Страница 38 из 62
Ланорд бы кинулся на Элизель, но ему помешали. Схватили под руки, не дали упасть.
— Что такое случилось? А? Кто-нибудь мне ответит?
— Успокойтесь, Ланорд. Мои соболезнования, — сухим тоном сказал Данор. — Мне жаль. И мы разберёмся.
Вокруг уже вовсю велось следствие. То, что делали служащие Рейлима, мне было знакомо. Внимательный осмотр места, тела, в какой позе лежит мёртвая драконица. Магическое сканирование, похожее на фото и видеосъёмку, ещё одна проверка деталей. Фигуры в чёрном плавно скользили, собирая любую полезную информацию.
— Убита, — произнёс один из экспертов Рейлима. — Леди Аллерскую убили сегодня ночью.
— Понятно, — Данор кивнул. — Забирайте тело леди Элизель, обследуйте место преступления ещё раз. А вы, лорд Лидосский, — следователь по особо важным делам повернулся к Ардену. — Идите за мной.
— Как скажете, Рейлим.
— Месир Рейлим, — усмехнулся Данор. — Я на службе.
Арден ничего не сказал.
— Уведите лорда Аллерского, — стал распоряжаться дальше Рейлим. — Дайте успокоительного. А вы, — повернулся к немногочисленной прислуге, стоявшей позади нас. — Возвращайтесь на свои рабочие места и не смейте их покидать до беседы с каждым из вас.
Словно ветром сдуло всех присутствующих после приказа. Я ушла следом за остальными. Рейлим и Лидосский уединились в кабинете, Ланорд срочно покинул дворец, чтобы сообщить о страшной новости родным, прислуга разбежалась. Делать было нечего, кроме как идти в библиотеку и доставать книги по уголовному и процессуальному праву Раниндара. Крайне необходимым показалось узнать максимально подробно, как будет вестись следствие и что причитается за убийство по законам этого мира.
***
Арден внимательно смотрел на Данора и понимал, что случившееся убийство на территории дома Лидосских — крайне серьёзное происшествие. Преступление уже поставило под удар его репутацию, и следовало быть весьма осторожным в даче будущих показаний.
Убийство драконицы — это неминуемый, жуткий скандал. Раса и так на грани вымирания, а насильственная смерть молодой красивой особи, способной рожать, грохнет немыслимой бомбой. Все противники и враги не преминут отметить, где произошло убийство, и сделают всё, чтобы очернить его имя, выбросить из парламента, уничтожить.
Розыскная собака Рейлим вцепится в него мёртвой хваткой и, наверняка, захочет отомстить за Мэрин. Вон, как ухмыляется, покручивая амулет, улавливающий чужие эмоции. Важно говорить искренне, быть максимально открытым. Или казаться таким... Ему, как менталисту, это будет не сложно. Арден невесело улыбнулся, побуждая следователя к вопросам.
— Ну что ж, лорд Лидосский, — не растерялся Данор. — Потрудитесь рассказать, когда вы в последний раз видели леди Элизель Аллерскую живой.
— Этой ночью. Она пришла ко мне в спальню.
В глазах Данора зажглись нехорошие огоньки. Как невовремя узнал Рейлим о ветрености и легкомыслии своей невесты. Ох, как невовремя! Представил, видимо, как к нему в спальню бегала и Мэрин.
— И чем вы занимались?
— Общались. Элизель приходила извиниться за произошедшее на балу.
— Извиниться? — брови Данора чуть вскинулись. — За что же?
— Это она порвала платье на моей спутнице.
— Вот как? Элизель призналась сама?
— Да. Она призналась, попросила прощения. Сказала, что ревновала.
— И вы разозлились.
— Нет. Она выглядела виноватой и очень милой, искренней. А я сильно устал. Я ведь только вернулся домой из департамента. Если помните, мне был выписан штраф.
— Крупный штраф, — ухмыльнулся Данор. — Вы предъявили его Элизель?
— Никогда не беру деньги у женщин.
Рейлим на миг поджал губы, прищурился, оценивая прямой и честный ответ.
— Что было потом?
— Я попросил Элизель уйти.
— А она?
— Уходить не хотела. Стала меня уговаривать, потом шантажировать.
— Вот как? И на что уговаривала?
— Хотела, чтобы я провёл с ней ночь.
— И чем же она шантажировала?
