Страница 24 из 41
Останавливаюсь на лестнице и поднимаюсь обратно. Нет, я не буду решать проблемы кузена, у него есть тот, кто сейчас же оборвёт его мечты.
Дохожу до спальни дяди и стучусь. Через несколько минут мне разрешают войти и я, нажимая на ручку, оказываюсь в слабоосвещённой комнате.
– Эйс, если ты вновь пришёл, чтобы докучать мне твоими выводами насчёт шлюхи, то выйди, – не отрываясь от книги, говорит Нейсон. Как обычно, он предпочитает остаться наедине с каким-нибудь философом или же чем-то более кровавым, к примеру, отчётами об убийствах и нападениях.
– Ваш сын, сэр. Кокаин. Я его поймал в комнате мисс Фокс, когда он захотел украсть у неё, предполагаю, драгоценности. Ситуация критическая, – чётко докладываю я.
Мужчина поднимает голову, и его стальные глаза насыщаются злостью.
– Значит, лечение не помогло. Что ж, это его выбор, Эйс. Я не собираюсь никак влиять на него, – он вновь возвращается к чтению.
– Вы должны, сэр, иначе это сделаю я. Если вы так легко позволяете Ларку употреблять наркотики, даже перечисляете средства на это, то вынуждаете меня вмешаться. Он угроза для моей семьи, и в данный момент может совершить то, что повлияет и на вас, и на меня. Если кто-то из членов парламента догадается о том, что вы оплачиваете ему наркотики, то это вызовет негодование. Вы же знаете, как они относятся к этому. И хоть каждый из них порой сидит на чём-то, но это никогда не должно всплыть. Это подорвёт ваш авторитет, а я не позволю случиться недоразумению, из-за вашего нежелания наказать сына, – уверенно произношу.
Нейсон поднимает голову, он в ярости по той причине, что я уязвил его. Я это делаю первый раз в жизни. Всегда следовал его приказам, всегда их исполнял, но не сегодня. Сейчас я не могу позволить, чтобы Ларк навредил кому-то из моих родных, даже Бланш, потому что не она виновата в этом, а дядя. Я знаю наверняка, что он не лечил сына, не требовал прекратить, а пустил всё на самотёк, даже помогал найти дилеров, чтобы об этом никто не узнал. Мы можем достать всё что угодно. У нас множество паролей к закрытым файлам и системам безопасности, как и к тюремным спискам и делам.
Мужчина встаёт из кресла и швыряет книгу на пол. Его сила, которую ощущаю на расстоянии, может убить любого, но я из другого теста. Я его подчинённый. У меня есть кодекс, который нельзя нарушать даже в гражданской жизни, и в эту минуту я это совершил.
– Ты ставишь под сомнение мои слова, солдат? – Низким голосом спрашивает Нейсон. Я хорошо знаю этот тембр, именно им он приговаривает к смерти предателей.
– Нет, сэр, ни в коем случае. Я лишь показываю вам то, что не собираюсь наблюдать, как моя семья тонет из-за вашего сына. Я обещал защищать Молли, и я это делаю, – сглатываю от напряжения, но удерживаю зрительный контакт. Он может ударить, такое уже происходило, когда я был моложе. Он только так воспитывает детей, точнее, меня воспитывал, ведь отец не мог совладать со мной и моим сознанием, а дядя мог. Меня отправляли в закрытую воинскую часть, когда он ещё не был министром, чтобы я шёл по стопам отца и его брата. Там тоже ко мне относились с особой жестокостью, в отличие от кузена и Стэнли, которых поощряли и возили загорать к морю. Да, это было давно, слишком давно, но в данный момент я уже не маленький мальчик и могу ответить.
– Тогда разбирайся сам. Ты создал эту проблему, ты её нашёл, так выполняй своё предназначение. Можешь отправить Ларка в чёрную комнату, меня это не волнует, – он разворачивается, демонстрируя мне, что разговор окончен.
Чёрная комната. Да он с ума сошёл? Кузен умрёт на месте от того, что там делают на допросе. Он свихнётся моментально. И отношение Нейсона сейчас мне не нравится, я не понимаю, почему он так спокоен, когда его сын стал неконтролируемым? Неужели, и я так же выгляжу? Так это отвратительно. Да, я испытываю гордость, когда меня сравнивают с дядей, но не сейчас.
