Страница 19 из 51
Я подскочила и села на диване, пытаясь продрать глаза и посмотреть на того, кто меня разбудил, но яркий свет выбивал слезу, мешая хоть что-то разглядеть. Наконец, мне удалось приоткрыть один глаз настолько, чтобы увидеть нависающий надо мной силуэт, показавшийся мне огромным, освещённый десятком шариков, висящих у него над плечами и, наверное, за спиной.
– А можно свет убрать? – пробормотала я, заслоняя глаза ладонью.
Свет уменьшился. Я убрала ладонь и повторила попытку открыть глаза. Получалось уже лучше, но слёзы мешали разглядеть того, кто стоял надо мной, так что я стала тереть глаза, пытаясь проморгаться.
– Ты мне не ответила. Кто ты?
– Аэтель.
– Очень информативно, – усмехнулся кто-то. Это слово я не поняла, зато следующие были вполне нормальными. – Откуда ты здесь взялась?
– Керанир принёс. Я – жертва.
– Чья жертва? – мой собеседник был явно ошарашен.
– Человеческая. Ну… это… дар.
– Какой ещё дар? А, день летнего солнцестояния. Ясно. Вот только зачем он тебя взял?
– Корову доить, – именно это ведь и сказал мне Керанир. – А вы старейшина, да?
Я, наконец, проморгалась и теперь с удивлением смотрела на мужчину, нависшего надо мной. Он показался мне огромным, может, потому, что я сидела, а он стоял? И выглядел при этом очень недовольным.
– Да, – мужчина кивнул и недоумённо нахмурился. – Какую корову? Нет у нас никакой коровы. Что ещё придумал этот мальчишка?
– Теперь есть. А где же ваша борода, если вы старейшина?
– Какая ещё борода? Что ты мне голову морочишь? И откуда взялась корова?
– Тоже дар.
– А, верно… Плохо соображаю, третьи сутки не сплю, – мужчина потёр лицо ладонью и встряхнул головой со странными волосами.
У нас так не стригутся. Мужчинам просто подрезают волосы снизу по кругу, когда они слишком отрастают, а у старейшины они были и на макушке пострижены, были все одной длины и смешно топорщились. И были странного цвета – более тёмные у корней и совсем светлые на кончиках. Выгорели, что ли? Он что, на солнце без шапки ходит? Так ведь и солнечный удар заработать можно!
И бороды не было. Совсем никакой, ни седой, ни такой, как волосы. Я без бороды только совсем молодых парней видела, даже братец Херевард, годом старше меня, бороду отращивает, совсем жиденькую, клочкастую и смешную. Ещё у управляющего бороды не было, но у него усы. А у старейшины и усов не было, хотя он взрослый уже. Странно это. И непривычно. Хотя, наверное, удобно, еда в бороде не застревает.
– Так, ладно. Корова – это хорошо, это правильно. А вот тебя нужно обратно вернуть, нечего тут людям делать.
Не хочу я обратно! Мне и здесь хорошо. Дома-то, у родных маменьки да папеньки, за прислугу жила, а здесь, вроде как жертва, а ко мне по-человечески, хоть и нелюди. И еды досыта, и диван отдельный, мягкий, и нужник тёплый и не воняет, и воду из колодца таскать не нужно. И дети не капризные и не сопливые, и вообще не дети. И платье обещали дать, а ещё – обувь! Летом – обувь! А картошка какая вкусная, оказывается! Нет, не хочу назад.