Страница 11 из 29
Сам Эирианн был поделен на пять государств: Коннахт, Улайд, Мунстер, Лагин и Мидэ. В Мидэ находилась Тара, жемчужина среди городов Эирианна. Именно там, среди зеленых холмов, лежал вход в мир Первородных, Нуадреанн, названый в честь короля Нуаду.
– Первородные? – удивилась я. – А это кто еще такие?
Мера снова расчесывала мои волосы, решив сделать другую прическу. Непослушные локоны лезли в глаза, горели золотом в лучах пробивающегося сквозь занавес солнца. От успокаивающих прикосновений гребня меня давно уже клонило в сон.
– Как ты можешь про них не знать?! – возмутилась девочка. – Наверное, в своем Улайде у тебя совсем память отшибло! Это Дети Богини Дану, они прилетели сюда в окружении темных облаков. Их было так много, что они в течение трех дней затмевали солнце. Король драконов Нуаду Серебряная Рука разбил войска людей, что правили Эирианном в те времена.
– Отлично! – пробормотала я, пытаясь хоть как-то пристроить эту информацию в голове. – Значит, Первородные и король драконов Нуаду Серебряная Рука. Хорошее имя, харизматичное! Постой, ты говоришь, драконы? Какие еще драконы?!
– Самые обыкновенные, – ответила девочка. – Очень большие. Они летают и изрыгают пламя. Правда, я еще ни одного не видела!
И тут страшная догадка потрясла мое и так ослабленное чудесами чужого мира сознание. Значит, в пустыне я столкнулась вовсе не с динозавром! Чудовище с черными перепончатыми крыльями, которое разглядывало меня, распростертую перед ним на песке, был тот самый Первородный дракон?
О Боже!.. Я нервно рассмеялась.
– Послушай, а как они выглядят, эти драконы из Племени Богини? Они люди или что?.. Вернее, кто?
Мера посмотрела на меня сочувственно. Как на сумасшедшую, которую нельзя расстраивать, а то случится очередной рецидив.
– Они прекраснее всех людей, потому что в них течет божественная кровь Богини Дану, – мечтательно произнесла девочка. – Самые умные и лучшие на свете воины. Замечательно играют на музыкальных инструментах… К тому же только им и их детям подвластна магия на Эирианне. Поэтому и в друиды берут только тех, у кого есть хотя бы немного крови Первородных. Какой друид без целительной магии?
– Значит, все-таки люди?
У меня все не получалось представить крылатого дракона с лютней… в зубах. Или же в лапах? А что там было про магию? Я почему-то вспомнила темноволосого красавчика из крепости. Как же филигранно он управлял Потоком! Может, он и был тем самым драконом, который нашел меня в пустыне?!
– Они могут принимать как облик человека, так и дракона, – продолжила Мера, подтвердив мою догадку. – А еще они живут долго-долго, всегда! Никогда не умирают, если только их кто-нибудь не убьет!
– Откуда ты столько знаешь? – подозрительно спросила у нее, пораженная эрудицией маленькой девочки.
– Я учусь в храме Бригитты! – с гордостью ответила Мера. – Меня выбрали среди многих девочек, и я уже полгода хожу в школу. Посмотри, у меня даже талисман есть, похожий на твой, мне его Мать-Друидесса подарила!
Мера вытащила из-под длинной рубахи кожаный шнурок, на котором висел серый камень с выцарапанной на нем спиралью.
– Когда я подрасту, то стану жрицей, – продолжала девочка. – Если бы у меня были способности к целительству, то я могла бы выучиться на друидессу. Но мои родители – чистокровные люди, – печально добавила она.
Я прижала девочку к груди.
– Знаешь, если что-то очень захочешь, оно обязательно сбудется!
– Правда? – удивилась девочка.
– Да, только для этого придется много учиться и работать!
Мне ли не знать, привыкшей к ежедневным изматывающим тренировкам? А затем было несколько лет учебы, во время которой я была готова на любую подработку, чтобы прокормить себя и заплатить за образование. Родители умерли, бабушка пыталась мне помогать, но я не соглашалась. Сама справилась!
Мера не отпускала меня, прижимаясь сильно-сильно. Я тоже обняла ее худенькое тело.
– А затем пришли фоморы… – внезапно тусклым, безжизненным голосом произнесла она.
– Не рассказывай! – попросила я. – Тебе тяжело, не стоит!
