Страница 15 из 31
С мая по декабрь 1921 г. В. И. Ленин постепенно укрепил позиции наиболее лояльных наркомов в правительстве и его органах, в частности, соединил руководящую верхушку Совета народных комиссаров и Совета труда и обороны (ранее связующим звеном был только он сам). 24 мая 1921 г. Политбюро назначило заместителем председателя Совета труда и обороны с правом решающего голоса в Совете народных комиссаров А. И. Рыкова 280.
Покуда здоровье позволяло решать все вопросы, включая второстепенные, самому, А. И. Рыкова в помощниках было довольно. Однако здоровье В. И. Ленина оставляло желать лучшего. 27 марта 1922 г., выступая на XI съезде РКП(б), вождь расписался в том, у него в последние месяцы не было возможности «касаться дела непосредственно», он «не работал в Совнаркоме, не был и в ЦК» и имел лишь возможность исправлять отдельные промахи этих органов во время своих «временных и редких наездов в Москву»281. В условиях перехода страны к нэпу и ухудшения самочувствия вождя А. И. Рыков в качестве единственного заместителя в правительстве В. И. Ленина устраивать перестал. 28 ноября 1921 г. он поделился с А. Д. Цюрупой, преданным, решительным и очень последовательным старым большевиком, командовавшим в эпоху военного коммунизма в качестве наркомпрода 70-тысячной продовольственной армией, «созревшим» в его голове планом. Вернее – надводной частью этого плана: «В дополнение к должности зампредСТО Рыкова (с правом решающего голоса в СНК) учреждается на равных правах должность второго зампредСТО. Назначается, с освобождением от НКПрода, Цюрупа»282. Заместителям по Совету труда и обороны Ленин предоставлял следующие права: «решающий голос в СНК и в СТО; председательствование, при отсутствии Председателя; все права Председателя СНК в отношении участия во всех коллегиях и учреждениях и (в числе этих прав) право давать подлежащие немедленному исполнению указания насчет практической работы наркомам и их [наркоматов. – С.В.] членам коллегий и т. д. (с ведома наркомов соответствующих ведомств) по вопросам объединения и направления работы экономических наркоматов»283. Важным нюансом стало предписание эту формулировку утвердить не в Политбюро и не на пленуме ЦК РКП(б), а во ВЦИК Советов284 как высшем органе государственной власти. Ленин, очевидно, полагал, что два его зама – «старый» Рыков и «новый» Цюрупа – займутся коренной перетряской руководителей советско-хозяйственного аппарата. Ленин сопроводил ту часть письма, которую планировал провести во ВЦИК, личным пояснением: «Задача – объединить на деле, подтянуть и улучшить экономическую работу в ЦЕЛОМ, особенно в связи и через Госбанк (торговля) и Госплан. / Лично ознакомиться с работой всех экономических наркомов и всех членов их коллегий и ряда (10—100) крупнейших работников местных и областных в этой области. Участвовать лично в важных заседаниях коллегий соответствующих наркоматов, Госплана, Госбанка, Центросоюза и т. п. и проверять лично, по выбору зампредСТО, важнейшие или особо злободневные функции»285. Одна из целей состояла в выработке «высококвалифицированного типа инспекторов-инструкторов для проверки и постановки всей экономической работы, во всех экономических учреждениях и центра, и мест»286. В рамках борьбы с бюрократией Ленин специально пояснял, что, как и в случае с созданием в 1918 г. Совета рабочей и крестьянской обороны, специальный аппарат для двух заместителей председателя СТО РСФСР создан не будет: как и прежде, «аппарат» должны были составить управляющий делами Совета труда и обороны, его помощники и секретари287. Боясь конфуза в случае (маловероятном) отказа, Ленин просил Цюрупу вернуть ему письмо. Предвидя все же согласие Цюрупы и желая дать понять соратникам, что умирать он пока не намерен, Ленин уточнил, что рокировка будет проведена всерьез и надолго: «может быть, на 3–4 года, может быть – на 30 лет»288. Вождь, очевидно, был искренне уверен, что у руля мировой революции он будет стоять вечно. 30 ноября, получив, как и следовало ожидать, согласие Цюрупы, Ленин предложил ознакомиться с документом товарищам по Политбюро, с тем чтобы 1 декабря они приняли решение по документу.
Соратники, осознав, в каком положении они окажутся в случае решения вопроса во ВЦИК, перестраховались и постановили, в строгом соответствии с официальной частью ленинского письма, «освободить т. Цюрупу от должности наркомпрода, утвердив его в должности второго заместителя Председателя СТО, с решающим голосом в СТО и СНК и с утверждением в этой должности Президиумом ВЦИК»289. Всероссийскому ЦИК на следующий день позволили только, как тогда говорили, «провести в советском порядке» уже состоявшееся решение Политбюро ЦК РКП(б)290. 5 декабря 1921 г. Политбюро, рассмотрев вопрос «О заместителе Ленину в СНК», возложило председательствование в СНК на время отсутствие вождя на А. Д. Цюрупу291. Таким образом, А. Д. Цюрупа, с серьезной корректировкой ленинских предложений, стал не вторым, а равным А. И. Рыкову заместителем председателя СНК РСФСР292, коль скоро именно ему доверили председательствование в правительстве в условиях болезни вождя.
