей окунуться, к розовым бликам кувшинок на ее поверхности и разноцветным камешкам на дне… Но не успела коснуться босыми ступнями прибрежного песка, как струи водопада раздвинулись в стороны, и над водой замелькали женские головки. Одна… вторая… пятая…
Слева, почти у самого берега, лежало несколько плоских овальных камней. Гладкие, будто отшлифованные, они соединялись в массивную скамью. Вот на ней, ловко выпрыгнув из воды, и расположилась стайка, как оказалось, совсем юных девушек.
Узкие вытянутые лица, мертвенно-белая кожа, тонкие губы, огромные, в пол-лица изумрудные глаза, длинные зеленые волосы… Красавицами я бы их не назвала, да и рыбьи хвосты, нетерпеливо постукивающие о камни, очень смущали.
Русалки?
— Кто это, Эари?..
— Кого ты нам привела?..
— Хм… человечка?..
— А она съедобная?..
Затараторили они, перебивая одна другую.
Последний вопрос немного напряг, но страха не было. Я слишком много всего успела увидеть за эти дни в Хауддане, чтобы так просто, на пустом месте срываться в панику.
— Добрый день, — вежливо кивнула всем сразу.
— А ты уверена, что для тебя он добрый?..
— Ишь, не боится…
— Храбрая…
— Нет, глупая…
Снова защебетали девушки.
— Я же не мужчина, чтобы хватать меня и тут же тащить под воду, — пожала плечами. — А женщин, если они не нарушают правил, русалки не трогают.
Дружный заливистый смех.
— Русалки? А кто это такие?..
— И зачем нам мужчина?..
— О, я поняла, она считает…
Шушуканье, быстрые, насмешливые взгляды в мою сторону, под которыми я начала медленно краснеть, и наконец:
— Фу…
— Какая гадость…
— Чтобы я? С человеком?!
— Мама всегда говорила, эти смертные страшные извращенцы…
Купаться уже не тянуло, да и озеро как-то утратило свою привлекательность. Я сделала шаг назад, собираясь попрощаться, развернуться и уйти, но тут вмешалась моя спутница.
— Это моя гостья, — строго бросила она русалкам, и те моментально притихли. А фрейя повернулась ко мне: — Не обращай внимания на их выходки. Берегини известные насмешницы, вы, люди, даже прозвали их шутихами, но вреда они не причинят. Тебе так уж точно.
Эари замолчала, взглянула на берегинь… на меня… и вдруг расцвела лукавой улыбкой.
— С вашими мужчинами они даже под страхом смерти не захотят совокупляться. А вот искру у мага легко могут забрать — это для берегинь самое сладкое лакомство. Они вытягивают ее с дыханием, прикасаясь к губам жертвы, со стороны все, действительно, напоминает поцелуй. Глупые люди в гордыне своей решили, что берегини их вожделеют. А они… просто питаются.
Мда… он думал, что занимается сексом, и не заметил, как его съели.
— Ладно, девочки, знакомьтесь, — хлопнула в ладоши Эари. И, подлетев ко мне поближе, шепнула: — Обижать тебя больше не станут, а если понравишься, подарят гребень, — подмигнула. — Тот самый, зачарованный.
А с камней в озеро с громким плеском, брызгами и хихиканьем уже сыпались берегини.
Через полчаса, вдоволь наплававшись и почти подружившись с «русалками», я собралась назад. В кустах о чем-то ворковали птицы, серебряный звон водопада переплетался с негромким пением провожавших нас берегинь, в кармане лежал заветный гребень, а на душе было светло и чисто.
Нам не суждено вернуться на Землю? Что ж, пусть так, не беда. Мы и на Риосе сумеем найти свое счастье.
В комнате с фонтаном — цветочной, как я ее окрестила про себя — уже ждал Петька.
— Привет, Марусь. Зашел в спальню, а она пустая. Думаю, куда сестренка с утра пораньше сбежала? — он чмокнул меня в щеку и одобрительно осмотрел с ног до головы. — Эари водила на свое озеро? Ну, и как тебе? Берегини не напугали? Они забавные, правда? А какие фигурки! Жаль, человеческими мужчинами не интересуются. Я бы не отказался от… новых впечатлений, — Он мечтательно улыбнулся. — Одна мне особенно понравилась, самая смешливая из всех, с мелкими рыжими кудряшками.
— Алейв? — переспросила, вспоминая лукавую бестию с пламенеющими на солнце волосами и бюстом размера пятого, не меньше.
— Она не представилась, — поджал губы братец. Надо же, а со мной рыжая первой бросилась знакомиться. — Попробовал поцеловать, так она увернулась и обозвала ненормальным. А еще невкусным и не питательным. Точно я кусок мяса. Ну, ничего, я упорный. Переупрямлю.