Страница 67 из 110
...Когда он проснулся, уже смеркалось. Бензиорн потер заплывшие глаза. В голове шумело, во рту пересохло. Он помнил, как сидел здесь, напевая песенку, но напрочь забыл, как заснул. Но что же, однако, его разбудило? Бензиорн прислушался. Ага, вот опять, кажется, какой-то странный скрежет. Или все-таки почудилось? Что за наваждение! Выругавшись про себя, Бензиорн с трудом поднялся на ноги и, кряхтя, взобрался на бочку, чтобы получше рассмотреть, что делается вокруг. Снова послышался скрежет, потом кто-то выругался - голос доносился как будто из-под земли, - и тут же раздался стук, словно что-то упало. Звук этот показался лекарю смутно знакомым. Ага! Он слышал его во время нападения наемников, когда контрабандисты проникли в убежище Джарваса через люк в полу сукновальни!
Может быть, кто-то из них разыскивает Яниса? Бензиорн вытянул шею и заглянул за колонну. В следующее мгновение он увидел двух подозрительных личностей. Они поддерживали друг друга и пошатывались словно пьяные - и вдруг без сил рухнули на землю.
Бензиорн затаил дыхание, ожидая, что будет дальше, но никто из пришельцев не двигался. Сумерки сгущались, и лекарь уже стал подумывать о том, не слезть ли ему потихоньку и не отправиться ли домой. Неизвестно, как там Янис, да и Тарнал уже наверняка разыскивает его. Бензиорн осторожно поставил ногу на выступ в стене, но похмелье сказалось на его движениях, и вместо того, чтобы бесшумно ступить на пол, он брякнулся с бочки и задел одну из пустых бутылок. Та со звоном откатилась и, ударившись о стену, разбилась. Грохот гулко раскатился под высокими сводами. Бензиорн негромко выругался и тут же услышал чей-то голос:
- Папа! Что это было?
- Чщшш!
Потом раздался лязг меча, вытаскиваемого из ножен. Но первый голос был явно девичьим, и Бензиорн расхрабрился. Эти люди, видать, и сами кого-то боятся, раз прячутся здесь, и, стало быть, не представляют серьезной опасности.
- Эй вы! - крикнул лекарь. - Кто бы вы ни были, вам нечего бояться. Я не сделаю вам ничего дур... - тут он осекся, ибо кто-то приставил обнаженный меч к его горлу.
- Не двигайся, или умрешь! И не кричи, иначе первое же твое слово будет для тебя и последним, понял?
- Да, - пролепетал дрожащий лекарь. Ноги у него стали как ватные, но он боялся пошевелиться, понимая, что это смертельно опасно.
- Кто ты такой? - спросил неизвестный голосом, не предвещающим ничего хорошего.
- Б... Бензиорн, лекарь.., э-э.., то есть бывший лекарь.
- Кто-кто?
- Я не желаю вам зла. Я не враг, можете убедиться сами. Отпустите меня, и я уйду не оглядываясь. Пожалуйста, уважаемый господин! - Бензиорн все еще бормотал что-то невразумительное, но тут в нем неожиданно проснулась гордость. Неужели он так опустился? Но, с другой стороны, что еще можно делать, когда на карту поставлена твоя жизнь? С тех пор как он лишился жены и детей, Бензиорн не раз уверял себя, что совершенно не дорожит свое и жизнью, но сейчас, к собственному удивлению, он понял, что это не так. Оказалось, его жизнь очень дорога ему.
- Бензиорн? - задумчиво переспросил незнакомец. - Боги свидетели, это имя мне почему-то знакомо. Постой-ка - а не ты ли помогал моей жене при родах, когда целительница из Академии отказалась прийти?
Услышав эти слова, лекарь облился холодным потом. Единственный смертный в городе мог рассчитывать на помощь Мериэль, и Бензиорн хорошо знал, кто этот смертный. У него мелькнула шальная мыслишка соврать, но сразу же ушла в небытие, как ушла тогда жена этого купца.
- По крайней мере я спас ребенка, - прошептал он. - Я бы спас и мать, будь это возможно...
- Будь ты проклят!
Рука купца, державшая меч, задрожала, и на горле у Бензиорна появилась царапина.
- Папа! - неожиданно вмешалась девушка. - Папа, прошу тебя, не надо! Дульсина говорила мне, что лекарь сделал все возможное. Он не виноват, что Мериэль отказалась помочь. В любом случае, маму этим не вернешь. И как можно, после того что испытали мы сами, проклинать его за поступки магов? Если кто и виноват в смерти мамы, так это волшебница Мериэль, но она уже умерла...
- Умерла?
Бензиорн почувствовал, что купец убрал меч, и, обессиленный, прислонился к бочке. От страха он был слишком слаб, чтобы думать о бегстве.
- У меня не было случая сказать об этом раньше, - ответила тем временем девушка, - но в Академии такие вещи узнают сразу...
Ваннор поражение уставился на нее.
- Но ведь Паррик и Элевин были вместе с ней! - воскликнул он. - Что же случилось с ними? О боги, живы ли они?
И тут в дверях сукновальни возник человек с горящим факелом в руке. Бензиорн впервые разглядел лица тех, кто напал на него, и сам себе удивился: как он мог до такой степени испугаться этих оборванцев?
- Тарнал! - вскричала изумленная девушка. - Хвала богам, это ты!
К радости и удивлению Бензиорна, она прильнула к молодому контрабандисту, и одного взгляда на его лицо было достаточно, чтобы понять: он абсолютно ничего не имеет против этого.
Глава 17
ЯСНОВИДЕНИЕ
Проснулась Ориэлла, как и заснула - с Вульфом на руках. Невыспавшаяся и усталая, она прежде всего успокоила скулящего волчонка, а затем удивленно огляделась. Стены были грубее, чем в крепости, а темнота - гуще. Какая-то пещера, что ли? О боги, куда же она попала? Увидев спящего рядом Анвара, Ориэлла слегка успокоилась и снова полезла было под теплые шкуры, как вдруг ужасное воспоминание больно кольнуло волшебницу.
Боан погиб! Еще один товарищ сгинул в бессмысленной борьбе. А ведь она обещала помочь ему, избавить от немоты, но так и не нашла времени выполнить свое обещание... Теперь Ориэлла ясно вспомнила, как у костра в пещере, после бегства из крепости, Шиа, до глубины души потрясенная гибелью Боана, рассказала, что перед тем, как сорваться в пропасть, евнух явственно произнес: "Шиа, мой друг".
Ориэлла закрыла глаза, чтобы не заплакать. Они с Шиа обе любили Боана, но пантера сделала все, чтобы спасти его, а она, Ориэлла, послала евнуха на верную смерть.
- Нет, это не так. Ты тоже пыталась спасти его. - Хотя сказавший это воспринял мысли волшебницы, сам он говорил вслух. Ориэлла повернула голову и увидела Эфировидца, сидящего у костра скрестив ноги. Казалось, он постарел за одну ночь - таким изможденным было его лицо. "Пожалуй, я и сама выгляжу не лучше", - подумала Ориэлла и, положив Вульфа на шкуры рядом с Анваром, решительно встала. Голова у нее раскалывалась, все тело ныло, но залеживаться в постели не было времени: предстояло сделать еще очень много дел. Ориэлла уселась у огня, и Чайм протянул ей кружку с душистым травяным настоем.