Во взглядах на взаимодействие ЦК и Совнаркома с В. И. Лениным разошелся И. В. Сталин как секретарь и член ЦК и заведующий Агитационно-пропагандистским отделом Секретариата. Кстати, «доверив» И. В. Сталину агитационно-пропагандистский участок большевистской работы, вождь в значительной степени сделал его ответственным за нэп как временное «отступление», ведь теперь именно будущему генсеку приходилось растолковывать окормителям партийных и советских душ, почему партия совершила малопонятный массе поворот на 90 градусов. Когда на XI съезде РКП(б) 1922 г. В. И. Ленин заверил делегатов, что «отступление» закончено, Д. Б. Рязанов не преминул заметить, что он не видит, где, собственно, партия «ставит точку этому отступлению»293, поскольку коллективного обсуждения мер, принимаемых при «отступлении», ЦК не организовал. А в ЦК этим должен был заниматься как раз Агитационно-пропагандистский отдел Секретариата. Вождь направил своего потенциально опасного соратника в аппарат ЦК, с тем чтобы его политически «убить», но тот, в свою очередь, что естественно, попытался использовать свой новый пост для укрепления властных позиций. 29 ноября 1921 г. в письме вождю И. В. Сталин высказал следующие предложения по реорганизации работы Центрального комитета для максимального овладения советско-хозяйственным механизмом: «[Прежде] чем поставить […] вопрос в П[олит] б[юро], я решил [узнать,] каково Ваше мнение на этот счет? […] Едва ли нужно доказывать, что подготовка и прорабатывание вопросов хозяйственного характера (финансы, денежный, кооперативы всех видов, индустрия, аренда, концессии, торговля), идущих потом на разрешение Политбюро, протекает […] в условиях более чем ненормальных. Начать с того, что различные комиссии по хозяйственным вопросам (кооперативная при Оргбюро, денежная, тарифная и др.) не связаны между собой, действуют вразброд, с одной стороны, с другой – не всегда связаны прямо с Политбюро, т. е. не все эти комиссии имеют в своем составе того или иного члена Политбюро. Далее, сам ЦК и верхушка его, Политбюро, построены так, что в их составе почти нет вовсе знатоков хозяйственного дела, что также [отрицательно отражается] на подготовке хозяйственных вопросов. Наконец, члены Политбюро в целом иногда вынуждены решать вопросы на основании доверия или недоверия к той или иной комиссии, не входя в существо дела. Положить конец такому положению можно было бы, изменив состав ЦК вообще, Политбюро в частности в пользу знатоков хозяйственного дела. Я думаю, что эту операцию следует произвести на XI съезде партии, ибо до съезда, я думаю, нет возможности восполнить этот пробел. А пока можно было бы провести следующие меры, могущие более или менее упорядочить дело подготовки хозяйственных и финансовых вопросов: 1) свести все существующие хозяйственные комиссии к 4-м комиссиям (финансово-денежная, промышленная, торговая с потребкооперацией, сельскохозяйственная с соответствующими видами кооперации), определив их по партийной линии при Политбюро, а по советской при СТО; 2) расписать четырех членов Политбюро по этим комиссиям, обязав их принять в работах комиссии самое активное участие (пятого члена Политбюро, т. Ленина, не связывать обязательством участия в работах комиссии, предоставив ему возможность увязать работу всех четырех комиссий через четырех членов Политбюро или в ином порядке); 3) максимально разгрузить от[о] всякой прочей работы упомянутых выше четырех членов Политбюро»294. Вождь, пока что не обеспокоенный сталинской активностью, оставил записку без последствий. Однако отсутствие реакции на сталинские предложения свидетельствует об одном: никакого укрепления Политбюро и усиления контроля этого органа над советско-хозяйственным механизмом вождь не планировал. Ему, как и прежде, казалось целесообразным самому продолжать, как он это делал с 1917 г., непосредственное руководство социалистическим строительством, курс на которое официально взяла еще VIII конференция РКП(б) в декабре 1919 г.295, в правительстве.
280
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 169. Л. 2.
281
XI съезд РКП(б). Март – апрель 1922 г. С. 34.
282
Ленин В. И. Полное собрание сочинений: Т. 44. М., 1974. С. 253.
283
Там же.
284
Там же.
285
Там же. С. 253.
286
Там же. С. 254.
287
Там же. С. 254.
288
Там же. С. 254.
289
Ленин В. И. Полное собрание сочинений: Т. 44. С. 565 (примеч.); РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 239. Л. 3.
290
Ленин В. И. Полное собрание сочинений: Т. 44. С. 565 (примеч.).
291
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 240. Л. 1.
292
Ленин В. И. Полное собрание сочинений: Т. 44. С. 579 (примеч.).
293
Одиннадцатый съезд РКП(б). Март – апрель 1922 г. С. 84.
294
Цит. по: Сахаров В. А. Указ. соч. С. 165–166.
295
Восьмая конференция РКП (б). Декабрь 1919 г. М., 1934. С. 207.