– Но я должна помнить! О таких вещах нельзя забывать на Эирианне… Ведь фоморы – порождения Тьмы и Ужаса, живущие в Темном мире. Им служат люди, перешедшие на их сторону. Или же они служат людям, никто из нас не знает! Они несколько раз пытались захватить Эирианн, но Племена Богини Дану разбили их в битве при Маг-Туиреде, где погиб король Нуаду Серебряная Рука. После этого фоморы долго не ступали на наши земли. А когда здесь появились сыновья Миля, наши предками, – продолжала Мера, – то они разбили войско Первородных. С тех пор люди правят всем Эирианном. Дети Богини Дану ушли в Нуадреанн, их прекрасное королевство, где не ступала нога ни одного человека.
– Правда? – не поверила я. – Не может такого быть! Обязательно найдется кто-то излишне любопытный…
Мера пожала плечами.
– Я не знаю! Говорят, что люди не могут попасть в их страну. Несколько лет назад фоморы опять напали на Эирианн, потому что они хотят править всеми мирами, нашим и Нуадреанном, и отомстить Первородным за поражение…
Тут девочка заплакала. Слезы потекли из глаз, впитываясь в грубую материю моего платья.
– Давай приляжем! – попросила я, кивнув на шкуру неизвестного, но внушающего уважение зверя.
Вскоре она заснула, продолжая меня обнимать. Я же убрала рыжие локоны с ее лба, затем положила нож поближе, натянула на себя край одеяла и скользнула вслед за Мерой в мир сновидений.
Глава 6
Меня разбудил женский голос. Я попыталась встать, но запуталась в одеяле, да и цепкое кольцо детских рук не давало мне подняться.
– Эиринн, я уже вернулась! – Оказалось, Нисса сидела рядом и улыбалась. – Как спалось?
– Спасибо, не жалуюсь! – пробормотала я, чувствуя себя крайне неловко от того, что она зовет меня именем своей умершей дочери.
– О, Мера, и ты тоже здесь? – удивилась пожилая женщина.
– Доброго вам дня, мама Нисса! – сонно пробормотала девочка. – А вы из города? Не видели там мою маму?
– Она на рынке, скоро придет!
– А мы тут слегка… задремали, – призналась я, пытаясь пригладить растрепавшиеся волосы. Мера их расчесывала-расчесывала, но за разговорами косы так и не заплела.
– Тебе сейчас надо много спать! – Нисса поднялась. – Я вижу, вы хорошо здесь похозяйничали!
Похвала оказалась приятной. Внезапно страшная мысль пришла мне в голову, заставив подпрыгнуть. Я же забыла снять белье с изгороди! Может, здесь воруют все, что плохо лежит и хорошо сушится? Из-за меня Нисса лишится дорогих сердцу тряпок!
Расцепив руки девочки, я рванула к выходу, мечтая, чтобы ничего не пропало. Тут полог на входе в дом отодвинулся, и я влетела животом в большую плетеную корзину, накрытую светлым домотканым полотенцем, из-под которого выглядывали ощипанные куриные лапы и ярко-желтые, круглые бока то ли яблок, то ли апельсинов.
– Эй! – раздался возмущенный мужской голос. – Пропусти, чего стала?! Тяжело же!
Я растерянно заморгала, потому что обладателя голоса нигде не было видно. Наконец, разобралась – на меня снизу-вверх смотрел… карлик! Вздохнув, мужчина опустил ношу на пол. У него была слишком большая голова для низенького коренастого тела, доходившего мне едва ли до груди, короткие искривленные руки и ноги. Косо подстриженная темная челка густой копной спадала на широкий лоб. Черные глаза разглядывали меня излишне внимательно. Наконец, мужчина выдал вполне привлекательную улыбку, блеснув ровными белыми зубами на заросшем темной щетиной лице.
Он выглядел лет на тридцать, не больше, и, если бы не его рост, я бы посчитала его вполне симпатичным.
– Простите!.. – пробормотала я. – Давайте помогу!
Схватила корзину, рывком подняла. Тяжеленная! Потащила ее к столу.
– Я бы сам донес, – весело сказал он мне вслед. – А куда ты так спешила?
И точно, тряпки! Взвыв, я рванула к выходу.
К моей радости, на Ниссино тряпье никто не покусился. Я сгребла его в кучу и занесла в дом. Там все оказались при деле. Мера, болтая ногами, сидела на лавке и ела кусок хлеба с маслом. Темноволосый мужчина – ну не могу называть его карликом даже мысленно! – грыз сыр. Нисса ловко разделывала курицу.