Страница 35 из 41
Мать указывает на отца и затем выскакивает из столовой. Прочищаю горло и опускаю голову, стараясь не выдать своего удовлетворения.
– Бланш, прости её. Я…
– Ничего страшного, Тедди, – мягко заверяет она.
– Таддеус, я поговорю с ней, – рядом со столом оказывается Декланд.
– Это будет лишним, поверьте. Лучше отправляйтесь отдыхать, если вы влезете, то вызовете ещё большее негодование у неё, – советует ему Бланш.
– Но…
– Ты слышал Бланш, пусть все уйдут отсюда. Не хватало, чтобы пошли разговоры и слухи о том, что произошло сегодня. Иди, – кивает ему отец. Он дожидается, когда Декланд заберёт с собой шокированного официанта и исчезнет из столовой.
– Я сейчас же выгоню её, это отвратительно. Обвинить тебя в такой глупости, когда я уверен, что Эйс не интересуется женщинами, он гей. Боже…
– Что? – Переспрашиваю я, поднимая взгляд на отца.
– Ну да, ты только раз… хм, ты же помнишь, что я купил для тебя шлюху, и она лишила тебя девственности, после этого ты впал в депрессию, и нам сообщили, что это вызвано твоей странной особенностью и любовью к мужчинам, – сдавленно произносит он.
– Прости, Бланш, я не хочу унижать Эйса, но столько лет, и ни одной женщины, а мужчин в его окружении много, да и некоторые из них предпочитают свой же пол. Поэтому я извиняюсь за Алисию и немедленно пойду к ней, чтобы выгнать отсюда, – он поворачивается к Бланш, подавляющей смех, когда я чувствую себя оскорблённым. Гей? Нет. Я…у меня всё работает, об этом я узнал сегодня. Гей? За что?
– Тедди, это неверное решение. Для начала поговори с ней, честно и без стеснения. Она уязвлена моим появлением здесь, а я тебя предупреждала. Но ты сам спровоцировал этот всплеск эмоций, и теперь должен проявить себя, как друг. Отправляйся и успокой её, не волнуйся, это никак не повлияет на мои решения, я не воспринимаю оскорбления вовсе. Так что иди, – убеждает она.
– Хорошо. Эйс, я не должен был обличать твои пристрастия сейчас, но хочу, чтобы ты знал, я не против. Если тебе это доставляет наслаждение, то это твой выбор, и я тебя поддержу.
– Я не гей, – цежу я.
– Да-да, ты отрицаешь это…
– Тедди, иди, не теряй время, – обрывает его Бланш.
– Хорошо, мы ещё обсудим это, – он обращается ко мне и выходит из столовой.
Его шаги стихают, и тогда я слышу громкий хохот. Поворачиваюсь к Бланш, её плечи сотрясаются от смеха, и она не скрывает своего удовольствия от моего унижения.
– Мистер Рассел, всё вышло не так, как вы запланировали, да? – Сквозь смех, спрашивает меня.
– Прекрати, – рычу я.
– Так значит, вашей первой женщиной была шлюха. Интересно выходит. Вы мне нравитесь всё больше, – она продолжает хохотать и поднимается со стула.
– Нет, это ложь. Моей первой женщиной была девушка из нашего окружения, и мне это не понравилось. Никакой депрессии меня не было, а психолог стал моим еженедельным нежеланным гостем с раннего детства. Прекрати смеяться, – ударяю руками по столу и отталкиваюсь, чтобы выпрямиться.
– Или же вам не сказали, что её купили для вас, – Бланш подавляет смешинки и пожимает плечами.
– Закроем тему, – отрезаю я.
– Тогда мне очень душно, необходим воздух, и я ненавижу морепродукты, – она бросает салфетку прямо в тарелку и направляется к выходу из столовой.
– Так вы идёте, мистер Рассел, или будете дальше возбуждаться от моих туфель? – Останавливаясь, Бланш оборачивается и улыбается мне.
– Ты невозможна, и я хочу придушить тебя, – зло отвечаю ей.
– Это нравится мне ещё больше, – она исчезает из столовой, и мне ничего не остаётся, как направиться за ней.
Едва я выхожу из дверей, как замечаю движение сбоку. Бланш отстраняется от стены, она ждала меня.
– Покажете мне семейную гостиную, мистер Рассел? Там есть балкон, а мне, действительно, необходим кислород.
– Ты хочешь уединиться со мной? – Усмехаюсь я, указывая рукой налево.
– Это вы хотите, а я позволяю вам это сделать. Вас очень обидела наша последняя встреча, мистер Рассел, – снисходительно произносит она.
