Лабиринт

Я свернул на улицу Медных горшков. Еще немного, и нога моя впервые переступила заветный порог Тайной Двери, ведущей в Дом у Моста. Традиции есть традиции! До сегодняшнего дня я не имел права проникать в здание Управления Полного Порядка через этот вход. Разве что, через обычную дверь для посетителей, но до этого я решил не опускаться. Да и делать мне там до сих пор было, вроде бы, нечего...

Короткий коридор вел на половину, занимаемую Малым Тайным Сыскным Войском - моей родной организацией. Вторая половина здания моего интереса не вызывала, поскольку принадлежала Городской Полиции Ехо, под предводительством Генерала Порядка сэра Бубуты Боха, о котором я пока не слышал ни одного лестного отзыва! Я миновал огромную пустующую приемную (робко дремлющий на краешке стула курьер был не в счет), зашел в Зал Общей Работы, где застал сэра Лонли-Локли, что-то сосредоточенно записывающего в объемистую тетрадь. "Вот тебе и на! И тут писанина!" - Подумал я печально. - "А как же самопишущие таблички и запоминающие каждое слово буривухи?" Тревога оказалась напрасной: сэр Шурф Лонли-Локли вел "рабочий дневник", своего рода, "ежедневник", к тому же исключительно ради собственного удовольствия. Я не стал отрывать его от добровольной бюрократической барщины и прошел в кабинет сэра Джуффина Халли, оказавшийся сравнительно маленькой и очень уютной комнатой.

Сэр Почтеннейший Начальник сидел за столом и давясь от смеха, пытался отчитывать леди Меламори, замершую напротив него с видом скромной гимназистки.

- А, это ты, сэр Макс? Первое задание: пойди в город и соверши, пожалуйста, какое-нибудь зверское убийство. А то ребята от безделия с ума сходят. Знаешь, что выкинула эта "первая и последняя леди тайного сыска"? Она "вступила на след" капитана Фуфлоса, заместителя, шурина и брата по разуму господина Бубуты Боха. У бедняги начало ныть сердце, плохие предчувствия овладели им... Короче говоря, только смышленость молодого лейтенанта, сэра Камши, спасла господина Фуфлоса от самоубийства... Его отправили в поместье приходить в себя, а достойный лейтенант Камши пришел ко мне и поделился своими подозрениями... Да, вот на таких ребятах и держится городская полиция! Этого бы сэра Камши, да на место Бубуты... Тебе смешно, сэр Макс?

- И вам тоже, - сквозь смех заметил я, - не идите против природы, сэр! Дайте себе волю, а то лопнете!

Сэр Джуффин махнул рукой и внял моему медицинскому совету. Меламори смотрела на нас почти с упреком.

- Ну что мне с тобой делать, леди? Твое счастье, что этот Камши на тебя, кажется, заглядывается. Ты представляешь, какой мог бы подняться шум, если бы он чуть больше дорожил буквой закона и здоровьем своего босса?

- Ну, тогда мы бы просто доказали, что капитан Фуфлос преступник! - Невинно прошептала леди Меламори и неотразимо улыбнулась нам обоим. - Вы же первый получили бы удовольствие.

- Нет, вы только ее послушайте! В общем так, леди Меламори. Поскольку ты окончательно одурела от безделия, отправишься на три дня в Холоми. Там посмотришь на симпатичных парней, и заодно постараешься сделать так, чтобы они поняли, что их ждет в том случае если они попытаются повториь свои подвиги. И не дуйся. Профилактика преступлений - работа скучная, но делать ее надо. Заодно почувствуешь себя узницей. И поделом! Если что-то произойдет, я тебя вызову. Так что, моли Темных Магистров о кровавом преступлении. Да, и не забудь дать взятку сэру Камши. Поцелуем - дешевле, но мой тебе совет: порадуй его чем-нибудь из запасов своего дяди Кимы. Это уж точно ни к чему не обяжет, хотя и превзойдет его самые смелые ожидания. А теперь - марш в тюрьму.

Леди Меламори мученически закатила глаза.

- Видите, сэр Макс? Вот он - оплот тирании! В Холоми, на целых три дня, из-за какой-то невинной шутки! Фу!

- Ну, прямо уж: "фу"! - Ехидно ухмыльнулся сэр Джуффин. Старый комендант устроит тебе королевский прием. Знаешь, какой у него повар?

- Знаю. И только поэтому не примаю яд прямо у вас в кабинете. - Леди Меламори вдруг по-настоящему виновато посмотрела на Джуффина. - Простите меня, сэр Джуффин. Но этот Фуфлос такой забавный! Я просто не могла удержаться...

- В общем-то могу себе представить! - И Джуффин снова расхохотался. На этот раз смеялись мы втроем. Думаю, что леди Меламори Блимм сходили с рук и не такие шуточки.

Наконец прекрасная преступница укатила в Холоми на служебном амобилере, успев на прощание сообщить мне, что она "не всегда такая". Хотелось верить...

- Ну, сэр Макс, теперь я вынужден обратиться к тебе, как официальное лицо. - Сказал поскучневший Джуффин. - Позволь для начала представить тебе Куруша.

История должностного преступления леди Меламори полностью заняла мое внимание. Теперь я наконец заметил большую мохнатую совоподобную птицу, важно усевшуюся на спинку пустующего кресла. Все это время птица с немалым удовольствием прислушивалась к нашей беседе. Теперь буривух (а это и был буривух!) соизволил свысока изучить мою персону.

- Ничего, подходит! - Наконец заявило это пернатое чудо. Насколько я понял, речь шла обо мне.

- Спасибо, Куруш! - Я хотел пошутить, но фраза прозвучала вполне серьезно.

Сэр Джуффин кивнул:

- Это - высшая оценка, Макс! Знал бы ты, что он говорил об остальных!

- А что ты говорил об остальных? - Полюбопытствовал я.

- Это служебная тайна, - невозмутимо сообщил Куруш, - а у вас дела!

"Дела" состояли в том, что сэр Джуффин заставил меня произнести какую-то абракадабру на непонятном языке. Выяснилось, что это - древнее заклинание, долженствующее намертво связать меня с интересами Короны.

- Но я ничего не чувствую! - Растерянно сказал я, после того, как выговорил этот чудовищный скетч.

- А ты ничего и не должен чувствовать. Со мной, во всяком случае, тоже ничего не случилось, когда я это говорил... Может быть, все это - просто суеверие, а может быть, оно действует неощутимо, как знать, сэр Макс!... Приготовься. Теперь я вынужден зачитать тебе служебную инструкцию, в присутствии нашего Куруша. Можешь не вникать, думай о чем-нибудь приятном: чтение затянется надолго. В случае нужды, Куруш процитирует ту главу, в которой возникнет надобность. Да, мой хороший? - сэр Джуффин с нежностью посмотрел на буривуха, который надулся от гордости, на что такое мудрое и очаровательное существо имело полное право.