– Не я её создал, сэр, я напомнил вам о ней. И у меня нет того уровня полномочий, чтобы отправлять людей в чёрную комнату. Я могу только посоветовать это, как ваша «правая рука», и не более, – медленно отвечаю, взвешивая каждое слово.
Нейсон резко оборачивается и смиряет меня пренебрежительным взглядом.
– И что ты сейчас мне можешь посоветовать, Эйс?
– Принять мои слова к рассмотрению и заставить Ларка уехать отсюда. Он только вас послушает, сэр, не меня. Вы для него авторитет, как и для меня, как и для многих. Вы можете вселить животный страх, и это позволит вам ненадолго избавиться от проблем, которые принесёт с собой зависимость Ларка. Только ваш голос и власть в силах что-то сделать, я таких полномочий и умений не имею, к сожалению. Но буду учиться у вас.
Как же гадко говорить это. Но лесть – это слабость дяди. Он обожает её слушать, предпочитая именно такую тактику обсуждений. Я узнал об этом пять лет назад, когда его заставляли взять в поездку нового служащего, а он не желал этого. Даже приказы на него не действуют, но лесть творит с ним невозможное.
– Ты считаешь, что он меня послушает? – С сомнением спрашивает меня.
– Конечно. Вас нельзя не услышать, даже когда вы шепчете, – киваю я.
– Что ж, ты всегда отличался смекалкой и умением предотвращать проблемы. Я доверяю тебе, Эйс, и сейчас, так и быть, оденусь и спущусь. Следи за ним, я вызову машину, и Ларк уедет отсюда. Но об этом никто не должен знать, и ты забудешь. Приказ понят?
– Да, сэр.
– Выполнять.
Выхожу из спальни и закрываю за собой дверь. Мне нужно две минуты, чтобы восстановить равновесие внутри. Когда дело касается таких вопросов, то мне приходится прикладывать невероятные усилия, чтобы не сорваться. Да, иногда во мне рождается желание ударить его и показать, что я не сопляк. Но потом здравый смысл берёт верх, и я остываю, хотя сейчас чувствую такую усталость. Мне необходим сон, чтобы завтра работать. Сейчас я не имею возможности жить так, как хотел бы. Да и что я хочу? Всегда быть занятым, чтобы мой разум не свёл меня с ума. Это единственный выход, чтобы не превратиться в маниакального психопата, ищущего интересные случаи или создающего их себе. Вот моя слабость. Я опасаюсь стать монстром, потому что понятия не имею, что во мне скрыто. Я ничего не помню и боюсь вернуться в прошлое, чтобы узнать. До этого момента мне даже не желалось этого.
Спускаюсь вниз и направляюсь в зал, где вчера состоялась игра. Сегодня здесь гремит музыка, гости танцуют, кто-то выпивает за столиками. Брожу среди толпы, наблюдая за происходящим, и ищу кузена. Замечаю Молли, флиртующую с тем же молодым человеком, которого я видел перед ужином. Стэнли выпивает со знакомыми у бара, а отец… его нет. Бланш разговаривает с Декландом, и я наблюдаю, как она улыбается ему. Сейчас на ней не чёрное платье, а алое, оно переливается, и женщина привлекает ещё больше внимания, чем раньше. Если отец отсутствует или же общается с кем-то из друзей, а Бланш практически одна, то Ларк должен быть поблизости. Он не упустит возможности увести эту женщину, чтобы проявить свои силы. Значит, мне придётся держать её рядом с собой, чтобы он понял, я не допущу того, что он может сотворить.
Делаю шаг, как мне перекрывает видимость несколько гостей, идущих прямо на меня. Они уже пьяны и не замечают моего присутствия. Не успеваю отойти, как меня толкают и разворачивают в другую сторону. Они извиняются, когда я пытаюсь выбраться из толпы. Кто-то узнаёт меня и решает завести разговор. Но только один мой взгляд, и я вырываюсь на свободное пространство. Место, где ещё пару минут сидела Бланш, пустует, остался только Декланд. Быстрым шагом дохожу до него. Он удивляется моему появлению.
– Где она? – Перекрикивая музыку, спрашиваю его.
– Эйс, кто она? – Изумляется старик.
– Эта женщина. Бланш Фокс, – рычу я.
– Сказала, что увидела знакомую. Я…
– Куда она пошла?
– Вроде бы к бару, я не слежу за ней, Эйс. И ты прекрати преследовать её, твой отец недоволен тем, как ты относишься к ней, – нравоучительно отвечает он.