Оборотный Петербург

– Минимум сто ритуалов, – мужчины с ужасом переглянулись. – Но ни в одном не нужен оборотень. Оборотни вообще для ритуалов не требуются. Во всяком случае, я ни одного не знаю. Вообще нелюди для этих целей не пригодны. Вычислить их сложно, заполучить еще сложнее. Так что нет, если девушку еще могли считать для чего-то пригодной, то ребенок ни разу. Еще что-то.

– Нет, Лика, спасибо. Больше ничего не надо.

– Можешь не благодарить, Синицын, – произнесла ведьма. – Ты мне потом скажи, нашли вы похищенных, или нет.

– Хорошо. Как только будут результаты – позвоню.

– Удачи, мент, – раздались гудки.

Юрка уволок телефон обратно, после чего вернулся на кухню и упал на свой стул.

– И что это было? – не стал скрывать своего любопытства Вадим.

– Анжелика, – вздохнул Юрка.

– А с этого момента прошу подробнее.

– Издеваешься? – вздохнул опер, снова наливая себе кофе. Оборотень только пожал плечами. – В общем, я с ней в прошлом году познакомился. Тогда разбирались с массовыми отравлениями. И вышли на один салон. А там ведьмочка эта. Тогда еще несовершеннолетняя. Тетка ее просекла у племянницы дар и этот салон организовала, она же и зелья производила, а девчонку втюхивать заставляла. В общем, пока все выяснилось, Анжелику по решению суда посадили в изолятор. Ну, – заметил Юрка взгляд Вадима, – в тот, который для подростков. А теперь представь, девчонка хоть и мелкая, школу заканчивает, а уже с характером. Родителей нет, тетка опекала. И тут такой поворот судьбы. И вроде все понятно, раз она торговала зельями этими, значит сама и виновата. Сам понимаешь, есть у нас в прокуратуре народ, который притянет мотив за уши и вперед в суд. Так и тут, мол, мстит за смерть родителей. Вот только мне что-то не нравилось во всем. Потом, правда, разобрались. Сами по себе зелья опасности не представляли. Но только у тетки знакомый ушлый был. Они потом навещали квартиры тех клиентов, и выносили ценности. Причем умно действовали – брали только деньги, и не все, а часть. Люди после больницы уже сами точно не могли сказать, сколько было, сколько потратили. Это потом уже попалась нам одна дамочка, в прошлом бухгалтерша, которая постоянно учет тратам вела. В общем, тетку с сообщником посадили, а девчонку отпустили. Но, сам понимаешь, приятного мало. Следствие без малого год тянулось. Она совершеннолетие в тюрьме встретила, потом, правда, выпустили, в школе восстановили, салон помогли на себя переоформить, но все равно осадок. Я ж потом еще несколько раз ее деятельность проверял по личной инициативе, чтобы проблем у нее не возникло.

– Да уж, кому понравится, что менты свой нос суют куда не следует.

– Вот-вот. А что делать, – опер со стуком поставил чашку на стол, – нравится мне эта девчонка. Хоть и вредная, а ведь добрая она, отзывчивая. Ей бы рядом достойного человека, который оберегать будет – совсем другой станет. Она же как маленький ежик. Пока опасно – колючий шарик, а как все хорошо – милое создание.

– Ох, Юрка, это уже диагноз, – усмехнулся Вадим.

– Да ну тебя, – мужчина посмотрел в чашку, поднялся и вылил остатки кофе в раковину. – Во-первых, она и близко к себе не подпускает. А во-вторых, не появилась еще та женщина, ради которой я бы решил со свободой расстаться.

Оборотень промолчал. Рассказывать будущему родственнику, что он и сам так думал еще в начале лета, пока в воротах его участка не возникло лесное видение в бордовой бейсболке, смысла не было. Слишком давно он знал парня, и уже мог представить, что он скажет в ответ. Мол, и ситуации разные, и ты заранее настроен был иначе, и работа у него опасная, не каждая женщина выдержит. Спорить без толку.

Тишину квартиры нарушил телефонный звонок. Юрка, чертыхнувшись, пошел в коридор за аппаратом, отвечая по пути. Когда он вновь включил громкую связь, Вадим услышал голос Артема.

– В общем, Юр, две новости для тебя. И обе, как понимаешь, плохие.

– Да говори уже, – пожал он плечами, словно собеседник мог его видеть.

– В общем, от тебя это дело забрали, – собственно в этом Юрка и не сомневался, – но хорошее в том, что передали мне, а ты не отстранен. Скажем так, в руководство следствием просили не вмешиваться, а участвовать можешь вполне. Конечно, они там не в восторге от такого расклада, но мы с Димоном прямым текстом заявили, что вдвоем не вытянем, нам нужен кто-то на подхвате, пришлось им на такой расклад соглашаться.

– И то хорошо, – вздохнул опер, а Вадим только сжал руки в кулаки. – Что со второй новостью?

– Пообщался я с таксистом, – Антон выдержал паузу. – В общем, согласно его рассказу, дело было так. Мужик подъехал по указанному адресу, встал около подъезда и связался с диспетчером. Та набрала клиента. Девушка ответила сразу, сказала, что спускается и все. Больше он ничего не видел. Смотрел на дверь подъезда, но она не открывалась. Минут через десять он ей еще раз перезвонил, но никто уже не отвечал. В общем, еще минут через пять-десять он позвонил диспетчерам, рассказал о ситуации, и они решили аннулировать вызов. Единственное, мужик говорит, что когда выезжал – показалось, что дверь подъезда приоткрылась. Он даже притормозил, но, говорит, именно что показалось. Никого так и не было. А еще ему казалось, что за ним кто-то наблюдал, пока он не уехал. Говорит, в первый раз мистика такая, а он уже несколько лет в том парке работает. И еще ни разу клиенты не пропадали.