– Ты не заметила, что предпочитаешь всегда мне позволять? – Ехидно отвечаю я.
– Ошибаетесь, мистер Рассел, я предпочитаю руководить, – Бланш с улыбкой первая входит в тёмную гостиную.
– Ты думаешь, что руководишь мной? – Закрываю двери и отрезаю ей путь к побегу.
– Отчасти да, мистер Рассел. Вы провоцировали весь вечер Алисию, а я вам подыграла, чтобы отвлечь Тедди и не навредить вашим с ним отношениям. Вы явно желали остаться со мной наедине, у нас появилось одно незавершённое дело, точнее, у вас. К слову, вы едва не раскрошили дверь моей спальни, когда уходили, – Бланш пробегается пальцами по каминной полке и поворачивается к стене, на которой висят две шпаги наших предков, напоминая, как велик наш род.
– Снова, мистер Рассел, Бланш? – Приподнимаю брови и облокачиваюсь локтем о камин.
– Эйс, – мягко выдыхает она. – Так лучше?
– Ни капли.
– Тогда хорошо, мне нравится выводить тебя из состояния равновесия. Как тебе идея небольшого соревнования? – Интересуется Бланш.
– И в чём же будет состоять новая игра?
Она указывает взглядом на шпаги, и я поворачиваю голову к ним.
– Бланш, это может быть для тебя катастрофично, – замечаю я.
– Люблю рисковать, это вызывает во мне жуткий голод и даже слабые спазмы оргазма, – весело отвечает она и тянется к шпагам.
– Ты серьёзно? – Удивляюсь я, когда она снимает одну и рассматривает её.
– Абсолютно. Ну так что, Эйс, примешь мой вызов? – Вмиг женщина оказывается рядом, и её рука замахивается. Звонкий шлепок по моей щеке заставляет дёрнуться, кожа вспыхивает огнём от покалывания, вызывая бунт в груди. Что она себе только что позволила? Ударить меня? Стерва, держись!
С рычанием хватаю оставшуюся шпагу и зло смотрю на неё.
– Прости, не было перчаток, чтобы вызвать тебя на дуэль, – смеясь, произносит она.
– Ты понимаешь, что я всегда довожу дело до конца? Не в моих правилах проигрывать, Бланш, а это означает твою смерть, – шиплю я, удобнее располагая в ладони рукоятку.
– Конечно, Эйс. Возможно, умереть от твоей руки – это моя фантазия, – она немного склоняет голову в поклоне, как перед любым спаррингом, и становится в стойку.
– Опасные у тебя желания, Бланш, – отворачиваюсь на секунду и делаю резкий выпад. Она отражает его и отскакивает от меня.
– А у тебя они примитивные. Те, что ты презираешь, но сам-то не лучше, – бросает она, специально распаляя во мне огненное желание выиграть.
– Зато умнее, – набрасываюсь на неё, ударяя по её шпаге. Она обучена и этому, у неё прекрасная техника, а ведь Бланш на высоких каблуках. Она чувствует равновесие, рассчитывает мою силу и уклоняется от следующего удара, запрыгивая на стеклянный столик. Я гонялся за ней по всей комнате, пока не поймал в ловушку.
– Нет, Эйс, ты просто мужчина, – тяжело дыша, парирует Бланш и отбивает мой удар. Запрыгиваю к ней и замечаю, что она стоит прямо на краю. Сажусь на корточки, избегая её замаха, подбрасываю в руке шпагу и хватаюсь за острие. С силой ударяю рукояткой по её ногам, и она с криком падает прямо на диван. Шпага вылетает из её руки, а я уже стою над ней и триумфально касаюсь остриём горла.
Её грудь часто вздымается, я сам запыхался, но её злость и удивление, обида и восхищение намного приятнее нечестного приёма, который я сотворил.
– Признайся, что мой ответ был верным, – требую у неё.
Облизывает губы и сглатывает.
– Нет. Ты ошибся, Эйс, – шепчет она.
– Я никогда не ошибаюсь, – надавливаю на её кожу, и это напоминает то, что было в моей голове в самом начале. Острый каблук и кровь.
– Ты слишком самоуверен, Эйс. Но чтобы ответить верно, тебе придётся сделать невозможное, – она немного отодвигается от шпаги, наставленной на неё, продолжая лежать на диване.
– И что же? – Интересуюсь я, отбрасывая от себя оружие. Протягиваю ей руку, и она облегчённо вкладывает свою. Резко поднимаю её на ноги и, обхватив за талию, не позволяю бежать.