— Пообещала всё о нашей ночи рассказать Ольге.
— Что ж, — протянул самодовольно Рейлим. — Она имела полное право рассказывать.
Арден видел, как следователь в уме потирает руки. Ещё бы! Мотив преступления — вот он! Осталось только вытащить заветный браслет и нацепить его предполагаемому убийце, чтобы запустить обратный отсчёт.
— Да. Рассказывать, но не лгать.
— Так ночи любви не было?
— Нет. Ничего не было. Мне интересна другая женщина. Ольга. Потому Элизель ушла.
— Вы поругались.
— Нет. Вы же знаете, месир. Я люблю женщин и никогда не смогу их обидеть.
После этих слов Данора почему-то слегка повело. Он напрягся, стал более угрюмым и хмурым. Потёр перстень, который весь разговор оставался прозрачным, как ледяная слеза.
— Что вы делали после ухода драконицы?
— Был у себя в спальне. Я повторюсь. Я очень устал и нуждался в одиночестве и покое.
— Слышали что-нибудь в доме или в парке? Выходили из комнаты до утра?
— Ничего, — качнул головой Арден. — Совсем ничего не слышал. Никуда не ходил.
Камень в перстне следователя по особо важным делам чуть-чуть помутнел, но быстро вернул прозрачность. Уголок губы Ардена еле уловимо дрогнул. Дешёвый артефактишка... Уж точно не для такого менталиста как он.
— Можете предположить, кому была выгодна смерть Элизель?
— Понятия не имею. Более того. Я шокирован тем, что это произошло в моём парке.
— Страшно представить, кому вы насолили, лорд Арден, — зловеще улыбнулся Рейлим. — Пока я оставлю вас. Не покидайте дворец.
Данор встал, а затем вышел из кабинета. Тяжёлая дверь глухо захлопнулась за ним, и Арден откинулся в кресле. Если не найдётся более реальный подозреваемый, то его ждут очень мрачные перспективы и большие проблемы. Не трудно догадаться об этом, зная желание следователя по особо важным делам отомстить. С него станется «подарить» ему метку. Никого не волнует, как будет оправдываться перед Высшим Советом дракон. Убита женщина-драконица, причём очень знатного и высокого рода. Лидосский вздохнул.
***
Когда двери библиотеки открылись, и на пороге вырос следователь по особо важным делам, я не удивилась. Я ждала этого дракона, как, наверное, ждал любой во дворце. Быстро же он решил дела с Арденом.
— Леди Ольга, — сухо приветствовал Рейлим. — Нам надо поговорить.
— Разумеется.
Данор взял один из стульев, поставил его рядом с моим креслом так, чтобы мы оказались напротив друг друга. Щёлкнул пальцами, заставляя магические шары разгореться на полную мощность. В сумрачной библиотеке стало так светло, что я на пару мгновений прикрыла глаза. Увидела презрительную насмешку на губах Рейлима. Ну, конечно! Драконы гораздо быстрее привыкают к смене освещения, они сильнее и быстрее людей.
Чёртов сноб! Ещё чуть-чуть и я начну его ненавидеть.
— Вы готовы отвечать на вопросы? — снисходительно произнёс.
— Да.
— Когда вы в последний раз видели леди Элизель живой?
— На балу.
— Что вы делали после того, как покинули бал?
— Уехала с сестрой и её женихом лордом Альросским к ним во дворец. Там и провела время.
— Так. И когда вы вернулись?
— Не знаю. Было ещё темно. Меня видели стражники и Демонд. Я поднялась к себе в спальню и спала до утра.
— Во дворце было тихо?
— Как в могиле, — брякнула я, не найдя лучшего определения.
Но кто же знал, что Рейлима поведёт от глубочайшей досады?
— Очень неудачная шутка, — скривился он. — Погибла одна из лучших дракониц Раниндара. Свет и надежда нашей расы. А вы... Находите неуместные определения, когда вся столица готовится к трауру! Да что там столица — весь мир!
Ну-ну! Если такие, как Элизель, свет и надежда, то общество давно погрязло во мраке и лжи. Доказывать обратное — бесполезно. Поэтому я просто вздохнула.
— Неуместное определение? Шутка? Да во дворце было так тихо, что я слышала собственные шаги. Уверена, в могиле даже более шумно бывает, когда разлагается тело. А вот интересно, у драконов процессы гниения происходят так же, как и у людей?