Страница 17 из 90
— Кажется я понимаю, что за конфетки, — скривилась я от отчетливого запаха кондитерской спиртовой помадки. Лакомство было жуть каким дорогим, особенностью была удивительно вкусная шоколадная оболочка в виде различных зверей и птиц, и ужасно крепкая начинка. Я по незнанию попробовала однажды, будучи еще подростком, и свалилась потом спать под ближайший стол. Ох, и влетело же тогда от матушки!
— Зато благое дело, — просиял Баян и добавил заплетающимся языком, — не пьет больше конюх, излечился! Мне хоть сейчас прием открывай и лечи народ.
— Сейчас у нас другая задача, — перебила я и рассказала свой план. Заключался он в том, что мы вместе с Баяном пойдем на репетицию, я буду сидеть верхом, а пони отвечать на различные вопросы. Будем делать вид, что пытаемся влиться в коллектив. Тем временем разведаем обстановку, а если запахнет жареным — улизнем.
Баян согласился без колебаний и вопросов, что меня безумно порадовало. А зря, нужно было насторожиться и сразу понять, что пьяный пони не лучший помощник. С горем пополам мы добрались до огромного шатра, в котором и происходили цирковые шоу. Несмотря на то, что мой верный транспорт то и дело заносило на поворотах, прибыли мы в полном составе и с минимальными потерями: Баян неудачно задел задом проход и выдрал клок волос из хвоста. Уже внутри обнаружилось, что репетиция в самом разгаре. И если пони сделал вид, что ничего особенного не увидел, то я была в восторге и не смогла сдержать эмоций:
— Какая красота! — восхищенно воскликнула я, едва увидела тоненькую девичью фигурку летящую высоко под куполом шатра. Казалось, она парит, словно ее держит магия, однако чуть позже я рассмотрела тонкий металлический трос, что был пристегнут к костюму гимнастки.
И я завороженно следила за девушкой во второй, третий, четвертый, пятый прогон номера. На шестой раз прелесть выступления вдруг куда-то исчезла и я стала замечать, что гимнастка иногда ленится и не вытягивает ножку, когда прогибается в спине. А еще, что вовсе она не молоденькая, а годится мне в бабушки.
— Вот и зачем я так рано пришла, теперь неинтересно смотреть будет, — сама себе под нос фыркнула и нахмурилась. Баян тихонько валялся под ногами даже и не делая вид, что находится в полном здравии и отличном настроении. Картину дополняла его скатавшаяся шерсть, из белоснежной ставшая серой. Пихнула пони легонько мыском ботинка, проверяя, не сдох ли. Судя по недовольному сопению, он был скорее жив, чем мертв.
— Запоминай, — раздалось у меня над ухом настолько неожиданно, что я подскочила на месте, — у тебя испытательный срок, пока свой номер не отрепетирован, будешь на побегушках. Запоминай детали и нюансы, вполне возможно, что старушке Матильде станет завтра плохо или она обкурится опиума, а тебе придется ее заменить.
Я похолодела, представляя радужные перспективы, которые Кирк любезно мне втолковывал. Бородач сел на скамейку позади меня совсем бесшумно, и теперь говорил наклонившись вперед, нависая своей аккуратной бородой мне на плечо и щекоча жесткими волосками. Первое, что я испытала, была паника. Мне тут же захотелось убежать, спрятаться, скрыться. При звуке мужского шепота я подумала, что это Сиэлиус сидит позади, а я была совершенно не готова с ним снова встречаться.
— Я тебя не съем, — хохотнул бородач, увидев мое смущение, а потом абсолютно серьезно, словно испытующе, продолжил, — я же не оборотень в полнолуние, чтобы преследовать молодую привлекательную девушку?
Последний вопрос мужчина задал со странным выражением лица и слегка прищурив глаза, а я вдруг ощутила неприятное покалывание в затылке. Он что мысли мои прочитал? Перед глазами все помутнело и я начала оседать, словно выпадая из реальности. А потом вздрогнула, словно сбрасывая с себя тяжесть, и машинально отшатнулась от мужчины, готовясь пуститься в бегство. На что Кирк откинул голову назад и громко протяжно рассмеялся. Все присутствующие моментально повернулись и уставились на нашу парочку, отрезая мне все пути к бегству, а Кирк все хохотал.
— Подумать только, — наконец сквозь слезы сказал он, — наша Птичка верит в бабушкины сказки. Может ты еще и в драконов веришь?
— Вовсе нет! — воскликнула я, уязвленное самолюбие так и подначивало затеять спор и потребовать объяснений. Но чувство самосохранения и матушкино воспитание взяли верх, я успокоилась. Не укрылось от мыслей прозвище, данное Кирком. Он назвал меня “Птичка”, совсем как лэр Даор.
К счастью, вскоре мы вернулись к репетиции. Рыжий бородач ушел по своим делам, а я битый час смотрела одни и те же номера, совсем как с гимнасткой. И снова, сперва восторг заполонял меня, от необычного и захватывающего зрелища хотелось улыбаться, что я и делала. А потом как и прежде, когда первое впечатление сходило, я начинала подмечать нюансы и минусы выступления. К словам Кирка о подмене опытных артистов я отнеслась несерьезно, рассчитывая, что он просто меня припугнул. Ну не могут же новичку доверить выступление опытного артиста? По крайней мере, так я себя успокаивала.
Спустя несколько часов цирковое шоу все еще оттачивалось до идеала, конца и края не было видно, а я вдруг ощутила, что прилично проголодалась. Учитывая то обстоятельство, что утром не удалось перекусить и крошки, я тихонько поднялась и направилась раздобыть еду. В голове крутилась мысль: “Только бы меня не заметили”, которую я повторяла про себя, пока направлялась в сторону кабака на первом этаже гостиницы. Я старалась быть незаметной, делала все, как учила матушка: шла со средней скоростью, глаза опустила, старалась двигаться бесшумно и плавно. И действительно, для мира я словно растворилась. Меня не заметила компания смеющихся молодых людей, едва не сбила стайка хохочущих девиц, конюх вразвалочку прошел совсем близко. Было странно, но приятно, что я не так плоха, что умею быть незаметной.