Лежа со львами

Шприц был готов. "Я могу это сделать, - понял Жан-Пьер, - Я могу убить его. Просто я не знаю, что случиться со мной самим после этого".

Он обнажил плечо Эллиса, под влиянием привычки протер место будущей инъекции спиртом.

В это мгновение появился Масуд.

Жан-Пьер не слышал, как он приблизился, поэтому ему показалось, что он явился ниоткуда и заставил Жан-Пьера вздрогнуть от неожиданности. Масуд положил руку на его руку.

- Я напугал Вас, мосье доктор, - сказал он. Он опустился на колени возле головы Эллиса.

- Я обдумал предложение американского правительства, - сказал он Эллису по-французски.

Жан-Пьер опустился на колени на месте, застыв в таком положении со шприцем, зажатым в правой руке. Какое предложение? О чем это, черт возьми? Масуд говорил открыто, как будто Жан-Пьер был одним из его товарищей - и это так и было, в некотором смысле, - но Эллис. Эллис может предложить, чтобы они говорили наедине.

Эллис приподнялся на локте с усилием. Жан-Пьер затаил дыхание. Но Эллис сказал:

- Продолжайте.

"Он слишком измучен, - подумал Жан-Пьер, - и слишком страдает от боли, чтобы думать о сложных мерах предосторожности, и, кроме того, у него не больше причин подозревать меня, чем у Масуда".

- Это хорошо, - говорил тем временем Масуд. - Но я спрашивал себя, как я собираюсь выполнить свою часть сделки. "Разумеется! - подумал Жан-Пьер. Американцы не стали бы посылать сюда одного из лучших агентов ЦРУ лишь для того, чтобы научить кучку партизан взрывать мосты и туннели. Эллис появился, чтобы заключить договор!".

Масуд продолжал:

- Суть плана состоит в том, чтобы обучить кадры из других зон, и это необходимо объяснить другим командирам. Это будет непросто. Они отнесутся с подозрением - особенно, если я представлю им это предложение. Думаю, что именно вы должны рассказать им об этом, и сказать им о предложениях вашего правительства.

Жан-Пьер был захвачен разговором. План обучения кадров из других зон! Что за черт был в этой идее? Эллис говорил с некоторым трудом.

Я буду рад сделать это. Это всех их объединит.

- Да. - Масуд улыбнулся. - Я созову совещание всех командиров сопротивления, которое состоится здесь, в долине Пяти Львов, в селении Дарг, через восемь дней. Я разошлю гонцов сегодня же, с сообщением, что здесь находится представитель правительства Соединенных Штатов для обсуждения поставок оружия.

Совещание! Поставки оружия! Суть сделки становилась ясна Жан-Пьеру. Но что ему делать с этим?

- А они придут? - спросил Эллис.

- Многие придут, - ответил Масуд. - Наши товарищи из западных пустынь не придут - это слишком далеко, и они нас не знают.

- А как насчет тех, кого мы особенно хотим видеть - Камила и Азизи?

Масуд пожал плечами.

- Все в божьих руках.

Жан-Пьер дрожал от волнения. Это будет самым важным событием в истории афганского сопротивления.

Эллис возился в своей сумке, которая была на земле возле его головы. Может я смогу помочь вам убедить Камила и Азизи, - говорил он. Он вытащил из сумки два маленьких свертка и открыл один из них. Он содержал плоский прямоугольный кусок желтого металла.

- Золото, - сказал Эллис. - Каждый из слитков стоит около пяти тысяч долларов.

Это было целое состояние: пять тысяч долларов превышали двухлетний доход среднего афганца. Масуд взял слиток и повертел в руке.

- Что это? - спросил он, указывая на фигуру, выдавленную в середине прямоугольника.

- Печать президента Соединенных Штатов, - сказал Эллис.

Мудрый ход, подумал Жан-Пьер. Как раз то, что нужно, чтобы произвести впечатление на племенных вождей и одновременно вызвать у них непреодолимое любопытство встретиться с Эллисом.

Масуд кивнул.

- Думаю, что они придут.

Можешь поставить на карту свою жизнь, что они придут, подумал Жан-Пьер.

И вдруг он точно понял, что ему надо делать. Масуд, Камил и Азизи, три крупнейших руководителя сопротивления, соберутся в селении Дарг через восемь дней.

Ему надо сообщить об этом Анатолию.

И тогда Анатолий сможет их всех убить.

"Вот оно, - подумал Жан-Пьер, - этого момента я все время ждал, со дня прихода в долину. Масуд попался - и с ним двое других командиров восставших. Но как я сообщу об этом Анатолию? Должен быть какой-то способ.

- Встреча глав, - говорил тем временем Масуд. Он улыбнулся с оттенком гордости. - Это будет хорошее начало для рождения нового единства сил сопротивления, правда?

"Или это, - подумал Жан-Пьер, - или начало конца". Он опустил руку, направив иглу в землю, и нажал на поршень шприца, выливая его содержимое. Он видел, как яд впитывался в пыльную почву. Новое начало или начало конца.

Жан-Пьер ввел Эллису антисептик, удалил пулю, очистил рану, наложил новую повязку и ввел ему антибиотик, чтобы препятствовать развитию инфекции. После этого он занялся двумя партизанами, у которых были небольшие раны после вчерашней схватки. К тому времени по селению разнеслась весть, что появился доктор, и во дворе фермы собралась небольшая кучка пациентов. Жан-Пьер назначил лечение грудному ребенку с бронхитом, помог в трех случаях неопасных инфекций и мулле с глистами. После этого он пообедал. Ближе к вечеру он упаковал свою сумку и взобрался на Мэгги, готовый отправиться домой.

Он оставил Эллиса. Эллису будет гораздо лучше остаться на несколько дней там, где он был - рана заживет быстрее, если он не будет двигаться. Теперь, наоборот, Жан-Пьер волновался о том, чтобы Эллис оставался в добром здравии, потому что если он умрет, совещание не состоится.

Возвращаясь на старой кобыле вверх по долине, он продумывал различные способы связаться с Анатолием Конечно, он мог бы просто повернуть лошадь и отправиться ниже по долине в Роху, и выдать себя русским. Если они не застрелят его, едва завидев, он увидит Анатолия без промедления. Но тогда Джейн будет знать, куда он отправился, и скажет Эллису, а Эллис изменит время и место встречи.

Ему надо найти способ послать письмо Анатолию. Но кто передаст его?

Разные люди то и дело проходили через долину, направляясь в Чарикар, город, занятый русскими, расположенный в шестидесяти-семидесяти милях на равнине, или в Кабул, столицу, в сотне миль отсюда. Среди путников были молочные фермеры из Нуристана с маслом и сыром, путешествующие торговцы, продающие горшки, кастрюли и сковородки, пастухи, перегоняющие на рынок небольшие отары овец с жирными курдюками, и семьи кочевников, направляющиеся по своим таинственным кочевым делам. Любого из них можно подкупить, чтобы они отнесли письмо на почту, или попросту сунули его в руки какому-нибудь русскому солдату. Кабул был в трех днях пути, Чарикар - в двух. Роха, где были русские солдаты, не никакого почтового отделения, был всего в одном дне пути. Жан-Пьер был вполне уверен, что сможет найти кого-нибудь, кто согласится исполнить его поручение. Конечно, был риск, что письмо вскроют и прочтут и тогда Жан-Пьер будет обнаружен, его начнут пытать и убьют. Он должен быть готов к этому риску. Но тут была еще одна закавыка. Этот посыльный, взяв деньги, действительно ли передаст письмо? Ничто не мешало ему "потерять" письмо по дороге. А Жан-Пьер может так никогда и не узнать, что случилось. Весь этот план был очень ненадёжен.